Алексей Буряченко: Путин будет избегать встречи с Зеленским - ИНТЕРВЬЮ

В Женеве продолжается переговорный процесс по урегулированию ситуации между Россией и Украиной при участии Соединенных Штатов. Новый раунд консультаций намечен на 26–27 февраля. Глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов, комментируя сроки, отметил: «В районе 27-го, плюс-минус день-два».

На этом фоне Дональд Трамп активно продвигает идею масштабного саммита с участием Владимира Зеленского и Владимира Путина. Украинская сторона, в свою очередь, делает акцент на институциональных гарантиях безопасности, настаивая на их ратификации Конгрессом США, а также на взаимных шагах в рамках возможных договоренностей.

В день завершения третьего раунда переговоров, 18 февраля, Associated Press опубликовало большое интервью Валерия Залужного — первое столь развернутое и откровенное после его отставки с поста главнокомандующего ВСУ.

Бывший главком подробно остановился на разногласиях с Владимиром Зеленским, которые, по его словам, возникли еще в 2022 году и касались прежде всего вопросов военной стратегии. Одним из наиболее резонансных эпизодов он назвал обыск, проведенный СБУ осенью 2022 года в его штабе в Киеве. Залужный охарактеризовал произошедшее как «акт запугивания» и заявил, что тогда был готов пойти на жесткие ответные шаги.

Наиболее чувствительная часть интервью связана с оценкой контрнаступления 2023 года. По утверждению Залужного, первоначальный план операции был изменен, что, как он считает, привело к распылению сил и нехватке необходимых ресурсов. При этом западные источники ранее действительно сообщали о корректировках стратегии, хотя трактовки причин и последствий этих решений остаются предметом дискуссий.

На днях Владимир Зеленский в интервью AFP прокомментировал заявления Валерия Залужного, назвав их «очень некрасивыми» и охарактеризовав как «плохой поступок». По словам президента Украины, публичное обсуждение подобных деталей в условиях продолжающихся боевых действий выглядит неуместным. «Сегодня обсуждать такие детали не гарно — армия воюет, никто от этого не выиграет», — отметил он. Отвечая на вопрос о возможных президентских амбициях Залужного, Зеленский ограничился краткой репликой: «Я не знаю».

Тем временем в Брюсселе 23 февраля не удалось согласовать 20-й пакет санкций ЕС против России, который планировалось приурочить к 24 февраля — четвертой годовщине начала полномасштабного вторжения. Венгрия и Словакия выступили против принятия документа. Будапешт, по сообщениям европейских источников, вновь обозначил готовность блокировать решения, которые, по его мнению, прямо или косвенно усиливают позиции Украины, включая обсуждаемый пакет военной поддержки. Братислава, в свою очередь, аргументировала свою позицию вопросами энергетической безопасности, указывая на последствия прекращения транзита российской нефти по трубопроводу «Дружба» через территорию Украины.

Таким образом, дипломатическая повестка последних дней развивается сразу в нескольких измерениях — от внутриполитической дискуссии в Киеве до сложных переговоров внутри Европейского союза.

Vesti.az обсудил происходящее в интервью с украинским политологом Алексеем Буряченко.

— Как вы оцениваете перспективы следующего тура переговоров и что, на ваш взгляд, станет ключевым вопросом обсуждения?

— Следующий раунд в Женеве действительно будет крайне важным. Американская сторона уже публично обозначила, что рассматривает возможность объединения российско-украинского трека с ближневосточным и иранским направлениями — соответствующая информация есть в открытом доступе. Спецпредставитель президента США Стив Уиткофф прямо заявил о подготовке встречи на уровне лидеров — Трампа, Зеленского и Путина. Он даже обозначил ориентировочный срок — через три недели. Хотя, скорее всего, речь идет о более коротком горизонте, потому что Трампу нужна встреча, которая принесет ощутимый позитивный результат для его имиджа и электоральной повестки.

Поэтому Вашингтон будет очень жестко настаивать на том, чтобы Украина и Россия максимально синхронизировали свои позиции уже на этом этапе. Если этого не произойдет на достаточном уровне, разговоры о встрече лидеров потеряют всякий смысл. Трамп не заинтересован в пустой, протокольной встрече. В США до сих пор помнят провал саммита в Анкоридже и отказ от предложенной встречи в Венгрии. Для сравнения: Трамп вспоминает успешную модерацию в случае Алиева и Пашиняна — вот такой сценарий был бы для него идеальным. Но рассчитывать на точное повторение в российско-украинском контексте не стоит.

Поэтому возможны разные форматы: сначала двусторонняя встреча Зеленского и Путина, а уже по ее итогам — решение о подключении Трампа. Главная интрига следующей Женевы заключается в дипломатическом противостоянии вокруг поиска путей к мирному урегулированию, включая территориальный вопрос. Украина и США уже пришли к выводу, что без встречи на высшем уровне политическая составляющая переговоров не получит необходимого импульса. Выгодна ли такая встреча Путину? На мой взгляд, нет. Москва будет максимально избегать принуждения к ней. И именно это противостояние станет центральным на предстоящем раунде.

— Затронем санкции. Европейцы пытались принять 20-й пакет, но не смогли. Почему не получилось и что это значит для единства ЕС?

— Ситуация с 20-м пакетом санкций — это классический пример растущих трещин внутри Евросоюза. Европейцы обещали принять его еще в январе 2026 года, затем перенесли на 24 февраля — символическую дату четвертой годовщины полномасштабного вторжения. Но и здесь консенсус достигнут не был.

Основными блокираторами выступают Венгрия и Словакия. Венгрия, по сути, поставила ультиматум, и остановка транзита российской нефти по трубопроводу «Дружба» через Украину стала удобным поводом. Кроме того, Венгрия заблокировала и 90-миллиардный военный кредит для Украины, который был согласован еще 19 декабря 2025 года. Причем ранее Орбан не выступал против этого кредита, а изменение позиции совпало с приближением парламентских выборов. Антиукраинская и антибрюссельская риторика стала центральной линией его предвыборной кампании.

К блокировке добавились и другие сигналы. Греция и Мальта не блокировали пакет напрямую, но открыто критиковали его за «слишком жесткие» меры против России. Это уже не выглядит как проявление силы или единства Европы, скорее наоборот. Мы слышим громкие заявления от Урсулы фон дер Ляйен и Антониу Кошты, которые сейчас находятся в Киеве: пакет будет принят «рано или поздно». Но хотелось бы, чтобы европейские партнеры понимали: санкции — это не только помощь Украине, это прежде всего защита самих себя. Украина выигрывает для Европы время, а деструктивные действия отдельных членов ЕС говорят о необходимости реформы механизма принятия решений, особенно по стратегическим и безопасностным вопросам.

В итоге вместо серьезного 20-го пакета и 90-миллиардного кредита Украина получила приезд высокой европейской делегации и символический пакет помощи на 100 миллионов евро. Это выглядит как замена сути формальностями.

— И последнее — про заявления Залужного в интервью Associated Press в адрес президента Зеленского. Как вы их оцениваете? Можно ли говорить о старте его предвыборной кампании?

— Ситуация вокруг Залужного действительно выглядит неоднозначной и даже странной. Материал AP по времени вышел крайне неудачно — в разгар активного переговорного процесса. Любые резкие публичные политические заявления в такой момент неизбежно дестабилизируют общество, а это играет исключительно на руку Кремлю и Путину.

Большинство наблюдателей и аналитиков сразу отметили, что, по сути, произошел старт политического позиционирования Залужного через жесткую критику действующего президента. Однако буквально через день-два он начал говорить противоположные вещи: ему не нравится, что его слишком много цитируют в СМИ, он не хочет никакой политической активности, настаивает, что выборы должны состояться только после окончания войны и отмены военного положения.

Как эти две позиции сочетаются друг с другом  — пока никто до конца не понимает. Они действительно выглядят взаимоисключающими.

При этом Зеленский отреагировал на критику весьма сдержанно и спокойно. Он не стал оправдываться или переходить в контратаку, а лишь отметил: сейчас не время и не место для подобных публичных дискуссий. В итоге первоначальное ощущение политического обострения довольно быстро улеглось. Страсти поутихли, и сейчас общество скорее находится в состоянии неопределенности: начался ли де-факто политический процесс Залужного или это был разовый эмоциональный эпизод — однозначного ответа пока нет.

• На НПЗ в Турции произошел взрыв
• Трамп: Совет мира займется не только Газой, но и иными горячими точками
• Bloomberg: РФ продает нефть Индии со скидкой более 10 долларов за баррель