Ильхам Алиев дал интервью BBC News - ОБНОВЛЕНО

16:13 09 Ноября 2020
Ильхам Алиев дал интервью BBC News - ОБНОВЛЕНО
10587

6 ноября президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев дал интервью BBC News.

Vesti.Az представляет интервью.

-Президент Алиев, благодарим Вас за то, что уделили время для беседы с нами на ВВС News. Вы намерены сражаться за каждую пядь Нагорного Карабаха и прилегающих семи районов?

аша позиция с самого начала была предельно ясна. Мы готовы и все еще в любой момент готовы остановиться, если армянская сторона примет обязательство по освобождению оккупированных территорий. С самого начала войны я говорю, что если премьер-министр Армении возьмет перед общественностью обязательство по освобождению территорий, то мы остановимся. Но прошло уже 40 дней. И нет никаких признаков того, что он скажет это.

-Это означает, что Вы будете сражаться до конца?

-Если Армения не примет обязательства по выводу войск с оккупированных территорий, то мы будем сражаться до конца. Считаю, что Армения совершает большую ошибку, так как если бы она с самого начала прислушалась к нам, то война давно бы прекратилась и мы уже находились бы за столом переговоров.

-Однако, господин Президент, Вы ставите ультиматум, говорите о том, что они должны вернуть все эти территории и лишь после этого возможны переговоры. Для переговоров это большое первоначальное условие.

-Нет, вовсе не так. Поскольку мои слова опираются на основные принципы, в которых предельно ясно отмечено освобождение территорий, прилегающих к Нагорному Карабаху. Это очень ясный месседж для Армении. К сожалению, Армения не согласилась с основными принципами, разработанными сопредседателями Минской группы и прежним руководством Армении. В основных принципах говорится, что на первом этапе они должны освободить 5 оккупированных районов, а на втором – 2 района. Однако четыре из пяти районов уже освобождены. Если они сделают это, и открыто заявят о времени освобождения части Агдама, Кяльбаджара и Лачина, то мы остановимся.

-Эти территории не знакомы нашей международной аудитории, поэтому хочу внести ясность. Вы говорите, что если руководство Армении согласится освободить территории за пределами Нагорного Карабаха, то Вы остановитесь и не будете воевать?

-Так и есть. Эта позиция, которую я неоднократно подчеркивал. В то же время это – не все вопросы, входящие в повестку дня переговоров. Конечно, после этого мы будем работать над возвращением вынужденных переселенцев-азербайджанцев в Нагорный Карабах, так как до войны, в 1990-х годах в Нагорном Карабахе проживали 40 тысяч азербайджанцев, что составляло 25 процентов его населения. Армяне изгнали их всех, осуществили этническую чистку, после чего провозгласили «независимость».

-Однако существует опасение в связи с тем, что если Вы получите контроль над Нагорным Карабахом силой оружия, то сделаете то же самое. Армения сказала, что очень боится, что ее люди подвергнутся этнической чистке.

-Это необоснованное обвинение. Во-первых, если данный вопрос действительно беспокоит Армению, то почему они не соглашаются с основными принципами? Ведь если основные принципы будут утверждены, и Армения примет обязательство, которое я неоднократно требовал от них, то все остановится.

-Вы не требуете у них освободить Нагорный Карабах, Вы требуете лишь прилегающие районы?

-Мы требуем исполнения резолюций, принятых Советом Безопасности ООН в 1993 году. Эти резолюции требуют безотлагательного, полного и безоговорочного вывода армянских войск с оккупированных территорий. Что касается армянского населения Нагорного Карабаха, то они будут продолжать жить там, они - наши граждане. Я неоднократно высказывал эту позицию.

-Президент Алиев, Вы говорите о том, что армяне будут жить там как ваши граждане. Недавно Вы сказали, я цитирую: «если они не уйдут, то мы будем гнать их, как собак». После такого заявления люди вряд ли будут чувствовать себя в безопасности.

-Нет. Прошу правильно подходить к моим заявлениям. Говоря об этом, я имел в виду тех, кто продолжает удерживать наши территории под оккупацией. Я имел в виду военно-политический режим Армении. Имел в виду «правительство» Нагорного Карабаха, эту преступную хунту, которая, кстати, уже сбежала. Мне сообщили, что «руководитель» Нагорного Карабаха уже в Ереване. Я имел в виду их, а не армянский народ.

-В таком случае Вы абсолютно гарантируете, что против армянских граждан в Нагорном Карабахе не будет проводиться никакой этнической чистки?

-Да. Мы не армяне. Они провели этническую чистку против нас. Они изгнали из Нагорного Карабаха и прилегающих семи районов всех азербайджанцев. В результате осуществленной Арменией политики этнической чистки у нас один миллион беженцев и вынужденных переселенцев. Однако мы не будем вести себя так же. Мы не станем мстить. Даже когда они разбомбили Гянджу, Барду, другие города и убили 92 человека, гражданских лиц, я неоднократно говорил, что мы будем мстить на поле боя. Учитывая эту официальную позицию, проживание в Азербайджане тысячи армян и отсутствие всякой этнической чистки в отношении их, почему же мы должны сделать это там?

-Что касается армян, проживающих в Азербайджане. Как нам сообщили, многие из них живут в страхе, поэтому изменили фамилии с тем, чтобы в них открыто не узнавали армян. Как армяне Нагорного Карабаха могут убедиться в своей безопасности?

-Нет, это ошибочная информация.

-Эта информация поступает от проживающих здесь людей.

-Возможно, кто-то создал семью и изменил фамилию. Это обычное явление здесь. Но нет. Здесь проживает много армян, и мы знаем, что они армяне. Кстати, могу вам сказать, и многим следует знать об этом. Сестра бывшего министра обороны Армении Арутюняна живет в Азербайджане. Если хотите, мы можем организовать встречу с ней. Это – по сути, армянская пропаганда, а не страх.

-Президент Алиев, понятно, что если есть пропаганда, то она ведется на обеих сторонах. В рамках государственного диалога здесь звучат институциональные месседжи против армян, людям прививается ненависть к противоположной стороне. Вы, действительно, ожидаете, что они смогут жить вместе?

-Почему в других местах мира они могут жить вместе. Вы знаете о том, что в Грузии есть села, где армяне и азербайджанцы живут вместе? Они живут вместе в России, Украине, живут вместе в Азербайджане, в других уголках мира. Если вы понаблюдаете за ситуацией в мире, то увидите, что положение между армянами и азербайджанцами на Западе спокойно, исключая некоторые проармянские митинги. Почему там они могут жить, а здесь нет?

-Если Вы получите контроль над Нагорным Карабахом, то действительно ожидаете, что в Нагорном Карабахе останется хоть один армянин, который будет жить по азербайджанским законам?

-Считаю, что это возможно. Как Президент я говорю это сегодня и неоднократно говорил, что мы хотим жить рядом. Если бы мы не хотели этого, то зачем я должен говорить об этом? Как вам известно, сегодня Азербайджанская армия одерживает победу в боях. Сегодня мы освобождаем города и села одно за другим. В принципе, каждый человек в Азербайджане может сказать: смотрите, они совершили геноцид в Ходжалы, изгнали азербайджанцев из родных очагов, уничтожили все наши города и села.

-Армяне, конечно, тоже утверждают, что были изгнаны, на протяжении многих лет становились жертвой геноцидов.

- Откуда они были изгнаны? Откуда? Они не были изгнаны. Мы не совершали этнической чистки против армян. Нет, армяне живут в Азербайджане. Они изгнали нас не только из Нагорного Карабаха, но и из распложенных на административной границе с Нагорным Карабахом семи районов, где никогда не жили армяне. Они изменили название городов и сел.

-Президент Алиев, что касается религии, то в Армении было совершено нападение на церковь.

-Это произошло не в Армении.

-Прошу прощения, господин Президент, в Нагорном Карабахе. Церковь дважды за один день подверглась ракетному обстрелу. В тот день Вы сказали, что, возможно, это ошибка. Вы сказали, что выясните. Каков результат?

-Для выяснения данного вопроса мы должны находиться там. Для выяснения. Я неоднократно говорил, что это – либо ошибка нашей артиллерии, либо провокация, преднамеренно совершенная самими армянами.

-Они подвергли обстрелу собственную церковь?

-Да, так и есть.

-Они, конечно, отрицают это.

-Простите?

-Они, конечно, отрицают это.

-Да, конечно, они отрицают это. Они все отрицают. Они отрицают нанесение удара по Гяндже с территории Армении с применением баллистической ракеты. Премьер-министр Армении сказал, что это – ошибочная информация. Несмотря на это, ваша страна, Соединенные Штаты Америки, Россия могут легко установить, откуда была пущена баллистическая ракета.

-Что касается церкви…

-Что касается церкви. Я сказал, что это либо ошибка, либо они преднамеренно сделали это, так как увиденное мною изображение данной церкви свидетельствует о незначительном повреждении, которое можно отремонтировать максимум за две недели. Это, во-первых. Во-вторых, вы находитесь здесь в Баку. Вы, наверное, видели реставрированную нами армянскую церковь в центре города. Мы храним там тысячи армянских книг. Если мы, по утверждению армян, разрушаем церкви, то почему не разрушили эту?

-Вы можете однозначно сказать, что Ваши вооруженные силы не атаковали церковь?

-Я неоднократно однозначно говорил. Это либо ошибка нашей артиллерии…

- Таким образом, вы могли бы это сделать?

- Кто? Кого вы имеете в виду?

- Ваши силы могли бы сделать это?

- Это могло бы произойти лишь по ошибке. Потому что военной цели не было. Церковь не находится среди военных целей. У нас были военные цели в городе Ханкенди, - армяне называют его Степанакерт. У нас были военные цели в Шуше, и мы наносим удары по этим военным целям, потому что они атаковали нас. Наверное, это была ошибка.

- Могли бы Вы дважды допустить ошибку в один и тот же день? Удар по церкви был нанесен дважды.

- Почему нет? Вы видели фотографии азербайджанских мечетей на оккупированных территориях? Все они разрушены. Они содержат в наших мечетях свиней. По видеокадрам, снятым недавно в мечети, которая расположена в освобожденном от оккупации Зангилане, видно, что они содержали там свиней.

- Говоря о своей армии, Вы высказали такое мнение, что ее численность составляет 100 тысяч, у Вас есть современное оборудование, приобретенное у Израиля, Турции, особенно турецкие дроны. Учитывая все эти находящиеся в Вашем распоряжении возможности, можно ли было дважды допустить ошибку в связи с обстрелом церкви?

- Конечно же, может быть. Так как для расследования этого мы должны быть там. Когда мы будет там, мы отремонтируем ее.

- Но это…

- Мы восстановим ее, вы это увидите. Мы восстановим ее, когда вернемся в Шушу.

- Разве это не значит, что из-за такой неточности этого оружия и вероятности допущения с легкостью подобных ошибок Вы не должны использовать его в гражданских местах?

- Мы не применяем их в гражданских местах. Мы используем это для уничтожения военной инфраструктуры.

- Президент Алиев…

- Город Ханкенди был полон военными объектами. Город Шуша полон военными объектами. В отличие от них мы не атакуем гражданских лиц. Они намеренно разрушают места гражданского проживания, совершили атаку на Гянджу баллистическими ракетами.

- Президент Алиев, разрешите рассказать Вам, что увидели наши сотрудники ВВС. Это не слух. Это было снято нашими сотрудниками ВВС, это то, что они увидели. Первого, второго и третьего октября они побывали в Степанакерте и Нагорном Карабахе. Они увидели, как город, в том числе центр скорой медицинской помощи, подверглись хаотичному обстрелу снарядами, как было разрушено жилое здание, как над головами людей, когда они пытались скрыться, был дрон, а позднее дополнительный обстрел снарядами. Они охарактеризовали это как бессистемный обстрел снарядами города без четких военных целей. Это не слух. Это случай, свидетелем которого стал и заснял ВВС.

- У меня есть подозрения в связи с теми событиями, свидетелями которых вы стали. Есть подозрения.

- Но, Президент Алиев, они были там.

- Ну и что, что они там были? Это ни о чем не говорит. Это может быть фейковой новостью. Наши военные…

- Почему это должно быть фейковой новостью? Почему любой журналист, который туда отправляется, должен решить распространять фейковые новости?

- Из-за предвзятой позиции к конфликту, из-за кампании по очернению Азербайджана в международных медиа.

- Значит, Вас нельзя обвинить в допущении какой-либо ошибки? Все новости – фейковые?

- Конечно же, это фейковая новость. Мы внимательно следим за западными медиа, и за эти 40 дней я, может быть, дал 30 интервью. Все они были очень агрессивными, будто это не интервью, а обвинение. На армянской стороне ничего не происходит. Никто не спрашивает у Пашиняна, почему он нанес удар по Гяндже баллистическими ракетами. Почему он убил 92 человека? Почему он совершил атаку на похоронную процессию в Тертере? Почему они для нападения на Барду, в результате которого погиб 21 человек, еще 70 получили ранения, использовали кассетные бомбы «Смерч»? Никто у него не спрашивает. Никто не спрашивает у него, откуда он приобретает оружие? Нападают только на нас. Международные медиа очерняют только Азербайджан. Поэтому ваш ВВС, ваши так называемые коллеги стали «свидетелями» этих событий там. Я не верю в это.

- Они засняли это. Конечно же, фиксирование убийства гражданских лиц с обеих сторон имеет большое значение. Обе стороны открывали хаотичный огонь. Мы сами стали здесь свидетелями последствий атаки на Гянджу баллистической ракетой. Таким образом, потери и на этой стороне не вызывают сомнений.

- Благодарю.

- Но так же, как Вы говорите о кассетном оружие, есть доказательства того, что и вы использовали его в гражданских местах, на улицах Степанакерта, и это было широко задокументировано организацией Human Rights Watch, были сделаны фотографии, сняты видео, очевидцы дали показания. У них была возможность побывать на месте происшествия. Почему Вы используете в гражданских местах кассетное оружие, которое может быть настолько неточным?

- Мы не используем их. Это очередная фейковая новость. Армения использует кассетные бомбы.

- Значит, все это фейковые новости.

- Конечно же. А почему нет? Мы сталкиваемся с фейковыми новостями на протяжении десятков лет.

- Но Вы признаете, что…

- А знаете сколько фейковых новостей об Азербайджане было опубликовано в британской прессе? Тысячи.

- Но, Президент Алиев, Вы признаете, что ведете войну, продвигаетесь вперед. А затем, с другой стороны, говорите нам, что не используете это оружие.

- Нет, не используем. Потому что мы сражаемся на поле боя. Мы сражаемся против армянской армии. Мы не воюем против гражданских лиц. В этом нет никакого смысла, потому что наша задача освободить земли, и мы одну за другим освобождаем села, города. Мы не используем кассетные бомбы, для нас нет в этом необходимости. У нас есть достаточно других инструментов…

- Таким образом, доказательства, выявленные организацией Human Rights Watch, также фейковые?

- Конечно же. Потому что организация Human Rights Watch отличается предвзятой позицией к Азербайджану, и даже, когда журналисты умирали в тюрьмах, даже когда руководитель главной оппозиционной партии находился в тюрьме, эта организация, не видя каких-либо недостатков в Армении, ничего не сообщала об этом. Они лишь сообщают информацию против нас. Поэтому 5-6 лет назад мы приостановили сотрудничество с организацией Human Rights Watch. И только сейчас, когда эта война началась, мы пригласили их сюда, чтобы они увидели все своими глазами. Мы хотели, чтобы они подтвердили эти случаи, потому что у них не было возможности сказать «нет». Поэтому мы пригласили их. Таким образом, в Азербайджане нет доверия к этой организации.

- Президент Алиев, сколько гражданских лиц были убиты на этой стороне? Сколько их?

- Режимом Пашиняна были убиты 92 гражданских лица, 405 человек получили ранения, можно сказать, что были разрушены или был нанесен значительный ущерб 3000 домам. Таким образом, это факты, которые вы можете проверить, отправившись туда.

-Мы хотим сами поехать и увидеть линию фронта, во время последней поездки сюда нам не позволили самостоятельно туда выехать. Можете ли Вы гарантировать, что в этот раз мы сможем поехать туда?

-Да, считаю, что это возможно. Но необходимо принять меры безопасности, чтобы уберечь вас. Но, думаю, что это возможно. Это регулируется общей ситуацией и законодательством о военном положении. Поэтому данная поездка должна соответствовать временным правилам.

-То есть, мы не можем свободно передвигаться по линии фронта?

-Что вы имеете в виду, когда говорите о линии фронта? Посещение места, где идут бои?

-Да.

-Журналисты были там.

-Но они не могли свободно передвигаться.

-Что вы имеете в виду, когда говорите «свободно»?

-Свободно передвигаться без наблюдателей правительства. Передвигаться по собственному усмотрению. Мы делаем это во время других конфликтов. Мы принимаем решение о том, куда хотим поехать, делаем свой выбор, отправляемся туда и снимаем события.

-Не уверен в этом. Считаю, что наличие такой возможности следует уточнить у компетентных органов. Наблюдение за иностранными журналистами преследует лишь одну цель – защитить их и проинформировать о том, куда они могут выехать, а куда нет. Однако скрывать нечего. Вы можете увидеть наши разрушенные села. Вы были в Гяндже. Наверное, можете поехать и в Барду. Так что нам нечего скрывать. Мы сражаемся на своих землях. Армянская армия находится на наших землях, они – агрессоры, а мы стали жертвой агрессии. Но сегодня мы мстим. Сегодня мы указываем им на их место, и, как я уже сказал, если они добровольно не освободят остальные территории, то будем гнать их до конца.

-Это звучит как чудовищный месседж армянским гражданам.

-Нет, почему же? Мы уже говорили об армянских гражданах. Мы не допустили никаких ошибок в общении с ними. Я неоднократно говорил и стою на своем. После того, как мы освободим наши земли от этих преступных групп, оккупировавших наши территории, армяне будут жить в Нагорном Карабахе в разы лучше. Они будут получать более высокую зарплату, так как заработная плата в Азербайджане выше. У них будет более высокая пенсия, так как размер пенсии в Азербайджане втрое выше, чем в Армении. Они будут обеспечены социальной защитой. Мы вложим в эти территории крупные инвестиции, они избавятся от бедности…

-Будут ли они обладать в Азербайджане всеми правами человека, о которых люди слышали, но которых не имеют? Будут ли они располагать совершенно свободными медиа? Будут ли у них оппозиция, которой позволено поднимать голос? Будут ли они иметь здесь то, чего не имеют люди в Азербайджане?

-Вы считаете, что этих прав у людей нет? Почему вы думаете, что люди в Азербайджане не могут иметь свободные медиа и оппозицию?

-Потому что мне сообщили об этом из независимых источников.

-Из каких независимых источников?

-Многих независимых источников.

-Скажите мне, из каких?

-Я, конечно, не могу назвать их.

-Если вы не можете их назвать, значит, выдумываете какую-то историю.

-Вы говорите о том, что медиа не находятся под государственным контролем.

-Нет. Абсолютно, нет.

-Есть ли свободные оппозиционные медиа?

-Конечно.

-Где я могу увидеть это?

-Вы можете увидеть это в интернете. Можете увидеть это повсюду.

- Не в газетах.

-Почему? Вы можете увидеть это в газетах. Могу ли я спросить у вас, кого вы называете здесь оппозицией?

-Разрешается ли здесь присутствие оппозиции?

-Да, разрешается.

-НПО подвергаются преследованиям, журналисты подвергаются преследованиям.

-Нет, ни в коем случае.

-Критики находятся в тюрьмах.

- Нет, ни в коем случае.

-Все это неправда?

-Абсолютный фейк. Абсолютный. У нас есть свободные медиа. Есть свободный интернет. Правда, в связи с военным положением у нас имеют место некоторые ограничения, но раньше никаких ограничений не было. Число пользователей интернетом в Азербайджане превышает 80 процентов. Можете ли вы представить себе ограничение медиа в стране, где свободный интернет, нет цензуры и 80 процентов пользователей интернетом? У нас миллионы людей в «Facebook». Как вы можете говорить о том, что у нас нет свободных медиа? Это опять предвзятый подход. Это – попытка сформировать в западной аудитории определенное мнение об Азербайджане. У нас есть оппозиция, есть НПО, у нас есть свободная политическая деятельность. Есть свободные медиа. Есть свобода слова. Если вы подняли этот вопрос, то могу ли и я задать вам вопрос? Как вы оцениваете происходящее с господином Ассанжем? Является ли это проявлением свободы печати в вашей стране?

-Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мою страну.

-Нет, давайте обсудим. Давайте обсудим.

-Нет, Президент Алиев.

-Вместо того, чтобы обвинять меня в том, что армяне не будут иметь здесь свободной печати, давайте поговорим об Ассанже. Простите, сколько времени он провел в посольстве Эквадора и за что? Где он сейчас? Вы держали это лицо в заложниках за журналистскую деятельность, по сути, морально и физически убили его. Это сделали вы, а не мы. Теперь он находится в тюрьме. Если вы занимаетесь такими делами, то не имеете морального права говорить о свободной печати.

-Вернемся к конфликту…

-Да, было бы хорошо, если бы вы вернулись к конфликту, так как это вам не нравится. Вам нравится лишь обвинять, нападать. Но посмотрите в зеркало. Я неоднократно говорил, посмотрите, прежде, чем приходите сюда и читаете нам лекции. Вы своим вопросом обвиняете меня. Это – не вопрос, это обвинение. Вы говорите, как прокурор. Почему?

Если вы настолько демократичны и объективны, то почему держите Ассанжа в тюрьме? Почему?. Вы держите его в тюрьме из-за журналистской деятельности.

-Я не держу его в тюрьме, Президент Алиев.

-Это вам не нравится.

-Это не вопрос о том, нравится или не нравится.

-Вы не привыкли к этому.

-Это не тема нашего интервью.

-Потому что вы привыкли только нападать.

-Это не тема нашего интервью.

-Это не тема нашего интервью, но вы поднимаете этот вопрос.

-Вы подняли этот вопрос.

-Нет, вы подняли.

-Вы напомнили об Ассанже.

-Вы сказали, что если в вашей стране нет свободных медиа, то как армяне могут жить в вашей стране без оппозиции. Это ваши слова, это обвинение.

-Президент Алиев, Вы ответили на вопрос. Вернемся к теме конфликта, как Вы сказали, столкновение продолжается уже 40 дней, сколько времени, по-Вашему, будет продолжаться конфликт? Бои будут идти и зимой?

-Никто не знает. Возвращаясь опять же к началу нашей беседы, если Пашинян скажет сегодня, что «принимаю основные принципы и освобожу часть Агдама, Кяльбаджар и Лачин в течение одной или двух недель», то мы тут же остановимся.

-Однако нет необходимости в том, чтобы он гарантировал Вам освобождение остальных территорий в Нагорном Карабахе. Вы говорили о территориях за этими пределами. Мне необходимо понять Вашу позицию.

-Да, это – основные принципы. В основных принципах у нас возникает предельно ясная картина. Освобождение семи районов, вслед за этим возвращение азербайджанских вынужденных переселенцев, а затем – возвращение в Нагорный Карабах граждан Азербайджана, переселенцев.

-То есть, он должен отдать Вам и Нагорный Карабах?

-Он должен дать возможность азербайджанцам вернуться туда. Вернуться обратно. В Шушу.

-То есть у вас нет необходимости держать под контролем Нагорный Карабах?

-Что вы имеете в виду под «держать под контролем»?

-То есть, Вам нужно получить физический контроль над Нагорным Карабахом и отступление сил обороны Нагорного Карабаха, находящихся там армян, или же разрешение на возвращение гражданских лиц?

-В основных принципах, не принятых Арменией, - они фактически являются недействительными, так как Армения не приняла их, - есть положение о том, что азербайджанцы вернуться туда, будут жить в условиях мира, безопасности с обеспечением безопасности. Мы не настолько продвинулись в переговорном процессе, чтобы точно установить какая форма правления там будет. Наша позиция заключается в том, что необходим уровень муниципального управления или же определенного самоуправления, как культурная автономия для армян. Однако мы не настолько продвинулись. Если бы Пашинян сделал то, что я требовал с самого начала, когда мы освободили Физули, то война бы прекратилась, и сегодня мы говорили за столом переговоров о том, как продвигаться дальше. Однако он не берет такого обязательства. Поэтому если так будет продолжаться, то мы будем продолжать. Иного пути нет. Мы пойдем до конца, до восстановления признанной всем миром территориальной целостности страны.

-Президент Алиев, Вы уже значительно продвинулись и вернули территории вблизи Нагорного Карабаха. Когда Вы планируете возвращение гражданских лиц?

-В первую очередь, нам необходимо будет оценить ущерб, причиненный армянским государством Азербайджану и имуществу наших граждан, так как на освобожденных территориях, можно сказать, все разрушено. Я неоднократно говорил, что в Физули – большом городе, где жили десятки тысяч людей, мы не нашли здания, где бы можно было водрузить флаг. Мы водрузили его на опору. Поэтому, в первую очередь, мы оценим причиненный ущерб. Мы пригласим международных экспертов для оценки ущерба, нанесенного экологии, инфраструктуре, гражданским лицам, потерявшим свои дома, и нашему государству, историческому наследию, так как все мечети, все музеи разрушены. Это, во-первых. Кроме того, конечно же, будут судебные иски. Судебные иски против армянского государства, и мы уже готовимся к этому. Во-вторых, для проживания наших граждан там, как минимум, нужно создать первоначальные условия. Мы должны заготовить строительные материалы, вложить инвестиции в инфраструктуру.

-То есть, Вы считаете, что для этого реально нужны годы?

- Знаете, за весь период оккупации мы уже разместили 300 тысяч беженцев и вынужденных переселенцев. Последние годы были самыми запоминающимися, потому что только в этом году мы разместили 7 тысяч семей переселенцев. Таким образом, думаю, что каждый год мы можем переселить от 7 до 10 тысяч семей. Но, конечно же, для этого мы нуждаемся в инфраструктуре. Мы делаем это в Баку, где все уже готово. Но на этих территориях, где все разрушено, нам нужны электрические станции, дороги, обеспечение водой. Таким образом, все это займет время. Я не знаю, сколько это займет времени. Но мы постараемся сделать все возможное, чтобы реализовать это в самые кратчайшие сроки.

- Президент Ильхам Алиев, разрешите в конце задать Вам один или два коротких вопроса. Очень сильный союзник Азербайджана Турция оказала вам большую поддержку. Насколько часто Вы разговариваете с Президентом Эрдоганом?

- Очень часто. Особенно сейчас, несколько раз в неделю.

- А в день?

- Не ежедневно, но, если возникнет необходимость, может быть несколько раз. Мы братья, мы друзья. Как вы сказали, большая поддержка, вы правы. Но я хочу уточнить, это политическая и моральная поддержка. Ничего другого.

- Есть ли здесь турецкие пилоты, которые управляют дронами?

- Нет.

- Таким образом, они используются вашими силами?

- Да, все используется нашими силами. Не только дроны турецкого, израильского производства, но и военное оборудование российского производства, которое мы в отличие от получающей его бесплатно Армении купили, а также военное оборудование, за которое мы заплатили и приобрели у других стран. Все управляется нами.

- Ждете ли Вы того дня, когда могли бы попросить о прямом военном участии Турции? Мы уже видели, как Армения обратилась к России и спросила, что она готова сделать. Как Вы думаете, наступит тот день, когда Вы попросите Турцию быть в большей степени вовлеченной?

- Я не хочу забегать далеко вперед. Потому что это будет зависеть от ситуации на поле боя. Это будет зависеть от поведения Армении и других стран. Потому что во многих случаях я говорил, что мы против интернационализации конфликта. Мы попросили все страны, соседние, не соседние держаться подальше от этого конфликта. Мы сражаемся на наших землях, признанных на международном уровне. Это наша позиция. Я думаю, что происходящее в настоящее время будет продолжаться, и таким образом какого-либо военного участия Турции не понадобится. Но много лет назад мы подписали с Турцией документ, который обеспечит военную поддержку на случай возникновения агрессии. Таким образом, у нас с Турцией в той или иной степени есть такой же формат, законная база, как у Армении с Россией. Если Азербайджан столкнется с агрессией и Азербайджану понадобится военная поддержка Турции, тогда мы рассмотрим этот вариант.

- Президент Ильхам Алиев, разрешите попросить у Вас помощи в связи с еще двумя вопросами. Что бы Вы сказали тем, кто утверждает, что одной из причин нынешнего обострения конфликта и вашего мощного продвижения является очень сильная поддержка Турции, что это сыграло решающую роль. Уверена, что Вы слышали такие утверждения.

- Нет, ни в коем случае. Кстати, где военное участие Турции? Кто может подтвердить это? Кто-то видел какого-то турецкого солдата?

- Не участие на месте, мощная политическая поддержка, постоянные заявления, очень сильная поддержка от очень мощной региональной силы. Это не является фактором в данном случае?

- Да, это фактор. Но после начала конфликта этот фактор не имеет большого значения. Потому что, если вы посмотрите на хронологию конфликта, то эти заявления начались после нападения Армении на нас и часы спустя после нашего ответа. Но политическая поддержка Турции Азербайджана была всегда. Это произошло не внезапно. Так было всегда. Почему начался конфликт? Я могу вам сказать. Потому что Армения хотела сорвать переговоры. 12 июля они напали на нас на государственной границе и вошли на наши территории. Мы были вынуждены ответить. Это столкновение продолжалось 4 дня, и мы остановились после того, как вывели их из Азербайджана, мы не пересекли границу. Затем в середине августа они направили диверсионную группу, она пересекла линию соприкосновения, главарь этой группы был задержан, он признался, что они планировали террористические атаки на гражданских лиц. Затем 27 сентября они начали подвергать артиллерийскому обстрелу наши города, первые жертвы среди гражданских лиц и военнослужащих у нас были в первые же часы, а может и минуты. Они обстреляли нас из тяжелой артиллерии. Таким образом, это началось вот так. Почему началось?

- Президент Алиев, прошу прощения. Знаю, Вы хотите рассказать нам, как все началось, но я хочу прояснить с Вами два момента. Вы отметили потери среди военнослужащих. Почему Вы не обнародуете цифры о своих военных потерях? Вы беспокоитесь, что если люди увидят, сколько молодых людей погибли на этой войне, то поддержка ослабнет?

- Нет, ни в коем случае. Во-первых, у нас их не много. Если вы посмотрите на масштаб войны и укрепления, все позиции, которые Армения строила на протяжении 30 лет и которые мы должны были прорвать, то наши потери минимальны. Конечно же, мы не можем так говорить. Жизнь каждого человека бесценна. Но наши потери намного меньше, чем у Армении. Потому что военные возможности у нас лучше и у нас есть современное оружие, особенно дроны, которые позволяют нам нести минимальные потери. Потому что, если бы не было этих дронов, то все эти танки и пушки привели бы к смерти большого числа людей. Причина не в том, что мы думаем, что не сможем заручиться поддержкой общественности, наоборот. Люди, которые потеряли близких родственников, сыновей, братьев, просят нас не останавливаться. Можете себе представить? Ежедневно я получаю тысячи писем, тысячи. Ни в одном из этих писем я не видел слово «Остановитесь». Они говорят, что потеряли сына, брата, супруга, просят идти до конца. Они просят меня, идите до конца. Потому что наш народ жил в такой ситуации, можно сказать, на протяжении 30 лет.

- Президент Алиев, но не выходит ли так, что у вас нет другого выхода как эта война, что вы должны биться для возвращения каждой последней пяди?

- Да, это именно то, о чем я говорю. Но в то же время я с самого начала говорил, что, если Пашинян лично сам, не министр иностранных дел, лично сам скажет, что Армения выводит свои войска из Агдама, Кяльбаджара, Лачина, из оставшихся трех районов, которые должны быть освобождены, и предоставит нам график времени, мы сразу же остановимся. Мы не хотим продолжать эту войну. Не хотим. Мы хотим остановиться. То, что я говорю сейчас, я говорил с самого начала. Знающие меня люди подтвердят, что я держу свое слово. Я делаю то, что говорил. Если Пашинян скажет это сегодня, обещаю вам, что мы сразу остановимся. Но он этого не делает. Он не делает этого. Он хочет вернуть обратно. Он хочет воспользоваться этим прекращением огня для перегруппировки своих сил, мобилизации еще большего числа людей. Вы отметили, что теперь он направил письмо Президенту Путину, чтобы заручиться военной поддержкой. Тем самым он признал свое поражение. Если он признал свое поражение, почему не говорит, что освободит территории? Эти территории не принадлежат Армении. Это наши земли. Они должны вернуть нам эти территории. Если они этого не сделают, как я уже сказал, мы пойдем до конца. Нет смысла останавливаться.

- Знаете ли Вы, сколько гражданских лиц погибло в Нагорном Карабахе в результате деятельности ваших сил?

- Нет, не знаем. Мы слышали официальную информацию министерства обороны Армении. Мы не верим в эту официальную информацию.

- Они говорят о 45 гражданских лицах.

- Да, я знаю, 45 или 47, мы не знаем. Я не могу говорить о том, чего не знаю. Но я думаю, что это сильно преувеличено. Потому что мы не нападали на их села. Мы не нападали на их города.

- Уважаемый Президент Алиев, есть документальные доказательства об атаках на их села и города.

- Я еще не закончил. Мы атаковали Ханкенди, потому что он был полон военными укреплениями, мы должны были их уничтожить.

- Разрушены дома гражданских лиц.

- На войне это порой происходит. Так бывает. Мы не настолько точны, если их артиллерия расположена прямо рядом с домом. Это не так, как в Гяндже, когда они совершили намеренную атаку баллистическими ракетами на гражданский объект, в радиусе 20-30 километров от которого не было ни одного военного объекта.

- Беспокоят ли Вас сообщения о гибели гражданских лиц?

- Да, конечно. Я сожалею. Сожалею, что это произошло. Я выражаю соболезнования всем, кто потерял родственников. Я имею в виду гражданских лиц в Нагорном Карабахе. Однако, вновь учитывая масштаб конфликта, вновь отмечая, что жизнь каждого человека бесценна, потери очень невелики. Это показывает, что мы не воюем против гражданских лиц. Знаете, сколько гражданских лиц они убили в ходе войны в 1990-х годах. Тысячи, тысячи. Во время Ходжалинского геноцида они убили 613 невинных людей, включая 63 детей, 106 женщин, только за то, что они были азербайджанцами. Ходжалинский геноцид – факт, который хорошо известен и доказан.

- Принимаете ли Вы, что этой зимой в Нагорном Карабахе ожидается гуманитарная катастрофа? Вы приближаетесь, и в скором времени можете окружить территорию. Какова будет судьба оставшихся внутри гражданских лиц?

- Этот вопрос должен быть задан не мне, а Пашиняну, чтобы он остановился, и я говорю, как надо остановиться.

- Но вы можете изолировать их. Если ваши силы изолируют их, то, как они выживут?

- Мы позаботимся о них. Позаботимся о них. Нет никаких сомнений в этом. Мы обеспечим их всем – продуктами, водой, обеспечим всем. Не должно быть сомнений в этом. С первых часов конфликта все наши военные командиры получили от меня прямое указание о том, что нужно позаботиться о гражданских лицах. Знаете ли вы историю о двух пожилых людях, которых мы нашли в Гадруте? Их родственники и военные просто бросили их и сбежали. Одна женщина и один мужчина, примерно в возрасте 90 лет. Мы доставили их сюда, в Баку, поместили в больницу и передали их Армении. Знаете, что произошло? Когда этот пожилой мужчина уже был на границе, в Газахе, далеко отсюда, армяне отказались его принимать. Они сказали, что он болен, скоро умрет, мы не хотим его. Знаете? Они сделали именно так. Этот человек под опекой Красного Креста был помещен в больницу, а женщина передана им. К сожалению, мужчина скончался. Вот так мы обращаемся с гражданскими лицами. Поэтому проживающие в настоящее время в Нагорном Карабахе гражданские лица могут быть полностью уверены, что мы позаботимся о них, и под защитой Азербайджана они будут жить еще лучше.

- Но примерно 90 тысяч из них уже сбежали. Видно, Ваши гарантии не успокаивают их.

- По нашим данным, реальная численность населения в Нагорном Карабахе составляла 60-70 тысяч человек. Все эти цифры сильно преувеличены. Поэтому я сомневаюсь, что 90 тысяч человек могли сбежать, потому что их было максимум 70 тысяч человек.

- Президент Алиев, могу ли я Вам задать вопрос о долгосрочной перспективе? Каким Вы видите будущее Южного Кавказа? Как Вы видите установление здесь мира? Хочу сказать, видите ли Вы, что когда-то между Азербайджаном и Арменией будет мир?

- Да, если вы спрашиваете о моей позиции, то думаю, что это возможно. Но это зависит не только от меня. Это зависит только от армянской стороны. За эти 40 дней войны я неоднократно говорил, что желаю увидеть день, когда три страны Южного Кавказа будут работать вместе, точно так же, как, например, мы это делаем с нашим стратегическим партнером и другом Грузией. Посмотрите, сколько проектов мы реализовали с ними, насколько тесны наши связи. Эти связи основываются на историческом наследии, прагматизме, балансе интересов. Почему Армения изолирована? Из-за оккупации. Если вы, например, посмотрите на карту наших энергетических и транспортных проектов, то увидите, что они проходят мимо Армении. Самый короткий путь для транспортировки на международные рынки наших ресурсов проходит через Армению, и мы предложили им это в 1990-х годах. Мы сказали – освободите территории, давайте построим трубопровод, который будет проходить через территорию Армении в Нахчыван, а затем Турцию, тогда мы объединим интересы всех стран, в определенной степени сделаем все страны региона зависимыми друг от друга, и это будет гарантией мира. Они сказали – нет. Посредством сопредседателей Минской группы, - они могут подтвердить это, - я неоднократно предлагал финансовую поддержку, социальные программы в Нагорном Карабахе, финансирование из нашего бюджета, если они освободят территории. Они сказали – нет. Я предлагал Нагорному Карабаху автономию, наивысшую в мире автономию. Армения сказала – нет. На все они отвечали «нет». Таким образом, в происходящем сейчас виноваты они. Кстати, первый их президент, который был свергнут карабахским кланом, опубликовав статью, - это было в середине 1990-х годов, - сказал, что, то, что сейчас нам предлагают азербайджанцы, они еще раз не предложат.

- Примете ли Вы теперь автономный статус для Нагорного Карабаха?

- Сейчас я предпочитаю не говорить об этом. Потому что теперь ситуация на месте изменилась. Но я неоднократно предлагал, и армяне отвергали это.

- Таким образом, чего Вы теперь хотите для Нагорного Карабаха?

- Нагорный Карабах – составная часть Азербайджана. Он останется частью Азербайджана так же, как и любой другой район. Это опять же будет зависеть от того, как поведет себя правительство Армении. Еще не очень поздно, чтобы они вели себя согласно логике. Еще не очень поздно, чтобы они смогли добиться большего за столом переговоров. Потому что после взятия под контроль других сел и городов говорить будет не о чем. Таким образом, они теряют время. Если они поступят, руководствуясь логикой, то мы можем поработать над некоторыми формами самоуправления. Мы не против этого. Но они не должны нарушать территориальную целостность Азербайджана. Они должны опираться на наилучший опыт, которым между собой обладают такие европейские страны, как Италия, Швеция и Финляндия. Почему это должно быть по-другому? Затем, конечно же, в регионе наступит мир. Если быть искренними, с этим премьер-министром Армении не думаю, что существует какая-либо возможность для мира. В Армении должно смениться правительство, прийти логичные люди, не связанные с кровопролитием и военными преступлениями, и затем, я думаю, что совместными шагами мы сможем создать новый формат сотрудничества, который существовал между Азербайджаном, Грузией и Арменией в период Советского Союза. У нас были дружественные отношения. Мы жили вместе.

- Есть ли какой-либо компромисс, который Вы могли бы предложить во имя мира? Есть ли что-то, что Вы бы готовы были сейчас отдать?

- Если другая сторона не желает компромисса, то я не могу предложить его. Знаете, за это время премьер-министр Армении также несколько раз давал интервью иностранным журналистам. На российском телевидении есть одна передача. Они задали один и тот же вопрос и мне, и ему. Когда меня спросили о компромиссе, то я сказал то же самое, что и вам. Когда у него три раза спросили о компромиссе, он сказал – право на самоопределение для проживающих в Нагорном Карабахе армян. Но это не компромисс. На какой компромисс готовы пойти они? Кстати, сегодня возможностей для компромисса у них становится меньше. Потому что мы возвращаем эти территории силой. Наш компромисс все еще на столе переговоров. Но если мы вернем все территории, то нет 100-процентной гарантии, что это останется на столе. Тогда о чем мы будем говорить? Таким образом, в настоящее время самое лучшее для премьер-министра Армении, лично для него – послушать меня и открыто сказать, что «Мы освобождаем Агдам, Кяльбаджар и Лачин», мы остановимся, будет прекращение огня, если они вновь не нарушат его, то мы вернемся к указанным вами вопросам: статус, автономия, культурная автономия, община и др. Мы можем быть справедливыми. Я всегда говорю своему народу правду. Сегодня ситуация изменилась. Поэтому то, что я предлагал им год назад, два года назад может быть недействительным. Но говорить об этом рано.

- Есть ли у Вас надежда на урегулирование мирным путем?

- Да, есть надежда. Потому что сейчас моя надежда основывается на наши успехи на поле боя. Моя надежда не основывается на конструктивной позиции Армении. Потому что то, что мы увидели на поле боя, в Физули, Джебраиле, мы увидели, что они не планируют освобождать территории. Они лгали нам. Они лгали сопредседателям Минской группы. Потому что они вложили в эти укрепления столько средств, что никогда не освободили бы эти места. Поэтому взятие Физули под контроль заняло у нас много времени. Затем, когда мы начали двигаться к государственной границе с Арменией вдоль реки Араз, в нескольких селах произошли ожесточенные столкновения. Прорыв этой обороны отнял у нас несколько дней.

-Президент Алиев, с Вашего позволения я хочу задать Вам вопрос от имени азербайджанской службы ВВС. Если Вы будете рады ответить на своем языке, то думаю, что и они будут очень рады. Какое будущее Вы видите здесь для азербайджанского народа после конфликта. Некоторые говорят, знаю, что Вы не согласитесь, но некоторые говорят, что это общество, в котором все еще нет полной свободы, полных прав человека. Если конфликт закончится, видится ли Вам, что мир принесет дивиденды? Думаете ли Вы, что общество оставит позади нагорно-карабахский вопрос, заставлявший их задумываться? Какое будущее Вы здесь видите?

- Я считаю, что будущее нашей страны будет очень ярким. За последние годы мы добились больших успехов. Успехи нашей страны как в политической, так и экономической сферах принимаются сегодня и международными организациями. На международной арене достигнуты большие успехи. Сегодня Азербайджан превратился в очень мощную страну. Все вопросы внутри страны находят свое решение. Конечно же, урегулирование нагорно-карабахского конфликта придаст новое дыхание нашей стране. Люди, в первую очередь, вернутся на свои исконные земли, смогут посетить могилы своих близких. Азербайджанское государство обязательно окажет им в этом деле максимальную помощь. Мы вновь реконструируем освобожденные от оккупации земли, построим дома, административные здания, школы. Таким образом, для нашей страны начнется новый период. Этот новый период откроет большие возможности не только в экономической сфере, но в то же время, считаю, что позитивные тенденции еще больше усилятся в сфере политических отношений. Азербайджан еще больше увеличит свою роль на международной арене. Уважение к Азербайджану еще больше вырастет, потому что мы как сильное государство восстанавливаем свою территориальную целостность, справедливость и международное право. Таким образом, уверен, что будущее развитие нашей страны будет очень успешным. До сегодняшнего дня мы с успехом достигли стоящих перед нами задач. Мы достигли всех заявленных мною целей. Восстановление нашей территориальной целостности, возвращение наших земель было моей главной задачей как Президента. Я рад, что с честью справляюсь и с этой задачей, и благодаря поддержке, труду и отваге азербайджанского народа мы возвращаем наши земли. Самоотверженность азербайджанского народа в очередной раз показывает, что мы – великий народ, мы продемонстрировали единство, и это единство еще больше усилит нас, сделает нашу страну еще более могучей.

ДРУГИЕ НОВОСТИ РАЗДЕЛА