Смерть Хаменеи и интервенция — это запрос части иранского общества - ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Рано утром 28 февраля удары авиации США и Израиля по территории Ирана вновь обострили ситуацию на Ближнем Востоке. Давнее противостояние между Вашингтоном и Тель-Авивом с одной стороны и Тегераном — с другой перешло в открытую, силовую фазу. На этом фоне все отчетливее просматривается риск масштабной войны, последствия которой неизбежно затронут весь регион.

Напряжение вокруг Ирана нарастало давно. В последние месяцы страну сотрясали массовые протесты: люди выходили на улицы из-за тяжелой экономической ситуации, роста цен и жестких ограничений. Власти пытались удержать контроль, но недовольство в обществе накапливалось. Не все гладко складывалась у Ирана и на внешнеполитической арене. Вновь обострилась тема ядерной программы Тегерана.

Западные страны во главе с США заявляли, что Иран приблизился к созданию ядерного оружия, тогда как официальные лица Тегерана не переставали  утверждать, что программа носит мирный характер. Однако эти заявления иранской стороны не возымели успеха: американо-израильский тандем приступил к военной операции.

Ситуация в Иране в первый же день ударов резко осложнилась сообщениями о гибели верховного лидера аятоллы Али Хаменеи. Нет нужды лишний раз подчеркивать, что для иранской политической системы это была ключевая фигура, сосредоточившая в своих руках колоссальное влияние и определявшая стратегический курс страны.

Смерть верховного лидера способна по-разному повлиять на внутренние настроения в стране. С одной стороны, часть общества может консолидироваться вокруг идеи защиты государства перед лицом внешней угрозы. С другой — уход человека, который десятилетиями определял стратегический курс, открывает период неопределенности.

Внутри элит вероятно усиление борьбы за влияние, а в обществе — либо новые волны протеста, либо, напротив, ужесточение контроля со стороны силовых структур. Все это напрямую отражается на устойчивости государства в условиях внешнего давления.

Тегеран, впрочем, не остался без ответа. Удары Ирана по объектам стран — партнеров США и по американским военным базам свидетельствуют о том, что противостояние уже выходит за рамки трех государств. Чем шире будет круг вовлеченных сторон, тем выше риск формирования коалиции против Ирана и перерастания кризиса в масштабную региональную войну.

Серьезные последствия возможны и для соседей, в том числе для Азербайджана. В случае дальнейшей эскалации нельзя исключать поток беженцев — от сотен тысяч до миллионов человек. Для страны это станет серьезным испытанием: потребуется размещение людей, медицинская помощь, продовольственное обеспечение и дополнительные меры безопасности.

Остается открытым вопрос, выдержит ли действующий карантинный и пограничный режим подобную нагрузку. Как будет развиваться ситуация в Иране и в целом в регионе? На эти и другие вопросы в беседе с Vesti.az отвечает политолог, доктор регионоведения Университета Хангук (Сеул) Ровшан Ибрагимов.

Комментируя ситуацию в Иране, эксперт назвал маловероятным сценарий, при котором политическая система страны после военной операции США и Израиля претерпит кардинальные изменения. По его словам, во-первых, на данный момент отсутствует внятная альтернатива существующей модели, а во-вторых, именно она остается наиболее консолидирующей структурой в нынешних условиях.

«В то же время нельзя исключать ослабление позиций института аятоллы и параллельной системы клерикальных структур, КСИР и других центров влияния. Взамен может усилиться роль президентской вертикали. Естественно, ключевым фактором является гибель аятоллы Али Хаменеи, что открывает пространство для обсуждения подобных вопросов и различных дискурсов. Однако времени на это крайне мало», — отметил он.

При этом Ровшан Ибрагимов подчеркнул, что внутренние кризисы в Иране будут продолжаться и после завершения горячей фазы противостояния.

Говоря о возможной консолидации общества перед лицом внешней угрозы, эксперт высказал неоднозначную точку зрения. «Не исключено, что в определенной мере в обществе существовал запрос на подобное внешнее вмешательство. Мы в последние годы наблюдали, что само иранское общество не способно самостоятельно решить внутренние проблемы, изменить или демонтировать существующий режим. Поэтому и гибель Хаменеи, и военная интервенция в некотором смысле отвечают ожиданиям определенной прослойки», — заявил он.

В то же время политолог подчеркнул, что было бы неправильно утверждать, будто в Иране отсутствует значительный пласт населения, поддерживающий нынешнюю власть. «При таких условиях говорить о всеобщей консолидации не приходится. Более того, нет единства даже среди шиитских общин за пределами страны. Произойди эти события несколько лет назад, ситуация могла бы развиваться иначе», — добавил эксперт.

Далее он отметил вероятность расширения международной антииранской коалиции — причем не только за счет западных государств, но и ряда арабских стран, которые пусть даже символически могут присоединиться к операции. По его словам, это придаст дополнительную легитимацию действиям США и Израиля, в которой заинтересован данный тандем.

«Кроме того, другие государства рассчитывают, что возможные изменения в Иране позволят им участвовать в формировании будущей системы принятия решений по иранскому направлению», — пояснил политолог.

Отвечая на вопрос о том, как происходящие процессы могут отразиться на Азербайджане, в частности в контексте возможного наплыва беженцев, Ровшан Ибрагимов выразил сдержанный оптимизм.

«Думаю, к подобному сценарию Азербайджан давно подготовился. Граница с Ираном закрыта с 2020 года и даже ранее. Кроме того, удары наносятся преимущественно не по тем регионам, где компактно проживают азербайджанцы. Хотя Тебриз подвергался атакам, в основном речь шла о военной и иной стратегической инфраструктуре. Считаю сценарий массового потока беженцев маловероятным, поскольку конфликт, вероятно, не будет затяжным», — отметил он.

Вместе с тем эксперт напомнил, что Азербайджан обладает значительным опытом приема сотен тысяч беженцев и вынужденных переселенцев в период армяно-азербайджанского конфликта. «Тогда страна самостоятельно обеспечивала людей палаточными городками и всем необходимым для выживания. В этом аспекте мы способны оказать помощь и Ирану. Когда в свое время армянские силы оккупировали Джебраил, Зангелан и Губадлы, многие вынужденные переселенцы пересекли иранскую границу, где для них были созданы палаточные лагеря, впоследствии перенесенные в Азербайджан. Подобная модель теоретически может быть реализована и сегодня», — заключил он.

• Зеленский заявил о срыве шагов деэскалации после российского обстрела Украины
• Сильный снегопад парализовал работу аэропорта Франкфурта
• Европол сообщил об изъятии фальшивых денег на 1,2 млрд евро