Риск большой региональной коалиции: почему общей жертвой может стать Иран – ВЗГЛЯД  

Иранские баллистические ракеты и дроны уже атаковали 12 стран, из которых 10 являются мусульманскими. Исламская республика обстреливает большинство государств, которые либо граничат с ней, либо находятся поблизости. Подобная политика подвергает Тегеран растущим рискам. Пока эти страны не отвечают на атаки (если не рассматривать случай Израиля, который первым атаковал Иран), однако сомнительно, что такое положение дел может сохраняться бесконечно.

Иранская тактика — атаковать всех вокруг с помощью дронов и баллистических ракет — выглядит безумной, но в ней есть определенное рациональное зерно.

Во-первых, удары наносятся для того, чтобы создать давление на союзников США, а это прежде всего суннитские нефтяные и газовые монархии Персидского залива. Цель - заставить их, в свою очередь, надавить на американцев, чтобы добиться от США прекращения военных действий против Ирана. Судя по сведениям, просочившимся в Bloomberg, эта стратегия в какой-то степени работает.

Страны Персидского залива лоббируют прекращение войны в коридорах вашингтонской администрации. Однако пока их возможности влиять на американскую политику уступают влиянию про-израильского лобби и Биньямина Нетаньяху, превратившегося в одного из главных политических и военных союзников Дональда Трампа.

Во-вторых, одной из целей иранских атак на соседние страны является стремление Тегерана подтолкнуть вверх цены на энергоносители — довести их до 110–120 долларов за баррель, создав угрозу мировой рецессии. Это, в свою очередь, должно заставить крупный бизнес США, включая часть окружения Трампа, надавить на него с целью остановки конфликта.

Иранские расчеты могут оказаться верными. В таком случае у США и Израиля, возможно, остается не так много времени для реализации своих планов в отношении Ирана - несколько недель или, возможно, несколько месяцев.

Проблема, однако, в том, что оба рычага давления могут и не сработать, поскольку для Трампа и части его окружения, включая военных и представителей военно-промышленного комплекса, вопрос продолжения войны и достижения в ней победы может иметь большее значение.

Победа здесь понимается не обязательно как уничтожение системы исламской республики, а прежде всего как последовательное устранение правящей верхушки Ирана до того момента, пока у власти там не окажутся более-менее покорные политики - пусть и связанные с прежней системой, подобно новому руководству Венесуэлы.

Напомним, что после похищения президента Николаса Мадуро руководители Венесуэлы — представители все той же правящей в стране Единой социалистической партии (ЕСП) — исполняют американские требования, продают США нефть, заключая контракты с их компаниями, освобождают политзаключенных и ввели топливную блокаду Кубы по требованию Вашингтона.

Аналогичный проект приведения враждебного режима к покорности, по сути, реализуется и здесь. Однако в силу специфики Ирана, его большей территории и большей устойчивости режима этот процесс оказался значительно более кровавым. Возможно, Вашингтон не остановит войну, пока не реализует данный сценарий.

В противном случае действия Трампа в Иране не принесут ему никаких выгод. Он уже останавливал 12-дневную войну с Ираном в июне 2025 года, рассчитывая перейти к переговорам с Тегераном о его капитуляции в вопросах обогащения урана. США требовали нулевого уровня обогащения, ликвидации иранской ядерной программы и программы баллистических ракет. Однако Иран отказался выполнять американские требования и затягивал переговоры.

Если Трамп внезапно прекратит войну и вновь отступит, чтобы начать переговоры, результат, скорее всего, окажется тем же самым. Это поставит его в неловкое положение и подорвет его авторитет как в мире, так и внутри самих США.

Вашингтон, вероятно, прекратит операцию лишь в случае, если к власти в Тегеране придут лояльные ему силы (хотя с Трампом и его непредсказуемостью возможно всякое). Поэтому те рычаги давления на Трампа, которые пытается задействовать Иран, вовсе не обязательно сработают.

И здесь возникает вопрос: что произойдет, если иранские рычаги давления на соседние страны окажутся неэффективными? В таком случае Тегеран рискует столкнуться с коалицией соседних государств, заинтересованных в том, чтобы как можно скорее добить иранский режим, поскольку жить рядом с ним они уже не могут.

Тем более что их запасы противоракет не бесконечны и, если верить инсайдам ведущих американских изданий, вскоре могут быть исчерпаны. А если это произойдет, иранские дроны смогут беспрепятственно поражать объекты в Дубае и Эр-Рияде.

Желание соседних с Ираном государств избавиться от исламской республики в таком случае может резко усилиться и выразиться, в том числе, в их участии в бомбардировках Ирана. Менее вероятным, но все же не исключенным остается и участие этих стран в сухопутной операции с целью смены режима. Не потому, что они стремятся втянуться в такую войну, а потому, что Исламская республика может не оставить им выбора: жить под постоянными обстрелами они уже не смогут.

Кроме того, у Пакистана, который также граничит с Ираном и располагает мощными вооруженными силами, существует оборонный союз с Саудовской Аравией — страной, которую Иран также обстреливает. Их соглашение включает статью, напоминающую пятую статью НАТО: согласно ей каждая из сторон рассматривает военную агрессию против другой как агрессию против самой себя.

Пакистан уже предупреждал Иран о необходимости прекратить обстрелы Саудовской Аравии. И если такие атаки будут продолжаться и наносить саудовцам серьезный экономический ущерб, Исламабад также может вмешаться. В конце концов, оборонные союзы создаются именно для подобных ситуаций.

Если курдские формирования, как об этом неоднократно сообщали СМИ, начнут крупные операции против иранского режима, это может стать своего рода тестом для возможной сухопутной кампании. США уже применяли похожую стратегию. Например, в Афганистане в 2001 году военные ополчения этнических меньшинств успешно наступали на силы талибов, действуя под американским «воздушным зонтиком» в ходе операции «Несокрушимая свобода».

И тут в действие вступает еще один важный фактор.

Внутри Ирана существует сложный баланс сил между курдскими и азербайджанскими общинами, включая спорные территории, конфликты из-за земли и другие старые противоречия. Если вооруженные курдские формирования войдут в Иран из соседнего Ирака, это может вызвать острую и резкую реакцию Турции и Азербайджанской Республики.

Иранский ступает по лезвию бритвы, когда ведет огонь по множеству соседних стран. Эти государства не собирались на него нападать (хотя на территории некоторых из них размещены военные базы США). Тем не менее Иран обстреливает британские базы на Кипре, НПЗ в Саудовской Аравии, центры высоких технологий в Бахрейне, гостиницы в Эмиратах, заводы в Катаре, аэропорт в Иракском Курдистане. Такое государство, в конце концов, рискует стать общей жертвой.

• Госдепартамент США одобрил продажу запасных частей Украине на сумму 185 миллионов долларов
• Польша намерена увеличить численность армии до полумиллиона человек
• Цена газа в Европе превысила 400 долларов