«Возможно, это время наступит тогда, когда формат Минской группы для Нагорного Карабаха будет исчерпан»

Интервью Vesti.Az с директором Центра стратегической этнографии, главой комитета по межэтническому взаимодействию Общественной палаты Санкт-Петербурга, российским политологом Виталием Трофимовым-Трофимовым

- Очень скоро во Франции - одной из трех стран-сопредседателей МГ ОБСЕ - выборы президента. Как можете оценить предвыборную ситуацию, в том числе с учетом недавно случившейся в Тулузе трагедии?

- Тулузская трагедия сыграла на руку Николя Саркози. Президент традиционно выступает с правой программой, и случай расстрела еврейских детей в политическом смысле оказался очень кстати. Президент Франции уже выступил с заявлениями, в которых предложил ужесточать миграционное законодательство, привлекать к ответственности посетителей экстремистских сайтов в Интернете, наращивать усилия в борьбе с терроризмом, предлагал выйти из Шенгенского соглашения. Эксперты по электоральной географии в самой Франции отмечают рост рейтинга Саркози по сравнению с его основным конкурентом - Франсуа Олландом.

В самом инциденте очень много странностей. Почему террорист позвонил в издательство France-24, хотя у полиции еще не было основных зацепок, почему больше 30 часов лучшие антитеррористические спецподразделения не могли нейтрализовать одного-единственного человека, как так вышло, что человек, подозреваемый в терроризме задолго до инцидента, спокойно посещал Францию, жил в этой стране и так далее. Но, тем не менее, он ударил по самому уязвимому месту всей социальной конструкции французского социума – по детям. Социалистам в борьбе с Саркози эту карту крыть нечем, а у действующего президента сразу целый пакет предложений, которые легко конвертируются в рейтинг.

- Выборы ожидают еще одну страну, за ситуацией в которой мы пристально следим. Речь об Армении. Там в ближайшие два месяца состоятся парламентские выборы. Как вы считаете, насколько серьезно по их итогам может измениться расклад сил в парламенте, и может ли после этого измениться внешнеполитический курс Армении, в том числе по карабахскому урегулированию?

- В настоящее время в парламенте Армении доминируют республиканцы и либералы. В совокупности это две трети всего депутатского корпуса. Несмотря на то, что между Республиканской партией и «Процветающей Арменией» есть серьезные расхождения относительно будущего страны, их объединяет то, что эти партии консервативны, они обе выступают за сохранение национальных и традиционных ценностей. Проблема Нагорного Карабаха для них одинаково фундаментальна.

Сложно сказать, сильно ли изменится состав парламента после выборов, но то, что в нем продолжат доминировать консервативные силы, на которых будет опираться президент, это можно говорить с большой долей вероятности. Собственно, сам расклад в парламенте имеет только какое-то тактическое, внутриармянское значение, в стратегическом плане, в том числе и по проблеме Нагорного Карабаха каких-то серьезных изменений армянской позиции ожидать не придется.

- Пока Франция и Армения только готовятся к выборам, в России они уже позади. Скажите, что стоит ожидать от российско-азербайджанских отношений после возвращения Путина в президентское кресло?

- На российско-азербайджанские отношения повлияет стиль ведения международной политики, характерный Владимиру Путину. Если Дмитрий Медведев делал ставку на международные организации и формальную сторону принятия каких-то решений, то Путин предпочитает двусторонние отношения и неформальную дипломатию. Скорее всего, это положительно повлияет на интенсификацию российско-азербайджанских торгового и культурного обмена, так как двум странам проще договориться между собой напрямую, чем в рамках каких-то международных организаций и союзов.

С другой стороны, Владимир Путин может изменить своему фирменному стилю, так как основная идея его нового президентства – создание Евразийского союза. Будет ли он настаивать на том, чтобы российско-азербайджанский диалог стал частью евразийской интеграции или позволит протекать ему параллельно процессам евразийской интеграции – пока не очень ясно. Скорее всего, как сторонник realpolitics, Путин не будет настаивать на участии Азербайджана в российских геополитических проектах пока Алиев сам не найдет в этой интеграции очевидную выгоду.

- Изменится ли позиция Кремля по карабахскому конфликту? Будет ли Путин вести себя активнее Медведева, который, напомню, в течение четырех лет провел 10 трехсторонних встреч президентов России, Азербайджана и Армении?

- По характеру политического действия Владимир Путин самый настоящий дзюдоист. Основная идея дзю-до: тратить меньше собственных сил и использовать с максимальной выгодой сложившиеся обстоятельства. Сам он не формулирует и не продвигает свои предложения, если для этого нет востребованности. Если конфликт не разрешается, то Путин предпочитает выжидать до тех пор, пока стороны в политическом смысле «устают» от существования конфликта. Это мы видели на примере Приднестровья. «Меморандум Козака» появился в самое подходящее для него время, когда стороны уже утомились существованием проблемы и в целом готовы были делать шаги навстречу.

В процедуре посредничества по Карабаху новый российский президент будет менее активен, но, скорее всего, со временем его администрация разработает новые прорывные предложения. Возможно, это время наступит тогда, когда формат Минской группы для Нагорного Карабаха будет исчерпан. Это было бы вполне в его духе.

- Как можете оценить сегодняшнюю ситуацию по Ирану? Какова вероятность того, что в ближайшее время мы станем свидетелями ракетно-бомбовых ударов по Тегерану, к примеру, со стороны Иерусалима?

- В настоящее время Израиль заинтересован в авиаударах по Ирану больше, чем США. В результате «арабской весны» какие-то светские рамки были надломлены, и к власти в странах вокруг Израиля приходят исламисты. Это вызывает в Израиле тревогу, так как палестинский вопрос для исламистов более актуален, чем для светских режимов. В этом их цели совпадают с Тегераном. Идея «сбросить Израиль в море» снова становится сверхактуальной.

Однако США не готовы сейчас участвовать еще в одном конфликте. Армия США присутствует в Афганистане, еще до конца не подсчитаны потери в Ираке, в Ливии при прямой поддержке США установился режим карательной демократии, политических противников-каддафистов расстреливают прямо на улице, требуется какой-то комплекс мер по Сирии, потому что конфликт разрастается и угрожает региональной безопасности. В такой обстановке США могут оказывать какое-то силовое давление, но начать операцию не решатся. Иранская война может вспыхнуть, но это может быть следствие череды провокаций, невыгодных для США в настоящий момент.

Операция в Иране – это серьезная операция, требующая мобилизации значительных ресурсов, которых у Вашингтона пока что нет. Время бомбить Иран настанет, скорее всего, ближе к 2014 году.

Гамид Гамидов

• Ильхам Алиев обратился к участникам Международного Бакинского саммита омбудсменов
• Кандидат от Азербайджана избран членом Комитета ООН по правам ребёнка
• Между Азербайджаном и Нидерландами прошли обсуждения по консульским вопросам