Бразилия выбрала Лулу: удар по амбициям Трампа в Латинской Америке - МНЕНИЕ

Действующий президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва победил во втором туре президентских выборов и получил четвертый президентский мандат. Согласно данным Высшего избирательного суда, за него проголосовали 64 256 232 человека, или 51,79% избирателей. Его соперник, сенатор Флавиу Болсонару, старший сын бывшего президента Жаира Болсонару, получил 59 826 041 голос, или 48,21%. При этом значение выборов выходит за пределы Бразилии, поскольку власть сохранил один из наиболее влиятельных представителей левых сил Латинской Америки.

Такой результат особенно примечателен на фоне укрепления правых сил в соседних странах. В последние годы они добились успехов в Аргентине, Эквадоре и Чили, а в 2026 году правые кандидаты победили также в Колумбии и Перу. До переизбрания Лулы исключением из этой тенденции оставался Уругвай, где в 2024 году президентские выборы выиграл представитель левоцентристского «Широкого фронта» Яманду Орси. Таким образом, победа бразильского президента прервала череду успехов правых кандидатов в Южной Америке.

Их продвижение во многом объяснялось разочарованием избирателей в результатах правления левых. Выполнению обещаний сократить неравенство и улучшить жизнь мешали дороговизна, нехватка рабочих мест, коррупция и бюджетные ограничения. Особенно болезненно воспринималась неспособность властей обеспечить безопасность. На этом фоне все больше поддержки получали политики, обещавшие быстро навести порядок и изменить экономическую политику. Для многих голосование за правых становилось способом выразить недовольство действующей властью.

Этим запросом воспользовались в том числе политики, близкие к Дональду Трампу. Они выступали против привычных политических элит, предлагали жесткие меры против преступности и ужесточение миграционной политики, говорили просто и резко. Их решительность привлекала людей, уставших от обещаний и затяжных реформ. Возвращение самого Трампа в Белый дом дополнительно укрепляло позиции этих сил, показывая, что подобная стратегия способна приносить победу. При этом основой их популярности оставалось внутреннее недовольство, которому они сумели придать понятное политическое выражение.

Дополнительные аргументы для критики левых давал венесуэльский кризис. Экономический упадок, массовая эмиграция и репрессии позволяли правым предупреждать избирателей об опасности повторения венесуэльского сценария. Связи части латиноамериканских левых с властями Венесуэлы усиливали воздействие таких заявлений. В странах, принимавших венесуэльских мигрантов, последствия кризиса ощущались и внутри общества, подпитывая требования ужесточить миграционную политику. Это помогало правым объединять критику своих соперников с обещаниями порядка и более строгого контроля над границами.

В такой региональной обстановке проходили выборы в Бразилии, где соперничество левых и правых также переплеталось с отношением к США. Флавиу Болсонару, как и его отец, принадлежит к кругу политических союзников Трампа. Поэтому он выступал за сближение с Вашингтоном.

Лула, напротив, стал одним из наиболее заметных критиков американского президента в регионе. Поэтому, хотя основное внимание избирателей было сосредоточено на экономическом положении, социальной поддержке и безопасности, результат голосования определял и дальнейший внешнеполитический курс страны. Победа Лулы означала, что укрепление близких к Трампу сил в Южной Америке не привело к переходу на их сторону крупнейшего государства региона.

Для нынешней администрации США поражение Болсонару означает упущенную возможность укрепить свои позиции в крупнейшей экономике Латинской Америки. Несомненно, приход к власти дружественного президента облегчил бы согласование региональной политики, сотрудничество в сфере безопасности и продвижение американских инициатив.

Сохранение власти за Лулой предполагает более сложные переговоры с государством, которое стремится самостоятельно определять отношения с Вашингтоном и другими центрами силы. Это позволяет рассматривать бразильский результат как внешнеполитическую неудачу Трампа.

Дополнительную остроту этому придает публичная полемика двух президентов. Трамп называл Лулу «непредсказуемым» и заявлял, что тот его совершенно не интересует, хотя прежде высказывался о нем и положительно. Бразильский президент также не сдерживал критики. Он обвинял Трампа в стремлении стать «императором мира», подчеркивая, что американского лидера избрали управлять США, а не другими государствами. Поэтому переизбрание Лулы имеет для Вашингтона и символическое значение: власть сохранил политик, который открыто оспаривал право американской администрации диктовать Бразилии свои условия.

Вместе с тем результаты голосования не дают оснований говорить об ослаблении болсонаризма как массового движения. Почти половина избирателей поддержала Флавиу Болсонару, а разрыв между кандидатами составил 3,58 процентного пункта. Бразилия остается политически разделенной, и победителю предстоит учитывать устойчивую поддержку противоположного лагеря.

Так или иначе, для Трампа этот результат особенно неприятен накануне промежуточных выборов в Конгресс США, назначенных на 3 ноября. Победу Болсонару он мог бы представить американским избирателям как свидетельство роста своего международного авторитета и укрепления влияния США в Латинской Америке. Это позволило бы администрации записать сближение с крупнейшим государством региона в число своих внешнеполитических успехов.

Теперь же дополнительный аргумент получили критики Трампа, которые могут указывать на то, что его поддержка политических союзников не приносит ожидаемых результатов, а давление на другие страны не обеспечивает Вашингтону желаемого влияния. Для Белого дома такой повод для критики возникает в самый неподходящий момент, когда республиканцам необходимо убедить избирателей в результативности президентского курса.

Победа Лулы стала холодным душем для Трампа, рассчитывавшего на дальнейшее укрепление своих позиций в Латинской Америке. В крупнейшей стране региона избиратели сохранили власть за одним из его наиболее заметных критиков. Этот результат показывает, что близость к американскому президенту не всегда становится политическим преимуществом, а его давление способно усиливать поддержку оппонентов.

До следующих президентских выборов в США остается всего два года. За это время Трампу предстоит превратить свои внешнеполитические амбиции в конкретные результаты, иначе просчеты могут осложнить борьбу республиканцев за сохранение Белого дома.

• Зеленский: «Подарки» Путину не приведут к миру
• Глава Mercedes-Benz: исключение Британии из «Сделано в Европе» ударит по автопрому
• Токаев наградил президента Германии высшим орденом Казахстана