Реваншизм Нарека Карапетяна, или Как «Сильная Армения» теряет очки - ТОЧКА ЗРЕНИЯ

С давних времен у избирателя есть одна трогательная привычка — верить. Особенно в те дни, когда на горизонте появляются кандидаты с лицами, натренированными для сочувствия, и речами, от которых хочется немедленно зажить лучше.

В этот короткий, но яркий сезон обещаний на страну обрушивается настоящее изобилие. Золотые горы растут быстрее инфляции, молочные реки текут в обход всех проблем, а кисельные берега становятся почти национальной идеей. Каждый кандидат, словно опытный целитель, точно знает, где у аудитории болит, и аккуратно прикладывает к этому месту очередное «мы решим», «мы обеспечим», «мы гарантируем».

И вот что удивительно, публика, кажется, уже проходила это не раз. Слышала, кивала, потом разочаровывалась, потом снова слышала. Но в нужный момент внутри обязательно срабатывает тихое «а вдруг». Вдруг именно этот - не как все, он не обманет и его слова на этот раз не окажутся упаковкой без содержимого. Как тут не вспомнить старика Бисмарка, который дал хрестоматийное определение вранью: «Люди никогда не врут так много, как после охоты, во время войны или перед выборами».

Армения в этом смысле ничем не отличается от других стран. Здесь тоже умеют мечтать - громко, уверенно и с эффектной внешней подачей. И чем меньше времени остается до парламентских выборов, которые, как уверяют их участники, должны стать судьбоносными для армянского народа, тем фантастичнее звучат предвыборные обещания.

Особое усердие в этом «благом» деле демонстрирует партия «Сильная Армения» российского олигарха Самвела Карапетяна. Она действует с тем пылом, который обычно свойственен людям, искренне убежденным, что именно их вариант будущего является единственно верным.

Накануне партия представила свою программу безопасности с пафосным названием «Сильный мир». На церемонии, как и полагается серьезному политическому мероприятию, не обошлось без зрелищного визуального сопровождения.

Собравшимся показали фотографии из Карабаха и кадры из бакинского суда, где запечатлены бывшие лидеры сепаратистского режима - теперь уже в куда менее героическом антураже, чем им, вероятно, хотелось бы.

Но настоящей драмой вечера стал не суд и не снимки, а реакция публики. Особое внимание привлекла член партии Арега Овсепян. С выражением, достойным театральной сцены, она всматривалась в фотографии руководителей карабахской хунты - словно пыталась разглядеть там не обвиняемых, а героев утраченной эпохи.

По лицу медленно скатилась слеза, в горле застрял ком, пауза повисла почти шекспировская… И в этот момент, собрав всю силу духа, она произнесла фразу, которая, пожалуй, и стала кульминацией вечера: «Самвел Карапетян обещает вернуть всех, а как мы знаем, он выполняет все свои обещания».

Зал, вероятно, замер. Кто-то от трогательности момента, а кто-то от незнания - как реагировать на жанр тонкой политической комедии.

Согласитесь, патетика сказанного действительно впечатляет. Вот только за громкими словами неизбежно возникает вполне естественный вопрос: каким именно образом Самвел Карапетян собирается воплотить все это в жизнь? Ведь, как говорится, болтать - не мешки ворочать. Но в предвыборной логике подобные детали традиционно уходят на второй план, чтобы не нарушать стройность и привлекательность картинки.

Прежде всего, сам факт позиционирования Карапетяна как кандидата в премьер-министры вовсе не означает автоматического получения этого поста. Конституция Армении однозначно указывает: гражданин другого государства — в данном случае России — не может возглавлять правительство.

Теоретически, разумеется, всегда остается возможность отказаться от одного гражданства в пользу другого. Однако есть основания полагать, что до этого дело не дойдет. Карапетян, по всей видимости, окажется более расчетливым и осторожным, чем другой известный олигарх, Рубен Варданян, и едва ли захочет повторить его судьбу.

Во-вторых, как бы банально это ни звучало, обещать - еще не значит жениться. Предвыборная риторика вообще плохо сочетается с реальностью, особенно когда речь заходит о сложнейших международных и правовых вопросах. Заявления о скором возвращении военных преступников, безусловно, звучат эффектно, но по сути своей больше напоминают инструмент воздействия на избирателя, чем реальную политическую программу.

Впрочем, все это еще можно было бы отнести к разряду относительно безобидных предвыборных фантазий, неизбежно сопровождающих любую кампанию. Куда более тревожно - и прежде всего для самой армянской аудитории - прозвучало выступление другого представителя партии, Нарека Карапетяна.

«Армия проиграла в войне из-за слабого руководителя. У нас есть историческая возможность изменить реалии», - заявил он, судя по всему, рассчитывая на бурную реакцию зала. Однако подобная мыслеформа скорее вызывает вопросы, чем аплодисменты.

Кстати, Нарек Карапетян, похоже, окончательно вошел во вкус, мнит себя политиком и раздает интервью с завидной регулярностью. В ноябре 2025 года он уже беседовал с Такером Карлсоном, теперь вот -  с американским бизнесменом и блогером Марио Науфалом, в списке собеседников которого значатся Илон Маск и Александр Лукашенко. География и статус интервьюеров, безусловно, впечатляют, но вот что любопытно: он им столь же вдохновенно рассказывал о планах в духе «Мстителей», или подобные откровения все же приберегает для узкого круга единопартийцев? Потому что за такие откровения в порядочные дома обычно не пускают, а если и впустят — то не выпустят без сопровождения санитаров. 

А если серьезно, то после 44-дневной войны Азербайджан, в полном соответствии с нормами международного права, восстановил свою территориальную целостность. И когда сегодня звучат призывы «изменить реалии», неизбежно возникает закономерный вопрос: о каких именно изменениях идет речь? В подобной формулировке слишком легко угадывается намек на реваншизм, а если говорить без дипломатических оговорок - на риск нового витка противостояния.

Но проблема в том, что армянское общество на протяжении долгих лет жило в плену мифов о собственной воинственности и якобы предопределенном превосходстве. В 2020 году эта конструкция рухнула, и вместе с ней пришло тяжелое, болезненное отрезвление. Тысячи молодых армян заплатили за это жизнью, зачастую так и не осознав, почему именно они оказались на передовой.

Хочется спросить, но не у кого: неужели кто-то всерьез рассчитывает, что общество, пережившее подобный шок, захочет вновь пройти через тот же кошмар?

В итоге подобные заявления способны дать прямо противоположный эффект. Там, где ожидалась мобилизация и эмоциональный подъем, возникает настороженность, а порой и откровенное отторжение. Намеки на силовые сценарии едва ли прибавляют популярности - особенно в стране, которая до сих пор не до конца оправилась от последствий войны.

Если говорить без обиняков, подобная риторика уже сейчас может обернуться для партии «Сильная Армения» потерей части электората. Потому что за громкими словами о реванше стоит вполне осязаемая память о цене, которую пришлось заплатить.

И в этом смысле показательна и другая, не менее болезненная деталь: в стране по-прежнему проживают 11 тысяч дезертиров. Заметьте, это сказали не мы, а бывшая первая леди Армении Анна Акопян...

• СМИ узнали о связи ареста экс-принца Эндрю со сливом документов Эпштейну
• Нетаньяху: у Израиля есть сюрпризы для Ирана
• ЕС исключил грузинский порт Кулеви из 20-го пакета санкций против РФ