«На этой базе не выработалось даже антиармянского альянса выгодного Баку»

«На этой базе не выработалось даже антиармянского альянса выгодного Баку»
7 мая 2014
# 15:12

Блиц-интервью корреспондента Vesti.Az с известным российским экспертом, научным сотрудником Института Экономики РАН Александром Караваевым.

 - После встречи в Тбилиси президентов Турции, Азербайджана и Грузии, аналитики все чаще стали писать и говорить о возможном союзе и даже военном блоке вышеупомянутых стран. Не противоречит ли это интересам Москвы?

 - Процесс сближения Турции, Азербайджана и Грузии происходит весь постсоветский период истории, это не новость. Мотивы, естественно, разные. Каждый решает свои задачи в широком спектре, но в большей степени эти задачи мотивированы совпадающими интересами в экономике и совместными проектами нефтегазового транзита.

 -  То есть ничего общего, только – бизнес?

 - Я бы сказал интересы. Транскавказские нефтегазопроводы, заложенные еще в бытность Эдуарда Шеварднадзе и Гейдара Алиева, соединяющие три страны, стали стержнем на котором вырастают другие проекты. Скажем для крупнейших компаний Азербайджана, Грузия стала интересна как порт средиземноморско-черноморского бассейна, как выгодное место для инвестиций в курортную и гостиничную инфраструктуру, транзитный мост в Турцию.

Для Грузии Турция один из основных инвесторов, а пара Турция-Азербайджан - главный торговый партнер. Кроме того, Азербайджан для Грузии это выход на инвесторов из Казахстана в обход России. Есть блок военно-политических совпадений, это самостоятельная линия Азербайджан-Турция и линия Турция-Грузия в рамках НАТО. Анкара может рассматривать эту ось как постоянный актив геополитического влияния.

 - Но ведь сами лидеры говорят о союзе, и, кажется Запад этому рад?

 - Говорить об их политическом союзе можно с большой натяжкой. Нет очевидных лидеров и необходимых составляющих интересов. Скажем так, за все эти годы «суммарная» составляющая общих военно-политических интересов Азербайджана, Грузии и Турции не превысила вес «разницы» их социально-экономических и геополитических интересов по другим направлениям внешней политики.

В частности на этой базе не выработалось даже антиармянского альянса, выгодного Баку. Это прямо касается влияния России на все эти страны и их зависимость от российского экономического и геополитического поля. Многие говорят о страхе перед Россией, заставляющем якобы от нее бежать правящие элиты соседей. Но разве Москва меняет правительства, с помощью революций как это делает Вашингтон? Что касается поддержки сепаратистских конфликтов, то и здесь роль Москвы как их «заступника»  выглядит навязанной обстоятельствами советского распада.

К этому привыкли на Южном Кавказе и никаких особенных вводных за эти годы не появилось, включая собственно и ситуацию в Украине, которая имеет свою иную логику.

Поэтому говорить об этой линии как сознательном противовесе России вызванным необходимостью сопротивляться «экспансионистской» политике Москвы, я бы не стал. Практическую реализацию треугольника Баку, Тбилиси, Анкара я вижу в желании координации периодически совпадающих интересов, не более.

При этом каждый из центров принятия решений в этих столицах может продумывать и более долгосрочные самостоятельные политические стратегии. Но они пока не работают или подчинены глобальным силам.

Вугар Гасанов

# 6473
# ДРУГИЕ НОВОСТИ РАЗДЕЛА