Нищета философии, оскудение научного потенциала –ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Положение о состоянии общественных и гуманитарных наук крайне тревожное. Думаю, что с другими науками дела в стране обстоят не лучшим образом. Вопросы, поставленные в выступлении академика Р.Э.Мехтиева, заинтересованно обсуждаются научной общественностью республики. В данной статье рассматривается ряд вопросов теоретико-методологического и практического характера, высказываются некоторые мысли по поводу преодоления кризиса, в котором очутились общественные и гуманитарные науки, акцентируется внимание на некоторых вопросах развития философской науки.
***
Академик Р.Э.Мехтиев с нескрываемым чувством профессионального беспокойства подчеркивает удручающее положение, в котором оказалась философская наука суверенного Азербайджана. Надо признать, реакция очень запоздалая, но, как говорится, и на том спасибо!

Философия, как и большинство наук, в постсоветский период пережила стагнационный период, а потому, в настоящее время речь должна идти, прежде всего, о ее реанимации, а уж затем – о развитии. Развитие философской науки в отдельно взятой стране – задача крайне сложная, трудная, которую нельзя решить никакими волевыми способами, никакими указаниями «сверху»… Здесь «давай-давай» не работает. И это очень хорошо, что в жизни есть вопросы и проблемы, ключ к решению которых находится в руках профессионалов, мыслящей части нации, которой любая власть обязана обеспечить надлежащие условия подлинного творчества, а не способствовать имитации «научной деятельности», целью которой является диплом и только диплом доктора наук.
По Гегелю: «Философия – это эпоха, охваченная в мысли». Развивать философию – значит формировать, лелеять и развивать мысль, способную схватить, отразить эпоху, время со всеми их противоречиями, тенденциями, приобретениями и утратами. Философия нужна нации и обществу, чтобы, обеспечив самопознание и самоанализ, определить правильные пути и способы самоутверждения. Задачей номер один является теоретическая разработка нашей национальной идеи, повторяю: не «национальной идеологии», а национальной идеи. Но это важная теоретическая работа философов должна сопровождаться глубоким и всесторонним исследованием таких проблем, как национальное самосознание азербайджанского народа. Перед философской наукой стоят ответственные задачи изучения национального духа и национального характера азербайджанского народа. Академик Р.Э.Мехтиев затрагивает важный вопрос о моделях общества. Конечно, на уровне высокого профессионализма и при эффективном сотрудничестве с представителями ряда других наук (в частности, кибернетики, экономической науки) можно и нужно создавать ряд моделей сфер деятельности общества – экономические модели, модели оптимальной организации деятельности учреждений культуры, образования, коллективов и объединений разного уровня. Но создание моделей, адекватно отражающих всю мозаику, все характеристики общества, невозможно. Ибо в отличие от технических систем, целый ряд характеристик общества, как системы, не поддается никаким математическим подсчетам. Желание людей, этносов и наций, социальных слоев и групп, их воля, любовь, ненависть, психологический настрой, чувства и надежды, т.е. эмоциональный мир, и многие моменты духовно- нравственной жизни принципиально не поддаются математически точному описанию, а потому не могут быть моделированы. Поэтому любая модель общества рискует скорее стать карикатурой на общество.

Философия нужна обществу, нации, интеллигенции, наконец, личности для формирования научного мировоззрения и развития культуры мышления. Без высокоразвитой культуры мышления невозможны никакие серьезные успехи в сфере научного творчества.

Философия нужна нации, чтобы органично и осмысленно приобщиться к мировой культуре и мировой цивилизации и сделать последние «вещью для себя». Азербайджанский народ, давший мировой философской мысли плеяду выдающихся имен, имеет на это все права и возможности. И эту истину не может оспаривать никто, даже министр образования, превративший философию в вузах в «курс по выбору» и сокративший ее до 30 часов!!! Замечу: в 60-х гг. на историческом факультете университета, например, философские дисциплины изучались в объеме более 350 часов.

Философская наука в республике в основном развивалась не в вузах, а в академическом научно-исследовательском институте философии и права. Возникает вопрос – а что же случилось с этим институтом, и почему уровень научных исследований там резко упал? И еще: почему в целом Национальная Академия Наук Азербайджана оказалась в таком плачевном состоянии?

В выступлении академика Р.Э.Мехтиева дается лишь частичный ответ на эти вопросы. Он прав в том, что азербайджанская наука, как и все другие отрасли духовного производства, испытала на себе все ужасы и противоречия переходного периода, абсолютную некомпетентность фронтовиков и мусаватистов, ввергших страну в хаос, негативное воздействие в конце 80-х – начале 90-х гг. системы кризисов, охвативших все сферы жизнедеятельности общества. Это наиболее общий ответ на вопрос о причинах, приведших азербайджанскую науку, в том числе философию в нынешнее состояние. Однако, не конкретизировав как вопросы, так и ответы на них, мы не поймем всех основных причин ослабления и деградации академических научных структур, многие из которых потеряли свою дееспособность. Хочу акцентировать внимание на следующих причинах упадка уровня научных исследований, в том числе философских исследований в системе Академии Наук.

Причина первая – распад СССР, крах социализма, а иже с ними - распад громадной целостной системы советской науки на множество осколков. В советское время азербайджанская наука, так же, как и наука всех советских республик, функционировала и развивалась как компонент, как подсистема громадной системы, именовавшейся советской наукой. Оторвавшись от разрушившейся макросистемы, азербайджанская система наук оказалась в полной изоляции и от полуразрушенных научных систем бывших советских республик, и от мировых научных центров. В результате чего полностью оборвались ее связи с научными учреждениями других стран. Правда, предпринимались некоторые попытки наладить научные связи с Турцией и Ираном. Но это никаких ощутимых результатов не дало и не могло дать. Таким образом, вот уже почти два десятилетия азербайджанская наука «варится в собственном соку». Стало быть, в такой ситуации о ее нормальном развитии речи не может быть.

Вторая причина – наша национальная система наук не обладает свойством самодостаточности. Она не может нормально функционировать, так как нарушены не только внешние, но и внутрисистемные, междисциплинарные связи. Система наук страны в целом, каждая ее подсистема в отдельности, в конечном счете, оказались недееспособными к нормальному, естественному самовоспроизводству.

На сегодняшний день ни одно научное подразделение Академии Наук не является оптимальной, целостной, самовоспроизводящейся и самосовершенствующейся системой. Такое положение имеет несколько объяснений. Во-первых, в силу известных обстоятельств в конце 80-х – начале 90-х гг. ХХ века, произошла громадная «утечка мозгов» из страны, главным образом – из Академии Наук. Более того, по старой памяти, мы требуем от научных сотрудников Академии наук «выдавать на гора» тот объем научной продукции, который давало это учреждение в 60х-70х гг. Но не надо забывать, что тогда в Академии наук работало около 15 тыс. человек, сейчас около трех тысяч. Тогда ученые получали значительно больше, чем партийные функционеры, сейчас в 7-10 раз меньше, чем чиновники. Тогда человек науки был востребован, все двери для него были открыты и для него везде была работа, сейчас ученый является объектом посмешища для «новых азербайджанцев»…

Как было отмечено, в результате всего этого, существующие научные структуры в подавляющем большинстве своем оказались не самодостаточными. За постсоветский период из них ушли первоклассные специалисты, поредели ряды старшего и среднего поколения научных работников, когда-то считавшихся золотым фондом азербайджанской науки. Что же касается притока молодых сил в науку, то это, мягко говоря, оставляет желать много лучше, так как уже более 20 лет наши вузы выпускают ни на что не годное сырье. Полностью солидаризуясь с мнением академика Р.Э.Мехтиева относительно малограмотности юристов и психологов, хочу добавить: выпускники вузов Азербайджана в основной своей массе непригодны для научной работы. А потому сегодня азербайджанская наука продолжает держаться главным образом на старшем поколении, которое уж очень раздражает министра финансов.

На мой взгляд, руководство страны должно обратиться к ученым – азербайджанцам, покинувшим страну и разбредившимся по всему миру, с призывом вернуться на Родину и заниматься развитием отечественной науки. Из истории такие примеры нам известны. Разумеется, подобное обращение должно быть подкреплено соответствующим решением о создании нормальных условий для научной деятельности в Азербайджане.

В 90-х гг. покойный академик Зия Муса оглу Буниятов создал при Академии наук специальный вуз – Университет «Зияя» с 7-летним сроком обучения. Задумка заслуживала всяческой поддержки. В течение 7 лет лучшие научные силы Академии наук – философы, историки, правоведы, лингвисты, филологи и др. должны были по специальной программе заниматься с этими студентами и готовить их для научной деятельности в области общественных и гуманитарных наук. Я лично в течение одного семестра занимался с этими ребятами. Притом, работал с удовольствием, так как интерес у ребят к науке и научному творчеству явно был не по меркам постсоветского времени. Но не тут-то было. Как внутри Академии, так и за ее пределами противники Героя Советского Союза и крупного ученого объединились и стали чинить всякие препятствия официальной регистрации этого вуза. И как только убили академика, университет «Зияя» тут же был закрыт, а студенты – размещены в других негосударственных учебных заведениях. Главной причиной не регистрации этого учебного заведения, на мой взгляд, было то, что зная Зию Буниятова, чиновники не могли рассчитывать даже на ломаный грош.

Этот пример, с одной стороны, свидетельствует об абсолютном безразличии чиновников новой генерации к интеллектуальному потенциалу нации, к тому, какой должна быть национальная научная элита завтра; с другой – дает пищу для размышлений по поводу подготовки научной смены, способной вывести азербайджанскую науку на передний край.

Причина третья – в развитии философской науки чрезвычайно важное, я бы сказал, определяющее значение имеет правильный подбор и подготовка аспирантов. Правда, некоторые «миллетвекилизированные» депутаты в этом названии усматривают чуть ли основной порок прежней системы подготовки научных кадров. Но оставим это на их совести, а сами попробуем разобраться в истинных недостатках подготовки философских, и не только философских, кадров.

Скажу коротко. Решительно надо отказаться от получения мест в аспирантуру (докторантуру) по дисциплинарному принципу. Места в аспирантуру надо выделять, имея в виду конкретные проблемы, представляющие общегосударственный и общенациональный интерес, и после соответствующих экспертиз одобренные Президиумом Академии наук или его Комиссией. В институтах РАН этот принцип давно практикуется. Принцип «диссертабельности» темы давным-давно устарел. Он хорошо вписывается в практику продажи имеющегося подручного материала в качестве «диссертабельной» темы. Словом, аспиранту (докторанту) надо предлагать нужную государству тему, которую еще никто не разрабатывал. Тогда и уровень аспиранта будет выше, и халтуре в значительной мере будет поставлен заслон. Но для этого необходимо создать новые рычаги и механизмы. (Обо всем этом как-нибудь в следующих публикациях.)

Общественные и гуманитарные науки необходимо развивать не только в академической системе, но также и в вузах. В советское время половину своей зарплаты преподаватель вуза получал за учебную нагрузку, а половину - за научную работу. Притом, оклады научных работников Академии наук и преподавателей вузов были почти равны. В нынешних условиях зарплата преподавателей некоторых вузов в 2-2,5 раза выше заработной платы научных работников Академии наук. Но никакой серьезной науки в большинстве наших вузах нет. А некоторые вузы погрязли в так называемых методиках, насаждающих тупость формирующих стереотипное мышление.

Выступление академика Р.Э.Мехтиева примечательно тем, что в нем причудливо сочетаются здравый смысл, чуждый отечественному чиновничеству крик души, логическая последовательность изложения материала и свойственная «новым азербайджанцам» безоговорочная апелляция к западнизму. Из-за неимения собственных персон, достойных подражания, академик возводит в ранг эталона нашего времени одного из представителей «франкфуртской школы» и идеолога «Новых левых» - Юргена Хабермаса (Habermasa), который всю свою творческую жизнь пересматривал собственные идейные позиции, и который, по правде говоря, никогда не претендовал на специальное место в истории. Хабермас - «эталон», «ориентир»!? Да, ему здорово повезло. А вот таким более маститым представителям «франкфуртской школы», как Г.Маркузе, Э.Фромм, М.Хоркхаймер, Т.Адорно и др. на сей раз явно не повезло. Дело в том, что жестокий 20 век не породил ни Гегеля, ни Канта, ни Маркса. А потому в качестве эталона всплывает имя Хабермаса и других.

Абсолютно согласен с Р.Э.Мехтиевым в том, что за каких-то пять-десять лет ни Институт философии, ни какая-то другая структура не в состоянии воспитать и взрастить таких философов, как Френсис Фукуяма и Юрген Хабермас. Слов нет, крупные философы (не говорю: «великие») появляются, может быть, в сто лет один раз. Их воспитывает и формирует не столько коллектив, сколько эпоха, общественно-историческая ситуация, дух свободы и свободного творчества, защищенность творчески мыслящего человека от социальных и политических раздражителей, моральной и нравственной травли и самое главное – заинтересованность общества, государства, правящей элиты в оригинальных, нестандартных идеях. Иммануил Кант называл философов тайными советниками государства. К тому же, если этот советник мыслит самостоятельно, без оглядки на верх, если он умеет мыслить противоречиями и пишет об обществе, государстве, о том, что происходит в стране, о государственном чиновнике и рядовом гражданине объективно, языком Правды и Истины, без тени подхалимажа и славословия, без расчета на похлопывание по плечу и прибавление к незаслуженным наградам еще одной награды, то как быть с таким «советником»? Как, в таком случае, отнесется к «советнику» само государство?


Амрали Исмаилов – кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник

Продолжение следует

• Сотрудник МЧС Азербайджана стал призером чемпионата Европы по армрестлингу
• В Бильгя открыли новую спасательную станцию МЧС-ФОТО-ВИДЕО
• В высокогорье Шахдага выпал снег