Тогрул Нариманбеков: «Я поеду в Шушу не как гость, а как хозяин» - ИНТЕРВЬЮ

- Тогрул муаллим, большую часть времени Вы проводите за рубежом. Соскучились по Азербайджану?

- Да, большую часть своего времени я провожу за рубежом. Не скучать по Азербайджану невозможно. Конечно же, скучаю. Азербайджан такая страна, где очень сильная аура, какое-то даже подземное воздействие. Эта страна нефти, может, здесь сама природа дает творческую силу художникам. Это не случайно. Особенно Баку, он способствует ощущению сильного живописного цветового калоритмического видения, и это присуще многим нашим художникам. Я живу за рубежом и часто бываю в разъездах, и эту разницу я вижу. Когда приезжаю в Баку, чувствую в себе такой творческий подъем, повышенное чувство цвета, композиции и т.д. И это присуще нашим художникам. Одним словом, Родина меня вдохновляет.

- Наверное, Вы осведомлены о сегодняшнем состоянии азербайджанской школы изобразительного искусства?

- В настоящее время в искусстве всего мира, особенно в живописи наблюдается большой спад. Это связано с тем, что большинство народов утеряли свои национальные традиции. Нельзя отвергать прошлое. Нужно использовать прошлое, брать на вооружение и развивать дальше, а не отбрасывать.

- Удовлетворяет ли Вас творчество молодых художников?

- Для молодых художников очень важно чувствовать свою творческую линию, искать свою индивидуальность через традиции национального народного искусства. А молодежи нашей присуще, к примеру, нашим музыкантам-джазменам, копировать все с Запада. Надо суметь сохранить свою индивидуальность, свой национальный колорит, но не внешнее понятие национального. Миниатюры тоже имеет свой дух, свою эстетику, это не просто так, это целая философия. Это подобно философии поэзии Низами, Физули. Это особое ощущение, особое видение мира, присущее именно восточным народам. Молодежи свойственно подражать каким-то модным течениям. У молодых художников хорошее чувство цвета, но они копирует абстракционизм. А абстракционизм - это высочайшее искусство, и позволить себе идти этим путем может художник, который этого заслужил. В любой фигуративной живописи тоже есть абстракция. А когда начинают копировать, все это теряет свою ценность.

- Среди молодых художников есть Ваши последователи?

- Есть среди молодых такие художники, которые пытаются меня копировать, но не очень для этого стараются. Мой метод очень сложный, потому что он основан на изучении природы, жизни, эволюции. И сразу его воспринять, конечно, очень трудно, потому что он объединяет все достижения мирового искусства. Понимаете, я так пишу, что если я на Западе представляю свою картину среди абстракционистов, то они бледнее смотрятся, хотя я сохраняю фигуративное ведение. Но у меня обязательно присутствует абстрактное ведение. И вот оно необходимо для живописцев. В академиях в Европе я увидел, что в основу образования поставлено не изучение традиций. Это якобы дает освобождение, независимость художнику. Я же считаю, что это не независимость, это просто разболтанность и незнание. В живописи есть масса законов, которые нельзя обойти и отбросить. Просто их надо развить. Художник должен сам придти ко всем открытиям, а не через какие-то образцы, которые он копирует.

- Вы сами преподаете?

- Сейчас нет, потому что у меня много замыслов, которые нужно осуществить. Вообще, очень интересно преподавать. Я в какой-то период жил в Самарканде и изучал Тамерлана. У меня собран огромный материал, и это все я должен воплотить в жизнь. Мы пешком бродили по Абшерону вместе с Саттаром Бахлузаде и Расимом Бабаев. У меня много эскизов, зарисовок. Я хочу в ближайшее время осуществить это замысел - создать историческое произведение, связанное с Тамерланом.

- Состоится ли в ближайшее время Ваша выставка в Баку?

- Есть новые произведения, которые я еще не выставлял. В более тихой и спокойной обстановке я организую выставку. В Париже сделал целую серию громадных полотен площадью около 30 кв. м. Серия посвящена Азербайджану, Абшерону. Когда-нибудь я покажу это в Баку. Это будет через год или же полгода.

- Собираетесь ли Вы открывать свою галерея в Баку?

- Почему бы и нет. Возможно, в Париже открою. В Баку, если и создам свою галерею, то хочу это сделать в крепости Ичеришехер. Я с 15 лет пишу крепость. Помню, как я по крышам лазил, рисуя крепость. Я всегда показывал на своих картинах красоту Ичеришехер, и это все еще продолжается. Я живу вдали от Азербайджана, от Ичеришехер, однако это не значит, что я все это забыл. В течение всего своего творческого пути я создавал множество произведений, связанных с Азербайджаном , Ичеришехер, и так будет всегда.

- Вы сами родом из Шуши. Хотели бы поехать туда?

- Конечно. Шуша – это чудо, забыть Шушу, не скучать по ее чудесной природе невозможно. В те времена я, как только появлялась возможность, в первую очередь ехал в Шушу, вдохновлялся тамошней красотой. Верю, что рано или поздно справедливость будет восстановлена и мы вернем наши земли. Мировое сообщество хорошо знает, кому принадлежит Нагорный Карабах. Мои дед и отец шушинцы. В дальнейшем отец по работе был отправлен в Германию. Он обучался во Франции, в Тулузе. Затем вернулся в Азербайджан, работал инженером, строил Мингячевирскую ГЭС. Мой отец стал жертвой репрессий.

- Группа представителе азербайджанской интеллигенции побывала в Нагорном Карабахе. Если бы Вам предложили съездить в Нагорный Карабах, в Шушу, вы бы приняли это предложение?

- Нет. Я поеду в Шушу не как гость, а как хозяин. Из этих визитов получается, что армяне хозяева Шуши, а мы гости. Но это наша земля, Шуша принадлежит нам, именно это мы должны донести до мира. Мне пока не предлагали поехать в Шушу. Может быть потому, что я много бываю за границей. Шуша – наша и земля должна принадлежать своему хозяину. Когда Шушу вернут, я поеду там жить. Я не знаю города красивее…

• Звезда «Во все тяжкие» Джанкарло Эспозито принял ислам
• Умерла звезда сериалов Marvel Вай Чин Хо
• В Баку состоялась презентация фильма о многовековых связях Азербайджана и Израиля