АдГ забирает Германию у традиционных партий — ЭКСКЛЮЗИВ VESTI.AZ ИЗ БЕРЛИНА

В воскресенье, 6 сентября 2026 года, в Саксонии-Анхальте произошло событие, которое уже нельзя объяснять обычным колебанием общественного мнения. Альтернатива для Германии (АдГ, AfD) получила 43,8 процента голосов и стала сильнейшей партией, тогда как ХДС рухнул до 17,2 процента. Партия, которую еще недавно многие считали маргинальной протестной силой, теперь вплотную подошла к возможности претендовать на формирование земельного правительства.

Для Фридриха Мерца это особенно болезненный удар. Он приходил к власти не с обещанием сохранить статус-кво, а с заявлением о необходимости его изменить: реформировать экономику, ужесточить миграционную политику и модернизировать государственный аппарат. Однако первые опросы после выборов показывают, что поддержка ХДС/ХСС остается лишь на уровне около 20–21 процента, а АдГ примерно на уровне 27–28 процентов. Правящая коалиция в сумме не выглядит достаточно сильной даже для устойчивого большинства.

Объяснять происходящее тем, что Германия просто «сдвигается вправо», недостаточно. Причины гораздо сложнее.

Партия, которая несколько раз меняла лицо

АдГ не появилась из ниоткуда. За тринадцать лет она несколько раз меняла свой политический профиль и каждый раз находила новую аудиторию там, где традиционные партии теряли часть своего электората.

«Альтернатива для Германии» возникла в 2013 году как реакция на политику по спасению евро. Меркель называла этот курс «безальтернативным», а само слово стало одним из символов политической среды, в которой возникла «Wahlalternative 2013». Из нее вскоре выросла АдГ.

Политологи тогда относили партию к либерально-консервативным евроскептикам, но еще не к право популистам. Право популистский профиль партии начал формироваться уже с 2014 года. На этом этапе в AfD усилилось национально-консервативное крыло, а партия стала постепенно смещаться - от первоначального евроскептицизма в сторону более жесткой позиции по вопросам миграции, национальной идентичности и внутренней безопасности.

Перелом наступил в 2015 году. Миграционный кризис, который Александер Гауланд открыто назвал «подарком» для партии, превратил АдГ из евро-скептической силы в главный канал протеста против политики Меркель.

В 2016 году партия набрала 24,3 процента в Саксонии-Анхальте. На тот момент это был лучший результат право популистской партии на выборах в немецкой федеральной земле. В 2017 году АдГ впервые прошла в Бундестаг, получив 12,6 процента голосов.

Дальше началась последовательная радикализация. Умеренное крыло постепенно слабело. И когда в начале 2022 года партию покинул Йорг Мойтен, последний значимый представитель этого лагеря, правые радикалы окончательно усилили свои позиции.

С Рисского съезда они составляют около 60 процентов делегатов и две трети членов правления. В 2024 году партия установила рекорды в Саксонии, Тюрингии и Бранденбурге. В феврале 2025 года на досрочных федеральных выборах она получила 18 процентов и стала второй по численности фракцией в Бундестаге.

Поэтому нельзя говорить, что нынешний успех АдГявляется внезапным феноменом. Это результат тринадцатилетней трансформации, в ходе которой партия последовательно занимала политические ниши, освобождавшиеся традиционными партиями.

И здесь возникает главный вопрос: почему эти ниши продолжают освобождаться?

Голосуют не только правые

Начнем, пожалуй, с того, что рост АдГ не объясняется одной лишь радикализацией немецкого общества. Да, значительная часть ее избирателей разделяет идеологические позиции партии, особенно по вопросам миграции, национальной идентичности и отношения к политическому истеблишменту. Поэтому было бы ошибкой рассматривать голосование за АдГ исключительно как протест против других партий.

При этом электоральная база АдГ значительно шире ее идеологического ядра. Кто-то голосует за нее из-за миграции, кто-то из-за экономических проблем, кто-то хочет наказать ХДС или СДПГ, а кто-то просто не доверяет государственным институтам. Для многих избирателей важную роль играет ощущение неуверенности, бессилия и страха потерять привычный социальный статус.

В этом и заключается политическое преимущество АдГ. Она предлагает не столько сложное решение этих проблем, сколько понятное объяснение их причин. Партия показывает, кто, по ее версии, несет ответственность за происходящее.

Объединять людей вокруг неприятия существующего порядка проще, чем вокруг сложной позитивной программы. Пока АдГ находится в оппозиции, это дает ей преимущество. Если она получит реальную власть, ситуация изменится. Тогда уже придется предлагать конкретные ответы, а не только объяснять, кто виноват.

Нормализация

Отдельно стоит сказать о процессе, который сами немецкие исследователи называют «нормализацией» АдГ.

Все больше граждан начинает воспринимать ее как просто часть политического ландшафта. Этому не мешает ни то, что Ведомство по защите конституции квалифицировало партию как «достоверно правоэкстремистскую» - хотя это решение оспаривается в суде, - ни то, что АдГ все понятливее использует понятие «реэмиграция», которое еще недавно было характерно преимущественно для радикальных правых кругов.

Интересно и то, что «Альтернатива для Германии» особенно быстро наращивала поддержку там, где уже была сильна. В районах, где соседи, коллеги и знакомые открыто голосуют за нее, а плакаты партии давно стали частью привычного политического пейзажа. Здесь нормализация зашла дальше всего.

Почему молодые выбирают АдГ

АдГ расширяет электоральную базу в том числе и за счет молодых избирателей. Объясняется это тем, что партия затрагивает темы, которые особенно беспокоят молодежь. Речь идет прежде всего об экономической и социальной неуверенности, а также о страхе потерять социальный статус.

Особенно это касается молодых мужчин, которые не уверены в своих профессиональных перспективах.

При этом АдГ обладает одной из самых современных коммуникационных структур среди немецких партий. Ее коммуникация быстрая, цифровая и ориентированная на социальные сети. Традиционные партии предпочитают критиковать этот подход, а не учиться у него.

Наблюдения показывают, что националистически-авторитарный характер партии не отпугивает многих молодых избирателей. Они учитывают его, но не считают принципиальной проблемой. Статистика показывает, что АдГ также заметно прибавила среди женщин и среди тех, кто в 2021 году вообще не ходил на выборы.

Мерц и разрыв между обещанием и результатом

Ключевая проблема Мерца заключается в том, что он пришел к власти с четким обещанием положительных перемен. Теперь избиратель задает простой вопрос: где они?

Экономические реформы пока не дали ощутимого эффекта. Инвестиционный фонд в 500 миллиардов евро и летний пакет реформ рассчитаны на годы, а не на месяцы. Внутри коалиции продолжаются споры по пенсионной реформе, социальным расходам и бюджету.

Вице-канцлер и лидер СДПГ Ларс Клингбайль еще в ночь выборов предложил пересмотреть реформы. Мерц не сказал ни слова о смене курса. Он защищал проводимую политику, в том числе пенсионную реформу, которая вызвала серьезное недовольство во время избирательной кампании.

После выборов в Саксонии-Анхальте Мерц заявил, что его потрясает следующий факт: около 60 процентов избирателей проголосовали за партии, которые, по его словам, «ничего не могут поделать с немецким правовым государством». К ним он отнес не только АдГ, но и «Альянс Сары Вагенкнехт» и «Левых».

Это политически уязвимая позиция. Значительная часть этих 60 процентов голосовала не потому, что хочет уничтожить правовое государство, а потому, что считает нынешнее государство неспособным решать их проблемы.

Сказать таким людям, что они сделали неправильный выбор, значит дополнительно укрепить ощущение, что политический класс их не слышит. Критики АдГ могут быть совершенно обоснованными, но одной критики недостаточно.

Ловушка для ХДС

Положение ХДС сегодня сложнее, чем может показаться. С одной стороны, более половины немцев возлагают на «Союз» главную ответственность за высокое число беженцев в стране. Это во многом наследие центристского курса Меркель. Жесткая риторика Мерца по миграции этот груз не сняла.

С другой стороны, попытка перехватить позиции АдГ также не приносит ХДС ожидаемого результата. Исследования показывают, что заимствование праворадикальной повестки традиционными партиями скорее делает ее более приемлемой для общества, чем возвращает им потерянных избирателей. В результате АдГ получает дополнительное преимущество: темы партии постепенно становятся частью общего политического дискурса, но сама она сохраняет статус более радикальной альтернативы.

АдГ конкурирует с ХДС не только за голоса. Она конкурирует за само определение того, что значит быть консервативной партией в сегодняшней Германии. Пока ХДС не найдет на этот вопрос убедительного ответа, проблема будет становиться структурной.

Brandmauer больше не работает

Годами немецкие партии держали АдГ в политической изоляции. Никакого сотрудничества и никаких коалиций. Логика была понятной. Без союзников партия не сможет превратить голоса избирателей в политическую власть.

Парадокс заключается в том, что изоляция не уничтожила спрос на АдГ, а позволила ей годами критиковать правительство, не неся ответственности за управление.

Теперь ситуация меняется. В земельном парламенте Саксонии-Анхальта партия занимает 39 мест, всего на три меньше абсолютного большинства.

Это уже не протестное движение на периферии системы, а политическая сила, которая претендует на управление федеральной землей, а в будущем и всей Германией.

Открытый вопрос

Рост АдГ продолжается больше десяти лет. Она усиливалась при Меркель, усиливалась при Шольце и продолжает усиливаться при Мерце. Это не только его личная проблема. Это кризис всей немецкой партийной системы.

Но именно Мерц пришел к власти с обещанием этот кризис разрешить.

АдГ не обязана убеждать большинство немцев в том, что она является лучшей партией. Ей достаточно убедить достаточно большое количество избирателей в том, что традиционные партии больше не справляются.

Пока ХДС, СДПГ и остальные партии центра не смогут изменить это восприятие, рост АдГ будет продолжаться.

Вопрос, который стоит за всем происходящим, прост: как вернуть избирателю ощущение, что голос за политический центр действительно способен что-то изменить?

Если Мерц не найдёт убедительного ответа, его главной проблемой станет уже не АдГ. Главной проблемой станет то, что АдГ занимает политическое пространство, которое когда-то принадлежало ХДС.

***

Политический аналитик, специалист по европейской политике
и международным отношениям

• Сержу Саргсяну запретили выезд из Армении
• США и Европа готовят передачу иранского ядерного вопроса в Совбез ООН
• Берлин и Москва обменялись дипломатическими вызовами