Восстание средних держав: Турция, Азербайджан и Канада в новой мировой политике - СТАТЬЯ ANEWZ

Международная система вступает в период, когда главная задача для многих государств заключается уже не просто в выборе между конкурирующими великими державами, а в том, чтобы не допустить зависимости своей экономической безопасности, политической самостоятельности и дипломатических возможностей от меняющихся предпочтений этих держав.

Недавний визит премьер-министра Канады Марка Карни в Турцию 22–23 октября особенно наглядно продемонстрировал эту дилемму.

Предупреждение Карни о том, что средние державы должны действовать сообща, иначе рискуют оказаться не за столом переговоров, а «в меню», отражает растущую обеспокоенность характером современной международной политики. Вашингтон все активнее использует военные и экономические рычаги в качестве инструментов внешней политики, Пекин сочетает коммерческий прагматизм со стратегическими амбициями, а Москва продолжает отстаивать собственное, вызывающее споры представление о международном порядке.

Тем временем Европа сталкивается с внутренней социальной напряженностью и вопросами относительно своей будущей экономической конкурентоспособности и международного влияния.

В этом контексте не меньшего внимания заслуживают и другие процессы, в частности растущие усилия Турции по объединению европейских, евразийских и ближневосточных дипломатических сетей. От сотрудничества с тюркскими государствами до региональных инициатив в сфере безопасности и недавних встреч в формате R4+E3 в Стамбуле — Анкара демонстрирует один из наиболее показательных примеров того, как географическое положение может стать источником самостоятельного дипломатического влияния.

Таким образом, главный вопрос заключается не в том, способны ли средние державы заменить великие. Гораздо важнее, смогут ли они сформировать более надежную дипломатическую систему, в которой международные отношения в условиях нестабильности не будут определяться исключительно экономическим и военным превосходством сильнейших государств.

Снижение доверия к великим державам и возвращение дипломатии сделок

На протяжении десятилетий американское лидерство представлялось одной из главных опор международного порядка. Несмотря на противоречия между провозглашаемой Вашингтоном приверженностью универсальным принципам и их избирательным применением, именно Соединенные Штаты обеспечивали значительную часть экономической, военной и институциональной инфраструктуры, вокруг которой союзники выстраивали свою внешнюю политику.

Сегодня проблема заключается не столько в ослаблении американской мощи, сколько в растущей неопределенности относительно того, каким образом эта мощь будет использоваться. С аналогичной проблемой, сопровождающейся ухудшением международного имиджа, столкнулась и Россия после неоднократного обращения к военным методам решения проблем на евразийском пространстве.

В то же время другая крупная мировая держава — Китай — сумела распознать возможности, открывающиеся на фоне неопределенности американской и российской политики.

Пекин способен договариваться с Вашингтоном и Москвой по самым разным вопросам, одновременно сохраняя принципиальные позиции в отношении Тайваня, технологий и региональной безопасности. Китайский прагматизм позволяет разграничивать разногласия, не превращая каждый спор в препятствие прежде всего для экономического сотрудничества.

Однако китайский прагматизм не следует автоматически воспринимать как более справедливую альтернативу. Для средних держав вывод очевиден: зависимость от одной великой державы создает уязвимости, которые невозможно устранить исключительно за счет дипломатической доброй воли. Диверсификация становится вопросом стратегической устойчивости, а не просто экономических предпочтений.

Таким образом, тарифы, угрозы экономических ответных мер, меняющиеся требования к союзникам и все более персонализированный характер дипломатических переговоров побуждают правительства пересматривать риски чрезмерной зависимости от отдельных великих держав.

Особенно наглядно эту уязвимость демонстрирует Канада: почти 70% ее экспорта приходится на Соединенные Штаты. Поэтому стратегия Карни, направленная на диверсификацию торговли и расширение отношений с другими средними державами, представляет собой не просто экономическую корректировку, а попытку укрепить национальную устойчивость.

Именно в этом контексте 22 октября, во время последнего двустороннего визита, Канада и Турция повысили уровень своих отношений до стратегического партнерства, открыв новый этап сотрудничества в торговле, инвестициях, обороне, энергетике и дипломатии.

Что представляет собой «средняя держава»

Понятие «средняя держава» давно занимает важное, хотя и дискуссионное место в теории международных отношений. Общепринятого определения этого термина не существует.

Традиционный подход, основанный на положении государства в международной иерархии, определяет средние державы через их относительную экономическую мощь, военный потенциал, численность населения и геополитическое значение.

Другой, поведенческий подход, сосредоточен на том, каким образом государства оказывают влияние, не располагая ресурсами для самостоятельного установления глобального господства.

Некоторые исследователи связывают дипломатию средних держав с многосторонним решением проблем, поиском компромиссов и приверженностью принципу так называемого «ответственного участия в международном сообществе».

В рамках такого понимания влияние определяется не только материальными возможностями, но и способностью создавать коалиции, выступать посредниками и формировать международную повестку.

Ряд аналитиков также проводит различие между «традиционными средними державами», такими как Турция и Канада, и «формирующимися средними державами», такими как Азербайджан, чье региональное влияние и дипломатические амбиции могут быть более выраженными.

Однако эта категория остается подвижной: государства не занимают неизменного положения в международной иерархии, а их способность влиять на происходящее различается в зависимости от региона и конкретной сферы политики.

Поэтому в рамках данного анализа под средними державами понимаются не просто государства, находящиеся между великими и малыми странами, а участники международных отношений, располагающие достаточными экономическими, стратегическими или дипломатическими ресурсами для влияния на международные процессы, но не способные единолично определять их исход.

Их коллективное значение заключается в способности согласовывать позиции, создавать межрегиональные коалиции и защищать дипломатические механизмы от односторонних действий.

При этом единство не следует путать с автоматическим согласием или общностью ценностей. Средние державы нередко имеют конкурирующие интересы и различные политические системы.

Их задача — превратить эти различия в основу прагматичного сотрудничества, сохраняя свободу внешнеполитического маневра и одновременно противодействуя такому международному порядку, при котором великие державы считают правила необязательными всякий раз, когда те становятся для них неудобными.

Борьба средней державы за влияние вопреки трудностям

Расширение международных связей Турции позволяет рассмотреть эти аргументы на практическом примере.

Прежде всего в рамках Организации тюркских государств (ОТГ) Турция, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан создали развитые институциональные механизмы политического диалога, экономического сотрудничества и культурного обмена.

Рост торговли между этими странами и стратегическое значение Среднего коридора, соединяющего Азию и Европу, показывают, каким образом транспортная взаимосвязанность может укреплять региональные отношения, одновременно обеспечивая диверсификацию транспортных маршрутов и цепочек поставок.

Разумеется, расширение торговли само по себе не означает формирования единого политического блока. Дальнейшее развитие сотрудничества будет зависеть от состояния инфраструктуры, таможенных процедур, финансирования, согласования нормативных требований и различий во внешнеполитических приоритетах.

Ближневосточная дипломатия Турции также сочетает экономические отношения, сотрудничество в сфере безопасности и усилия по развитию диалога.

Взаимодействие Анкары с такими государствами, как Египет, Саудовская Аравия и Пакистан, отражает подход, при котором региональным странам предлагается брать на себя большую ответственность за урегулирование затяжных кризисов.

Значение этих связей заключается в том, что они развиваются одновременно, а не последовательно.

Турция способна поддерживать экономические отношения с европейскими рынками, одновременно укрепляя институциональные связи с государствами Туркестана и Центральной Азии и взаимодействуя с ближневосточными странами по вопросам безопасности и дипломатии.

Это не свидетельствует об отказе Турции от Европы. Напротив, показывает, что ее международное положение невозможно свести к одной географической или политической ориентации.

Стратегическая возможность заключается в превращении этих связей в устойчивое сотрудничество, несмотря на существующие трудности и предвзятость во внешней политике.

Именно поэтому без эффективных институтов, надежных инвестиций и способности урегулировать разногласия транспортная и экономическая взаимосвязанность останется лишь стремлением, а не устойчивым источником влияния.

Значение средних держав для будущего многосторонней дипломатии

Заключительный вопрос касается будущего многостороннего сотрудничества.

Если Вашингтон все больше отдает предпочтение двусторонним договоренностям, Пекин сочетает риторику многосторонности с избирательным стратегическим взаимодействием, а Москва продолжает оспаривать существующий порядок европейской безопасности, особое значение приобретает роль других участников международных отношений — прежде всего средних держав, которые все чаще оказываются защитниками сохранившихся элементов международного порядка, основанного на правилах.

Ответом на эти вызовы, безусловно, не может стать отказ от многосторонней дипломатии ради односторонних государственных интересов.

Ограниченность возможностей ООН также очевидна, особенно в ситуациях, когда соперничество великих держав парализует работу Совета Безопасности.

Тем не менее Организация Объединенных Наций остается одной из немногих глобальных площадок, где государства, независимо от их размеров и влияния, могут официально участвовать в обсуждении вопросов международного мира, безопасности и развития.

Средние державы способны укрепить эту роль, согласовывая позиции перед крупными международными переговорами, поддерживая институциональные реформы и противодействуя избирательному применению международных норм.

При необходимости они могут также создавать практические коалиции за пределами ООН, как это на протяжении последних лет пытается делать Турция.

Подобные инициативы способны стать дополнительной опорой международной системы, а не очередным поводом для подрыва существующего порядка, сформированного вокруг ООН.

Таким образом, подлинная ценность сотрудничества средних держав заключается в возможности сделать международную дипломатию менее зависимой от предпочтений отдельных великих держав.

Однако для этого недостаточно торговых соглашений и оборонных партнерств. Необходимы постоянные консультации, практическая координация и готовность отстаивать общие правила даже тогда, когда они противоречат сиюминутным национальным или групповым интересам.

Предупреждение Марка Карни, прозвучавшее в Анкаре и упомянутое в начале статьи, представляет собой нечто большее, чем просто призыв обеспечить государствам место за столом переговоров.

Недавние встречи в формате R4+E3, организованные Турцией, в свою очередь, служат еще одним конкретным примером того, как дипломатические сети могут объединяться, преодолевая региональные границы.

Безусловно, ни одно из этих событий само по себе не гарантирует возникновения нового международного порядка. Однако оба подчеркивают необходимость укрепления коллективной самостоятельности государств в условиях все более фрагментированного мира.

В конечном счете главный вопрос заключается не в том, смогут ли средние державы когда-нибудь сами стать великими. Гораздо важнее, способны ли они совместными усилиями добиться того, чтобы статус великой державы больше не давал неограниченного права устанавливать правила международных отношений.

***
Материал опубликован в разделе AnewZ Opinion и представлен читателям Vesti.az. Раздел предоставляет независимым авторам площадку для экспертных оценок глобальных и региональных процессов. Изложенные в статье взгляды принадлежат исключительно автору и не отражают официальную позицию редакций AnewZ и Vesti.az.

• Ильхам Алиев: Возвращение Гейдара Алиева к власти было требованием народа
• Глава Пентагона совершил тайный визит в Израиль
• Лейла Алиева посмотрела выступление легендарной группы национальных конных игр «Галкыныш» в городе Аркадаг-ФОТО