Армянский тест для европейской демократии – ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Парламентские выборы в Армении вряд ли войдут в историю как образец безупречной электоральной процедуры. Количество зафиксированных нарушений, уголовных дел, жалоб и задержаний оказалось настолько значительным, что в любой другой ситуации это почти наверняка стало бы поводом для масштабной международной дискуссии.

Тем не менее европейские структуры и западные наблюдатели продемонстрировали удивительную сдержанность. И дело здесь не столько в самой Армении, сколько в том, как сегодня на практике применяются принципы, которые принято называть универсальными демократическими стандартами, строго контролируемыми европейскими институтами.  

Сразу стоит оговориться: речь не идет о попытке поставить под сомнение победу Никола Пашиняна. Более того, сохранение его власти объективно отвечает интересам Азербайджана. Именно нынешний премьер-министр Армении остается главным сторонником мирной повестки, выдвинутой Президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым.

Да, в Баку не скрывают, что именно при действующем руководстве Армении вероятность подписания полноценного мирного соглашения выглядит наиболее реалистичной. Однако поддержка мирного процесса и оценка качества выборов — совершенно разные вопросы.

А потому армянская кампания представляет интерес прежде всего как пример того, насколько по-разному могут оцениваться одни и те же явления в зависимости от политического контекста.

Итак, по данным независимых наблюдателей, нарушения были зафиксированы примерно на 800 избирательных участках. Для страны с масштабами Армении это уже не является набором случайных инцидентов. Речь идет о нарушениях, носивших массовый и системный характер. Причем подобная оценка основывается не только на заявлениях оппозиции.

Официальная статистика армянских государственных структур сама по себе достаточно красноречива. Министерство внутренних дел возбудило 79 уголовных дел по фактам нарушений избирательного законодательства, 18 человек были арестованы.

В Генеральную прокуратуру поступило более 400 жалоб, по результатам рассмотрения которых были возбуждены 186 уголовных дел, а в отношении 12 человек избрана мера пресечения в виде ареста. По линии Антикоррупционного комитета возбуждены еще 115 уголовных дел, задержаны 214 человек, из которых 91 впоследствии был арестован.

Уже одна эта статистика сама по себе должна была привлечь повышенное внимание, но она так и не стала предметом серьезной международной дискуссии. Почему-то… Обычно значительно меньших цифр бывает достаточно для громких заявлений о проблемах демократии, необходимости дополнительного мониторинга и срочных рекомендаций по исправлению ситуации. В случае с Арменией подобной активности практически не наблюдалось.

Большинство зафиксированных нарушений касались организации голосования и соблюдения его тайны. А ведь именно тайное голосование считается одним из базовых принципов демократической системы.

Наблюдатели сообщали об использовании прозрачных конвертов для бюллетеней. На первый взгляд подобная деталь может показаться незначительной, однако сама идея тайного голосования заключается в том, что выбор гражданина должен быть полностью защищен от внешнего контроля. Прозрачные конверты неизбежно ставят этот принцип под сомнение.

Фиксировались случаи видеосъемки непосредственно в кабинках для голосования. Поступала информация об открытом голосовании. Кроме того, наблюдатели указывали на многочисленные несоответствия в итоговых протоколах. Каждое из этих нарушений само по себе обычно становится предметом отдельного внимания международных миссий. Здесь же все они были зафиксированы одновременно.

Не менее серьезными выглядели сообщения о массовом подкупе избирателей. Причем речь шла не о единичных эпизодах, а о многочисленных сигналах из различных регионов страны. Подобные обвинения сопровождали всю кампанию и неоднократно становились предметом жалоб и обращений.

Еще одним предметом критики стало использование административного ресурса. По сообщениям наблюдателей, бюджетников и студентов принудительно привлекали к мероприятиям правящей партии. Рядом с избирательными участками размещались агитационные материалы. Отдельные претензии касались работы государственного телевидения, которое, по оценкам критиков, обеспечивало явно неравномерное освещение кампании и предоставляло власти значительно более благоприятные условия по сравнению с ее политическими оппонентами.

Вопросы возникли и к работе со списками избирателей. Сообщалось примерно о 18 тысячах различных несоответствий. Речь шла как об ошибках в регистрационных данных, так и о случаях появления в списках посторонних лиц. Отдельно фигурировали сообщения о фиктивной госпитализации граждан для организации голосования по месту лечения. Подобные схемы хорошо известны специалистам по электоральным процессам и регулярно становятся предметом критики в разных странах.

Наблюдатели также сообщали о случаях так называемой «карусели» — повторного голосования одних и тех же лиц. Все это усиливало сомнения в качестве организации избирательного процесса.

Проблемы возникали и во время подсчета голосов. На отдельных участках сообщалось об отключении электроэнергии. Наблюдатели обращали внимание на организованное направление военнослужащих на голосование. Дополнительные вопросы вызывало присутствие партийных функционеров непосредственно на участках. В демократической практике сама процедура голосования и подсчета голосов должна быть максимально нейтральной, поэтому подобные факты неизбежно становятся предметом критики. Во всяком случае, должны были стать таковыми.

Однако перечень претензий этим не ограничивался.

В ходе выборов поступала информация о приостановке голосования на отдельных участках, а также о многочисленных технических и процедурных нарушениях. Отдельные наблюдатели указывали, что организация работы некоторых участков была выстроена таким образом, что могла оказывать влияние на свободное волеизъявление граждан.

По итогам избирательной кампании в общей сложности поступило 125 обращений. В них содержались утверждения о незаконной агитации, а также о скрытой пропаганде с использованием специальных символов и знаков лицами, близкими к власти. Иными словами, речь шла не только о нарушениях непосредственно в день голосования, но и о попытках косвенного воздействия на избирателей.

Особое внимание привлекли действия в отношении оппозиции. В период кампании и после голосования проводились массовые задержания и обыски представителей оппозиционных сил. По имеющимся данным, только у одной из политических партий были задержаны более 700 членов и сторонников. Даже без политических оценок сама эта цифра говорит о многом - для страны, проводящей парламентские выборы.

Отдельный резонанс вызвала история с предпринимателем, связанным с Россией. Следственный комитет Армении сообщил о задержании вице-президента Армянского бизнес-совета России. По версии следствия, он прибыл в Армению 31 мая и через Telegram призывал проживающих в России граждан Армении приехать на выборы, предлагая бесплатный проезд для участия в голосовании. Имя фигуранта официально не разглашалось, однако правоохранительные органы заявили о продолжении расследования и поиске других возможных участников данной схемы.

В совокупности все эти факты формируют весьма объемную, далеко не «кошерную», картину нарушений и претензий к организации выборов. И тем более необычной выглядит реакция европейских структур.

По словам политологов, на большинство вопросов, поднятых в связи с нарушениями, со стороны европейских институтов практически не последовало какой-либо действенной реакции. Более того, наблюдатели Европарламента зачастую оценивали зафиксированные нарушения иначе, чем независимые наблюдатели и даже сами армянские правоохранительные органы.

Главный вопрос этих выборов заключается вовсе не в том, кто победил. Победа Никола Пашиняна не выглядит сенсацией и сама по себе не является предметом серьезного спора. Гораздо показательнее другое: практически все претензии к избирательной кампании были официально зафиксированы, расследовались правоохранительными органами и стали предметом многочисленных жалоб. И тем не менее это не привело к той реакции, которая обычно следует в подобных случаях со стороны европейских институтов.

Казалось бы, перед нами классический набор обстоятельств, при которых обычно следуют жесткие заявления о кризисе демократических институтов, требования дополнительных проверок, рекомендации по реформированию избирательной системы и многочисленные экспертные дискуссии о состоянии демократии. Но произошло нечто удивительное. Вместо привычной принципиальности последовала почти образцовая сдержанность.

Как оказалось, универсальные демократические стандарты остаются универсальными лишь до тех пор, пока не сталкиваются с политической целесообразностью. А дальше начинается зона гибких трактовок, нюансов и удивительной терпимости к тому, что в иных обстоятельствах называлось бы совершенно другими словами.

Европейские структуры любят рассуждать о верховенстве права, прозрачности выборов, равенстве политической конкуренции и недопустимости вмешательства в свободное волеизъявление граждан. Однако армянский пример наглядно показывает, что отношение к одним и тем же нарушениям может существенно различаться в зависимости от того, устраивает ли наблюдателей конечный политический результат.

В этом смысле выборы в Армении интересны не только как внутриполитическое событие. Они стали своеобразной проверкой на последовательность тех, кто традиционно выступает главным хранителем демократических стандартов. И если оценивать результаты этого теста беспристрастно, то вопросы возникают уже не столько к организаторам армянских выборов, сколько к самим арбитрам.

Потому что главный вывод этой истории достаточно очевиден. Если одни и те же нарушения вызывают разную реакцию в зависимости от политического результата, то речь идет уже не о принципах, а о политической целесообразности. И армянские выборы стали весьма наглядной демонстрацией этой вывернутой логики.

• Путин: Москва не против евроассоциации Киева
• Глава армии Пакистана готовится к визиту в Иран
• Генпрокурор Молдовы рассказал, как случайно нашел €75 тыс. за винной бочкой