Война на пороге: новые вызовы для экономики Азербайджана - ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Начало американо-израильско-иранской войны оказало заметное влияние на государства Южного Кавказа, причем Азербайджан оказался на «передовой» этого воздействия. Уже в течение первой недели конфликта международный аэропорт Нахчывана подвергся атаке беспилотников со стороны Ирана, что вызвало серьезный кризис в отношениях между Баку и Тегераном.

Ситуация начала постепенно стабилизироваться лишь после телефонного разговора между президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и президентом Ирана Масудом Пезешкианом, состоявшегося по инициативе иранской стороны. Вероятно, Тегеран предоставил заверения в том, что подобные инциденты больше не повторятся, что позволило уже 9 марта восстановить авиасообщение с Нахчываном и возобновить движение транспортных средств, прерванное накануне в целях безопасности.

Сторонники более рациональной линии поведения в иранском руководстве, к которым относится и президент Масуд Пезешкиан, настаивают на снижении напряженности между странами. Не случайно в ходе телефонного разговора стороны особо подчеркнули необходимость продолжения работы по реализации договоренностей, достигнутых на 17-м заседании межправительственной комиссии в Баку.

В нынешней ситуации Ирану крайне невыгодно обострение отношений с Азербайджаном. Однако и Баку не заинтересован во втягивании в прямой конфликт с Тегераном, который может повлечь за собой трудно прогнозируемые последствия и серьезные издержки, а также негативно сказаться на безопасности страны. На фоне роста напряженности уже фиксируются и косвенные последствия кризиса.

Так, в Азербайджане были отменены два международных мероприятия. Всемирное антидопинговое агентство (WADA) объявило, что Региональный европейский симпозиум, который должен был пройти в Баку 18–19 марта, не состоится из-за ситуации на Ближнем Востоке. Также был отменен этап Кубка мира по могулу, запланированный на 14–15 марта на курорте Шахдаг. Это показывает, что даже без прямого вовлечения страны война вокруг Ирана уже начинает влиять на международную активность в регионе.

Говоря о более долгосрочных последствиях кризиса, следует отметить, что наиболее ощутимо они могут проявиться в экономической сфере. Несмотря на то что общий объем торгово-экономических связей между Азербайджаном и Ираном остается относительно ограниченным, по ряду товарных позиций иранская продукция занимает заметную нишу на азербайджанском рынке. Речь идет прежде всего о сельскохозяйственной продукции, овощах и фруктах, отдельных продовольственных товарах, строительных материалах и товарах повседневного спроса, которые поступают через южные приграничные регионы.

В случае дальнейшей эскалации конфликта возможны перебои с поставками части этой продукции, что способно привести к росту цен на отдельные категории продовольствия на внутреннем рынке Азербайджана. Для экономики это означает дополнительное инфляционное давление, которое может особенно чувствительно сказаться на потребительском рынке.

Кроме того, важное значение для Азербайджана имеет транспортное направление через Иран. Через азербайджано-иранскую границу проходят ключевые участки международного транспортного коридора «Север–Юг», потенциальная пропускная способность которого оценивается примерно в 30 млн тонн грузов в год. В его рамках стороны уже вплотную приступили к реализации строительства железнодорожного участка Решт–Астара протяженностью около 162 км, который должен соединить транспортные системы России, Азербайджана и Ирана и обеспечить прямой сухопутный маршрут между Северной Европой и странами Персидского залива.

Однако в условиях военной эскалации вокруг Ирана едва начавшееся строительство этого участка может вновь застопориться. Аналогичные риски возникают и для реализации Аразского транспортного коридора, который должен соединить западные регионы Азербайджана с Нахчыванской автономной республикой и стать важным элементом региональной транспортной архитектуры.

В целом даже кратковременные ограничения движения, усиление контроля на границах или рост страховых и транспортных издержек способны привести к замедлению транзита и снижению эффективности транспортных проектов, проходящих через южное направление. При этом речь идет не только о двусторонних перевозках, но и о более широких торговых связях Азербайджана со странами Персидского залива и Пакистаном, которые в последние годы демонстрируют заметную динамику.

Дополнительные риски связаны и с возможным ущербом для иранской портовой инфраструктуры. В случае ее серьезного повреждения или временного вывода из эксплуатации могут быть существенно осложнены морские логистические цепочки, через которые осуществляется часть торговли между Южным Кавказом и государствами Персидского залива. Это, в свою очередь, способно негативно отразиться на перспективах развития торгово-экономических связей Азербайджана с этими странами и замедлить формирование южного направления внешнеэкономической активности Баку.

Еще более значимое влияние война вокруг Ирана может оказать на глобальные энергетические рынки. Одним из наиболее чувствительных факторов остается возможная блокировка Ормузского пролива — одного из ключевых «узких мест» мировой энергетической системы. Через него ежедневно проходит около 20–21 млн баррелей нефти, что составляет примерно пятую часть всех мировых морских поставок нефти.

В случае серьезных ограничений судоходства через пролив на мировом рынке может возникнуть заметное сокращение предложения нефти. Для Азербайджана такая ситуация имеет двойственный характер. С одной стороны, резкая нестабильность на энергетических рынках способна создавать дополнительные риски для мировой экономики. С другой стороны, сокращение поставок из стран Персидского залива может объективно усилить значение альтернативных поставщиков энергоресурсов.

В этом контексте роль Азербайджана как поставщика нефти и газа на европейский рынок может временно возрасти. Европа остается главным экспортным направлением для азербайджанских энергоресурсов. Поставки газа в европейские страны по системе Южного газового коридора в последние годы превышают 12 млрд кубометров в год, а общий экспорт газа из страны составляет более 23 млрд кубометров. Нефть же экспортируется прежде всего по трубопроводу Баку–Тбилиси–Джейхан, пропускная способность которого достигает примерно 1 млн баррелей в сутки.

На фоне сокращения поставок энергоресурсов из России и возможных перебоев в регионе Персидского залива у европейских государств остается все меньше альтернативных источников топлива. В этих условиях значение южнокавказского энергетического маршрута и азербайджанских энергоресурсов для энергетической безопасности Европы может заметно возрасти, что при определенных обстоятельствах способно усилить и экономическое, и геополитическое значение Азербайджана.

Таким образом, Азербайджан объективно заинтересован в скорейшей деэскалации и завершении войны вокруг Ирана. Продолжение конфликта создает для Баку сразу несколько уровней рисков — от угроз безопасности на южной границе до возможного торможения ключевых транспортных и торговых проектов, проходящих через иранское направление, включая развитие международного коридора «Север–Юг» и формирование новых логистических связей со странами Персидского залива и Южной Азии.

При этом даже потенциальный рост цен на нефть не способен компенсировать возникающую неопределенность, поскольку высокая волатильность на мировых энергетических рынках также не отвечает долгосрочным интересам страны. Для Азербайджана, выступающего одновременно важным энергетическим поставщиком и транзитным узлом Евразии, значительно более выгодной остается стабильная и предсказуемая международная экономическая среда.

• Экс-председатель Сената Королевства Нидерландов направил письмо Ильхаму Алиеву
• Марта Кос выразила благодарность Ильхаму Алиеву
• Распространена публикация о встречах Президента на Мюнхенской конференции по безопасности