«Сметенные в сторону»: Макрон объявил Европе чрезвычайное положение - ИГОРЬ ПАНКРАТЕНКО ДЛЯ VESTI.AZ

Президент Франции на днях призвал лидеров ЕС противостоять конкуренции со стороны США и Китая и поддержать стратегию «Сделано в Европе». Но его слова оказались куда жестче протокольных призывов.

Когда президент страны, подарившей миру Наполеона и Де Голля, начинает говорить о том, что его континент вот-вот «сметут в сторону», это уже не просто политическая риторика. Это крик души: с востока на Европу надвигается китайское торговое «цунами», а с запада – стартовал американский технологический спринт, где счет идет на минуты.

По сути, Париж, устами своего президента официально признал то, что годами становилось все очевиднее: Старый свет больше не является главным действующим лицом мирового театра. Ему уготована роль статиста, которого того и гляди попросят со сцены. Но вот вопрос: есть ли у Европы сценарий собственного спасения, а главное – политическая воля к его реализации, которая потребует времени, триллионов евро и кардинального изменения собственных подходов?

И готов ли к этому европейский истеблишмент? Что ж, добро пожаловать в эпоху геополитической чрезвычайщины, где правила выживания «старушки-Европы» диктуют внешние игроки, для которых она больше ни разу не «священная корова», а скорее уж кусок сочной говядины, который прекрасно пойдет и на аппетитный стейк, и для знаменитой говядины по-сычуаньски.

Почему заговорил именно Макрон

Внезапное прозрение французского президента и превращение его в этакую Кассандру европейского масштаба может показаться чудом. И даже вызвать аплодисменты: дескать, всю правду сказал, ничего не побоялся, другие-то промолчали. Но это чудо имеет вполне прозаическое объяснение: Эммануэль Макрон официально приобрел статус «хромой утки». Переизбираться через год ему уже не светит, коалиция трещит по швам, а рейтинги давно жмутся к плинтусу.

Но именно это обстоятельство дарит ему редкую привилегию — свободу. Свободу говорить то, что он действительно думает, не оглядываясь на электоральные калькуляторы и не прикусывая язык перед очередным саммитом. Его последние заявления — это не столько политическая программа, сколько политическое завещание. Попытка зафиксировать в истории ту самую повестку, с которой его наследники (если у них хватит смелости) пойдут на выборы.

Здесь срабатывает железный закон большой политики: чем слабее позиции лидера внутри страны, тем жестче и откровеннее его голос на международной арене. Макрон позволяет себе сейчас то, что непозволительно канцлеру Германии или премьеру Италии. Те скованы по рукам и ногам коалиционными соглашениями, болезненным консенсусом и, что греха таить, многолетней зависимостью от американского оборонного зонтика. Париж же констатирует горькую правду с интонацией человека, которому уже нечего терять, — а значит, ему можно верить. «Китайское цунами»: волна, которую не удержать дамбами протекционизма

Ирония судьбы, достойная пера драматурга: Европа, которая десятилетиями учила весь мир прелестям свободной торговли и открытости рынков, жестко и нахраписто требуя этого же от других, сегодня захлебывается от избытка этой самой свободы. «За что боролись — на то и напоролись» — точнее не скажешь. Импорт товаров в ЕС за четверть века вырос с 11% до внушительных 14% ВВП. Открытость сыграла злую шутку: Старый Свет оказался самым незащищенным перед тем, что сам же и проповедовал.

Когда Макрон говорит о «китайском цунами», он предельно конкретен. За метафорой стоят три сектора, где Китай уже не догоняет, а диктует темп.

Первое — электромобили. Здесь цифры убивают наповал. Center Automotive Research подсчитал: средняя стоимость электромобиля в Китае — 29 765 евро. В Германии аналог идет за 43 749 евро. Разница — 47 процентов. Это даже не конкуренция, это разные лиги. Китай обладает не только мощностями, но и критическими технологиями — от аккумуляторов до решений в области ИИ, без которых «зеленый переход» Европы просто невозможен.

Второе — «зеленые» технологии. Фотоэлектрика, ветряки, аккумуляторные системы — здесь Китай давно стал глобальной фабрикой. Без его цепочек поставок европейская энергетическая трансформация встанет колом.

Третье — товары масс-маркета и онлайн-торговля. Тихое, но полностью победоносное наступление Пекина. По данным Еврокомиссии, 91% всех онлайн-покупок европейцев стоимостью до 150 евро прибывают из Китая. 65% посылок идут с заниженной ценой, чтобы уйти от пошлин. Европейские потребители радуются дешевизне, но местный малый бизнес тихо умирает под этим валом.

Но работают ли тарифы? Помогают ли дамбы протекционизма против цунами?

Брюссель лихорадочно пытается строить укрепления. С осени 2024 года китайские электромобили обложены пошлинами в 17–35%. С ноября 2025-го ЕС договорился отменить беспошлинный порог в 150 евро для посылок — скоро пошлины будут взимать с первого же цента. Казалось бы, вот она, защита.

Но не все так однозначно. Китайские производители имеют такой ценовой запас прочности, что способны просто проглотить эти пошлины, снизив собственную прибыль, а не поднимая цены. В итоге бюджет ЕС ничего не выигрывает, товары поступают, а европейский автопром продолжает задыхаться. Получается пат: бить по Китаю тарифом — стрелять себе в ногу. Не бить — отдать рынок окончательно.

«Американская минута за минутой»: Друг, который не ждет

Пока Европа проводит бесконечные слушания по регулированию ИИ, Америка просто делает деньги. По данным Oxford Economics, AI-инвестиции в США уже стали значимым драйвером роста ВВП. В Евросоюзе — ноль. Ноль эффекта для экономики. И дело не в том, что европейцы глупее: система не позволяет. Планирование дата-центров упирается в годы согласований, энергомощностей не хватает, а венчурного капитала — кот наплакал.

Европа не просто отстает — она выпала из гонки. На континенте — единицы значимых AI-моделей. Бизнес внедряет технологии в разы медленнее, чем в Штатах. Разрыв в производительности будет только расти. И главная причина сформулирована убийственно точно: «Америка разрабатывает, Китай копирует, а Европа… регулирует».

Американский Inflation Reduction Act (IRA) — это 369 миллиардов долларов налоговых льгот на «зеленые» технологии. По сути, Вашингтон переманивает европейские заводы к себе, предлагая дешевую энергию и субсидии, которые Брюссель даже не может повторить — денег-то нет. Европейский Critical Raw Materials Act, в отличие от IRA, не предусматривает вообще никакого дополнительного финансирования.

И тут обнажается главная трагедия французского лидера. С одной стороны, Америка — союзник по НАТО, «брат по оружию», гарант безопасности. С другой — экономический хищник, который прямо сейчас высасывает из Европы инвестиции и промышленность.

Макрон мечется. В Давосе он клеймит США за «бесконечное наращивание новых таможенных пошлин» и называет это «фундаментально неприемлемым». Он призывает ЕС применять механизмы противодействия принуждению. Но в интервью европейским газетам прорывается другое: «Люди в отчаянии. Вы больше не можете предсказать, как далеко готовы зайти американцы». И главное: «Мы предоставлены сами себе».

Вместо эпилога: Услышит ли Европа набат?

Диагноз поставлен, рецепт выписан. Макрон, этот «хромой» пророк из Елисейского дворца, сделал свое дело — озвучил правду, которую в Брюсселе и Берлине годами замалчивали. Но история любит жестокие иронии: его политическое завещание рискует остаться просто эпитафией на надгробии европейского суверенитета.

Слишком велик соблазн для европейских элит привычно замереть в позе страуса. Зажмуриться и надеяться: авось китайское цунами обойдет стороной, авось американский друг сбавит темп, авось пронесет.

Не пронесет. За океаном не сбавят — там бегут свою «минуту за минутой», не оглядываясь на союзников. Китай не остановит волну — потому что он сам и есть эта волна. А Европа так и не научилась плавать в океане глобальной конкуренции без идеологических спасательных кругов.

У Макрона есть уникальный шанс войти в историю. Но, к несчастью для него, — не де Голлем и не Наполеоном. А как последний европеец, который бил в набат, когда континент еще мог услышать. Когда из «старушки-Европы» еще не сделали тот самый «кусок сочной говядины», который употребят и под американским соусом, и в сычуаньском рагу.

Вопрос лишь в одном: захотят ли европейские элиты этот набат услышать?



Игорь Панкратенко для Vesti.az

• Путин уволил спецпредставителя по экологии и транспорту
• В Абу-Даби переговоры по Украине проходят без признаков компромисса
• В Италии накрыли нелегальное производство сигарет с ущербом до 80 млн евро