В мире
- Главная
- В мире
«Закон Грэма» как санкционная дубинка против России и БРИКС - ТОЧКА ЗРЕНИЯ
Шестнадцатого сентября Палата представителей США одобрила так называемый «закон Грэма» — масштабный пакет санкций против России и связанных с ней зарубежных структур. За документ проголосовали 262 конгрессмена, против — 159. Поскольку ранее законопроект поддержал Сенат, теперь он направлен на подпись президенту Дональду Трампу.
Следует напомнить, что принятие документа происходит на фоне нового этапа переговоров по Украине, в которых американская администрация рассчитывает добиться важного прорыва. Расширяя возможности Белого дома по ограничению российского финансового и энергетического секторов, Конгресс фактически укрепляет переговорные позиции Вашингтона, а Москве дают понять, что отсутствие прогресса может повлечь более серьезные экономические последствия.
Закон, в частности, предусматривает санкции против высших российских должностных лиц, государственных компаний, оборонных предприятий, энергетических проектов и зарубежных структур, помогающих российскому военно-промышленному комплексу или способствующих обходу уже действующих ограничений. Основными мерами станут замораживание активов, запрет финансовых операций и визовые ограничения.
Причем особое внимание в нем уделено российской банковской системе. Ограничения должны затронуть Центральный банк, Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк и другие государственные финансовые учреждения. Под вторичные санкции могут попасть и иностранные банки, проводящие с ними значительные операции. Таким учреждениям грозит закрытие доступа к корреспондентским счетам и американской финансовой системе.
Американским гражданам и компаниям также запретят новые инвестиции в Россию и покупку российских государственных долговых обязательств. Ограничения могут быть введены и против международных систем передачи финансовых сообщений, если они используются для обхода санкций.
Но, пожалуй, наиболее чувствительная часть законопроекта связана с российским энергетическим экспортом. Пошлины на товары, напрямую поставляемые из России в США, могут быть повышены до 500%. Однако из-за небольшого объема двусторонней торговли эта мера будет иметь преимущественно барьерное значение.
А вот механизм вторичных тарифов уже гораздо серьезнее. Белый дом сможет вводить пошлины в размере до 100% на товары из стран, продолжающих закупать российские энергоносители или содействующих обходу нефтяных санкций. Под давление могут попасть крупнейшие импортеры российской нефти и газа, прежде всего Китай и Индия. Таким образом, основной расчет делается не на ограничение российского экспорта в США, а на сокращение его поставок на ключевые зарубежные рынки.
Таким образом, Вашингтон намерен воздействовать не только на Россию, но и на ее основных торговых партнеров. Им фактически предлагают выбирать между сохранением закупок российских энергоресурсов и доступом своей продукции на американский рынок. При этом размер пошлин можно будет менять в зависимости от поведения конкретной страны по желанию самого Трампа. Он сможет снижать их, если страна сокращает закупки российской нефти и газа, или повышать, если она наращивает импорт либо помогает Москве обходить санкции.
И больше всего от этого могут пострадать интересы стран БРИКС. На недавно прошедшем саммите в Нью-Дели Индия и Китай договорились с Россией расширять торгово-экономическое и энергетическое сотрудничество, а также активнее использовать национальные валюты во взаимных расчетах. Теперь Вашингтон фактически ставит эти страны перед выбором между выполнением достигнутых договоренностей и сохранением свободного доступа на американский рынок.
Отдельное место в документе занимает борьба с российским «теневым флотом», который стал одним из главных инструментов переориентации российских энергоресурсов на рынки стран БРИКС в обход западных ограничений. Дешевая российская нефть выгодна прежде всего Китаю и Индии. Она позволяет им снижать издержки, повышать конкурентоспособность своей продукции, а в некоторых случаях зарабатывать на переработке и последующем экспорте нефтепродуктов.
Теперь эта схема оказывается под ударом. Санкции смогут вводиться не только против самих танкеров, но и против их владельцев, операторов, страховщиков, капитанов и обслуживающих их иностранных портов. Если Вашингтону удастся нарушить работу всей логистической цепочки, закупки российской нефти станут для стран БРИКС дороже и рискованнее, а период, когда они могли извлекать значительную выгоду из санкционного давления на Россию, может подойти к концу.
В преддверии визита председателя КНР Си Цзиньпина в США законопроект становится для Пекина весьма неприятным «подарком». Вашингтон фактически выносит российскую нефть и возможные вторичные пошлины в повестку будущих переговоров, заранее усиливая свои позиции перед встречей.
Китай ежегодно закупает у России около 100 млн тонн нефти. В 2025 году объем поставок составил 100,7 млн тонн, поэтому быстро отказаться от них Пекину будет непросто. Дешевая российская нефть остается важным источником сырья для китайской экономики и поддерживает конкурентоспособность ее промышленности. В преддверии визита председателя КНР Си Цзиньпина в США угроза вторичных пошлин становится для Пекина весьма неприятным «подарком», а для Дональда Трампа — дополнительным предметом торга на предстоящих переговорах.
Что касается переговоров по Украине, Дональду Трампу необходимо быстрое решение конфликта, а новые санкции дают ему дополнительную возможность давить на Москву, добиваясь от нее большей уступчивости за столом переговоров.
Таким образом, «закон Грэма» представляет собой многофункциональный механизм давления. Теперь главное — понять, как именно Дональд Трамп будет применять его на практике и против кого в первую очередь направит предусмотренные документом ограничения.
Кандидат в президенты Франции призвал создать «Соединенные Штаты Европы»
ГУР заявило о проблемах российского «Африканского корпуса»
Россия потребовала от Японии вывести американские комплексы Typhon
Уоррен Баффетт передал руководство Berkshire своему сыну
Литва разработала три маршрута эвакуации Вильнюса в случае войны
Брат принцессы Дианы раскрыл реакцию Чарльза III на ее смерть