Нигяр Фархад и AID Group: американская мечта с уголовным финалом - РАССЛЕДОВАНИЕ

Скандал вокруг компании по зарубежному образованию AID Group, которой руководит известная телеведущая Нигяр Фархад, продолжает набирать обороты. В последние дни появляются новые жалобы клиентов: люди утверждают, что заключали с компанией официальные договоры, платили за услуги, однако теперь не могут связаться с ее руководством.

История AID Group к этому моменту уже вышла далеко за пределы обычного конфликта между образовательной компанией и недовольными клиентами. Накануне был арестован супруг Нигяр Фархад Самир Яхьязаде, связанный с деятельностью компании. На этом фоне число публичных претензий к AID Group продолжает расти.

Одни заявители говорят о нескольких тысячах потерянных манатов, другие называют суммы в 10–15 тысяч. В социальных сетях звучат утверждения о сотнях пострадавших. Последняя цифра официально не подтверждена, однако масштаб истории уже заставляет внимательнее присмотреться не только к деятельности AID Group, но и к людям, которые стояли за компанией.

Итак, главным лицом AID Group на протяжении многих лет была Нигяр Фархад — телеведущая, предпринимательница и человек, фактически превративший собственный опыт зарубежного образования в профессиональную специализацию. Она рассказывала о своей учебе в США, в ее биографии появлялись John Jay College, ASA College и даже Гарвард. Сама компания тем временем за деньги помогала гражданам Азербайджана поступать в зарубежные учебные заведения.

Однако если разобрать эту биографию без рекламной оболочки, выясняется довольно занятная последовательность. В Азербайджане Фархад, по ее собственным словам, поступить в вуз не смогла.

Свое образование в США она начала в ASA College — учебном заведении с весьма либеральными условиями приема, которое впоследствии лишилось аккредитации и прекратило существование. Гарвард оказался не высшим образованием, а сертификатной программой. А один из ключевых людей семейного образовательного бизнеса — ее супруг Самир Яхьязаде — высшего образования, согласно опубликованным о нем сведениям, вообще не получил.

Все это само по себе, разумеется, не имеет отношения к уголовному обвинению. Но для компании, продававшей другим людям зарубежное образование и строившей значительную часть своей репутации на экспертности собственных руководителей, подобные детали приобретают совсем другое значение.

Vesti.az решил разобраться, как была устроена AID Group, что на самом деле представляла собой образовательная биография Нигяр Фархад, какую роль в компании играли члены ее семьи и как бизнес, обещавший своим клиентам зарубежные университеты, дошел до закрытых дверей, жалоб и уголовного дела…

Из Сибири — в Нью-Йорк

Нигяр Алиева, больше известная публике под именем Нигяр Фархад, родилась в Баку в декабре 1989 года. Когда ей не было и трех лет, семья перебралась в Россию и детство будущей телеведущей прошло в Сибири. В Азербайджан семья вернулась, когда Нигяр было уже 16.

Фамилия «Фархад», под которой она впоследствии стала известна широкой аудитории, связана с именем отца Фархада Алиева. В своих публикациях Нигяр неоднократно подчеркивала особую привязанность к нему и называла отца главным мужчиной в своей жизни.

После возвращения в Баку с высшим образованием не сложилось. Фархад рассказывала, что училась в Бакинском компьютерном колледже, а поступить в местный университет так и не смогла: баллов на вступительных экзаменах оказалось недостаточно.

Для кого-то на этом образовательные амбиции могли бы закончиться, но для Нигяр с этого «провала» начинается американская часть биографии, которая спустя годы станет едва ли не главным капиталом ее собственного бизнеса. Родственники отправили ее в США. Первоначально — учить английский.

Американский диплом через запасной вход

Первым учебным заведением в американской биографии Фархад стал ASA College.

Название для азербайджанской аудитории звучит вполне солидно. Но ASA не был Гарвардом, Колумбийским университетом или хотя бы вузом с жестким конкурсным отбором. Колледж придерживался максимально либеральной политики приема и был рассчитан в том числе на студентов, которым было трудно попасть в более требовательные учебные заведения.

Иными словами, загадки в том, как человек, не прошедший вступительные экзамены в Азербайджане, смог начать учиться в США, нет. Американская система просто оставляла значительно больше запасных дверей. Особенно для того, кто был готов платить.

Позднее Нигяр Фархад продолжила учебу в John Jay College of Criminal Justice в Нью-Йорке. И тут важно не впадать в другую крайность: John Jay — уже полноценное государственное высшее учебное заведение системы CUNY. Оно выдает степени бакалавра и последипломного образования. Если Нигяр действительно окончила там программу бакалавриата, высшее образование у нее все-таки есть. Правда, на уровне бакалавра.

Уточним: в США распространена схема transfer - студент начинает с доступного колледжа, получает необходимые кредиты и оценки, а затем переводится в четырехлетнее учебное заведение. То, что не получилось через жесткий вступительный экзамен в Баку, вполне могло получиться через более гибкую американскую систему.

Никакого преступления или даже нарушения здесь, разумеется, нет. Но есть довольно выразительная деталь: спустя несколько лет женщина, сама воспользовавшаяся наиболее доступным путем в американское образование, начала за деньги прокладывать подобные маршруты другим.

Так появился один из краеугольных камней будущего имиджа AID Group, основанной на американском опыте ее основательницы.

А где же Гарвард?..

С Гарвардом все интереснее. В биографии Нигяр Фархад название Harvard появлялось достаточно часто, чтобы прочно закрепиться рядом с ее именем. Для владельца бизнеса, продающего зарубежное образование, лучшую вывеску придумать трудно.

Но при ближайшем рассмотрении знаменитый университет несколько уменьшается в размерах. Сама Фархад признавала, что речь шла о сертификатной программе, а не об обучении на бакалавриате, магистратуре или другой программе, заканчивающейся академической степенью. То есть никакого диплома Гарвардского университета у нее нет и никогда не было. Но был сертификат.

И формально здесь тоже не к чему придраться: если человек прошел курс, он вправе об этом говорить. Вопрос скорее в пропорциях: одно дело — выпускник Harvard University, другое — обладатель сертификата краткосрочной программы.

Для рекламного буклета разница может показаться небольшой. Для компании, которая профессионально объясняла людям разницу между университетами, колледжами, программами и дипломами, — уже нет.

Образование без образования

В биографии Нигяр есть человек, который появляется практически во всех ключевых эпизодах, — ее мать Арзу Алиева.

Она воспитывала старшую дочь Нигяр, пока та устраивала собственную жизнь. Она оставалась рядом с дочерью в публичные периоды ее карьеры. А позже имя Арзу Алиевой оказалось уже в документах AID Group.

По данным ряда азербайджанских СМИ, именно мать телеведущей фигурировала как директор компании, тогда как сама Нигяр оставалась ее основательницей и главным публичным лицом.

И здесь семейная история окончательно соединяется с бизнесом.

Потому что третьим человеком в этой конструкции стал супруг Нигяр — Самир Яхьязаде. История Яхьязаде заслуживает отдельного внимания хотя бы по одной причине. Согласно опубликованным сведениям, высшего образования он не получил.

Яхьязаде представлял себя IT-специалистом и рассказывал, что программирование освоил самостоятельно, потратив годы на самообразование. Долгое время он жил в Нью-Йорке, где занимался бизнесом и руководил компанией Azeroo. Там же, как сообщалось, он познакомился с Нигяр.

Самообразование в IT — вещь совершенно обычная. Многие сильные программисты обходятся без университетского диплома.

Но если мы говорим об AID Group, то получаем следующую картину: основательница компании не смогла поступить в университет в Азербайджане, американское образование начала с крайне доступного ASA College, а «Гарвард» в ее биографии сводился к сертификату. Ее супруг высшего образования не имел вовсе.

Именно эта семья впоследствии построила в Баку бизнес на профессиональной организации чужого высшего образования за рубежом. Сам по себе этот парадокс еще ничего не доказывает, но объясняет, почему сегодня деятельность AID Group рассматривают под микроскопом.

А после этого блока уже очень органично возвращаться к жалобам: что конкретно обещала AID Group, за что люди платили 4, 10, 15 тысяч манатов, были ли среди этих договоров американские программы и что происходило с деньгами после того, как обещанное поступление/виза не состоялись. Это уже будет не биография, а собственно механизм краха компании.

Америка закрывает запасные двери

Но остается один важный вопрос. AID Group появилась не вчера, Нигяр Фархад не первый год продавала услуги по поступлению за рубеж, а американское направление десятилетиями оставалось одним из самых привлекательных. Почему же вся конструкция начала рассыпаться именно в 2026 году?

Ответ, возможно, следует искать не только внутри самой компании.

AID Group работала на рынке, правила которого за последние полтора года резко изменились. Возвращение Дональда Трампа в Белый дом сопровождалось новым ужесточением американской миграционной политики, причем иностранные студенты оказались одной из тех категорий, которых перемены коснулись непосредственно.

Еще в мае 2025 года Госдепартамент США временно приостановил назначение новых собеседований для получения студенческих виз, пока готовилась расширенная система проверки заявителей по социальным сетям. Позднее проверка онлайн-активности стала обязательной для претендентов на студенческие и обменные визы категорий F, M и J. Теперь заявителям предписывается даже переводить свои страницы в социальных сетях в открытый режим, чтобы консульские сотрудники могли изучить их онлайн-присутствие.

Формулировки самого Госдепартамента оставляют немного пространства для двусмысленности: каждое решение о выдаче визы рассматривается Вашингтоном как решение в сфере национальной безопасности. Проверяется в том числе, соответствует ли реальная цель поездки тому статусу, который запрашивает иностранец.

То есть именно тот участок американской системы, вокруг которого десятилетиями вырос целый международный бизнес образовательных посредников, стал гораздо менее предсказуемым.

И это принципиально важно в истории AID Group. Теперь получить приглашение от американского учебного заведения и получить американскую визу — две совершенно разные вещи. Будущий студент сначала должен быть принят учебным заведением, имеющим соответствующую сертификацию, зарегистрирован в системе SEVIS и получить форму I-20. И только после этого он может обращаться за визой. На собеседовании консул вправе потребовать подтверждение академической подготовки, финансовой состоятельности и, что особенно интересно в нашем случае, намерения покинуть США после завершения учебы.

Последний пункт плохо сочетается с самой идеей «учебы как способа зацепиться в Америке», если именно так заявитель изначально воспринимает образовательную программу.

В 2026 году Вашингтон продолжил закручивать гайки. С момента возвращения Трампа к власти Госдепартамент аннулировал более 100 тысяч американских виз — примерно на 150% больше, чем в 2024 году. Около восьми тысяч из них были студенческими. Разумеется, это не означает, что восемь тысяч студентов лишились виз только из-за ужесточения образовательной политики: среди оснований американские власти называли просроченный статус и различные правонарушения. Но масштаб кампании хорошо показывает, насколько изменилась сама атмосфера вокруг въезда и пребывания иностранцев в США.

Ужесточение пошло значительно дальше одних студентов. С января 2026 года Соединенные Штаты частично ограничили выдачу в том числе студенческих виз гражданам ряда государств, а для некоторых стран визовые ограничения стали полными. Азербайджан под запрет на студенческие визы F, M и J не попал и приписывать эти ограничения непосредственно азербайджанским студентам было бы неправильно. Но общий вектор американской политики сомнений не оставляет.

Более того, администрация Трампа решила изменить сам принцип пребывания иностранных студентов в стране. Согласно новому правилу, которое должно вступить в силу 15 сентября, вместо фактической привязки разрешенного пребывания к продолжительности образовательной программы вводится фиксированный срок для студентов и участников обменов максимум четыре года.

Получается, что когда-то американская образовательная система дала самой Нигяр Фархад тот самый запасной маршрут, которого у нее не оказалось дома. Не случилось поступить в университет в Азербайджане — появился шанс в США. Американская система позволяла начинать с более доступного учебного заведения, набирать кредиты, переводиться и постепенно подниматься выше. Именно этот путь впоследствии стал важной частью публичной биографии Фархад и, по сути, одним из элементов доверия к ее образовательному бизнесу.

Можно пойти дальше и задать неудобный вопрос: была ли для самой Нигяр учеба в свое время исключительно образованием или одновременно удобным способом надолго закрепиться в США? Такая возможность существовала. Студенческий статус позволяет иностранцу легально находиться в стране в течение учебы, а американская система переводов между учебными заведениями дает возможность выстраивать достаточно длинную образовательную траекторию.

И если ответа на этот вопрос нет, то совершенно точно известно другое: к моменту расцвета AID Group американский опыт Нигяр уже превратился из эпизода личной биографии в товар. Она сама прошла через систему и затем стала объяснять другим, как попасть на учебу за границу. И именно поэтому произошедшее с американскими визами при Трампе для ее бизнеса было не отвлеченной политической новостью, а изменением правил на одном из рынков, на которых неплохо зарабатывают образовательные посредники.

Можно сослаться на то, что AID Group вовремя не сориентировалась, была не в курсе происходящего – с учетом того, что Самир Яхьязаде продолжал проживать в Штатах и вообще все свалить на Трампа. Но вряд ли Генеральную прокуратуру и людей, отдавших компании деньги, удовлетворят подобные объяснения. К тому же, визовая политика США не объясняет, почему руководство компании оказалось недоступно для клиентов.  К тому же, люди приходили в AID Group не с улицы к неизвестному посреднику. Перед ними была компания с офисом, договорами и узнаваемым лицом. Этим лицом была телеведущая Нигяр Фархад — женщина с собственной американской биографией, регулярно появлявшаяся на телевидении и годами рассказывавшая об образовании за рубежом. Для такого бизнеса публичность владельца — почти идеальная гарантия доверия.

И здесь возникает главный вопрос уже не к американской визовой политике, а к самой компании: что происходило с деньгами после того, как AID Group понимала, что выполнить взятые на себя обязательства не может? Если услуги становились объективно труднее выполнить из-за изменения визовых правил — клиентов следовало об этом предупредить. Если поступление или поездка срывались — дальше должны были работать условия заключенного договора. Если компания продолжала принимать новых клиентов, уже испытывая серьезные проблемы с выполнением обязательств перед предыдущими, — это совсем другая история, и именно ее теперь предстоит восстановить следствию…

• В Сумгайыте мошенник присвоил 12 тыс. манатов и проиграл большую часть в «Topaz»
• Пассажир рейса Стамбул — Баку пытался провезти 17 незадекларированных iPhone
• В Азербайджане пресекли попытку незаконного перехода границы с Россией