Транскаспийские трубопроводные проекты: что стоит за возобновлением их обсуждения?  - МНЕНИЕ ЭКСПЕРТОВ 

На фоне затягивания проблемы транспортировки углеводородов через Ормузский пролив и новых санкций ЕС в отношении России, страны Запада вновь обращают свои взоры к богатым энергоресурсами республикам Центральной Азии (ЦА) и Азербайджану в поиске альтернативных источников. Одновременно реанимируются давние идеи строительства транскаспийских трубопроводов.

Как передает Vesti.az со ссылкой на публикацию в соцсетях руководителя подразделения VB5 Федерального министерства экономики и энергетики Германии (это подразделение отвечает за связи с Украиной, Южным Кавказом и Центральной Азией – ред.) Урса Даниэля Энгельса, на этой неделе в Ашхабаде прошли консультации делегации ФРГ с руководством Министерства энергетики Туркменистана по проекту Транскаспийского газопровода (ТКГ). Сообщается, что переговорный процесс будет продолжен.

Ранее, 8 июля, делегация SOCAR обсудила в Ашхабаде со своими туркменскими коллегами «возможности транспортировки энергоресурсов на международные рынки и совершенствование правовой и договорной базы в этой сфере».

Параллельно одна из европейских консалтинговых компаний по заказу правительства Казахстана проводит исследование, посвященное строительству транскаспийского нефтепровода в направлении Баку.

На вопрос о том, есть ли будущее у ТКГ и транскаспийского нефтепровода после того, как эти проекты долгие годы «пролежали в столе», Vesti.az ответили эксперты по энергетическим вопросам Азербайджана и Казахстана.

Так, глава Центра энергетических исследований Ильхам Шабан отметил, что с середины 1990-х годов Россия и Иран последовательно выступали против экспорта туркменского газа на западные рынки, стремясь самостоятельно контролировать этот ресурс — как для собственных нужд, так и для транзита.

«Эта позиция до сих пор остается неизменной, и вопрос Транскаспийского газопровода остается важным геополитическим инструментом влияния на Запад. Поэтому в настоящее время любое проявление возможного одобрения реализации проекта со стороны Ашхабада и западных партнеров потребует масштабных геополитических компромиссов. В связи с этим я предполагаю, что нынешняя напряженная международная обстановка оставляет мало места для подобного компромисса», — отметил Шабан, добавив, что Туркменистан предпочитает китайское направление экспорта своего газа.

Вместе с тем эксперт напомнил, что Конвенция о правовом статусе Каспийского моря, подписанная в 2018 году, в значительной степени устранила правовую неопределенность, связанную с прокладкой трубопроводов по дну водоема. Однако, по его словам, это само по себе не гарантирует реализации проекта подводного газопровода.

«Я рассматриваю политическую поддержку Западом проекта Транскаспийского газопровода прежде всего через геополитическую призму. Именно благодаря политическому интересу ЕС проект Транскаспийского газопровода до сих пор не снят с повестки дня.

Вместе с тем частные компании, которые Запад активно призывал инвестировать в ТКГ, не сделали реальных шагов. Исключением стали американские эксперты, предложившие короткий вариант газопровода небольшой мощности — не более 10 млрд кубометров в год — между каспийскими месторождениями Туркменистана и Азербайджана.

Напомню, что проект ТКГ обсуждается с 1996 года, то есть уже почти 30 лет, но так и не дошел до стадии реализации. Это отражает и его ограниченную коммерческую привлекательность. Если бы ожидаемая финансовая отдача от осуществления проекта была действительно высокой, международные энергетические компании, вероятно, занялись бы им много лет назад», — отметил Шабан.

По его словам, для коммерческой целесообразности ТКГ необходимо обеспечить транспортировку не менее 20 млрд кубометров газа в год. Однако остается вопрос, каким образом этот газ будет доставляться в Европу.

«Хочу напомнить, что до 2045 года Южный газовый коридор (ЮГК), который действует с 2020 года, берет начало в Баку и проходит через Грузию и Турцию в Европу. Его мощности полностью заняты азербайджанским газом на основании 25-летних соглашений с европейскими компаниями.

Для расширения ЮГК необходимы гарантии как со стороны покупателей в Европе, так и со стороны продавца в лице Туркменистана. Таких гарантий нет. Азербайджан же в этом случае выступает транзитным государством и не может влиять на решения Брюсселя и Ашхабада», — подчеркнул Шабан.

По его мнению, проект транскаспийского нефтепровода из Казахстана в Баку выглядит значительно более реалистичным.

«Окупаемость инвестиций в нефтепроводы и доходы от экспорта нефти выше, чем при экспорте газа. Расходы на транспортировку нефти ниже, чем газа. Азербайджан мог бы спокойно получать казахстанскую нефть по нефтепроводу через Каспий, а затем направлять ее в нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан (БТД).

Пропускная способность БТД превышает 50 млн тонн нефти в год, и сейчас почти половина этой мощности свободна. Через пять лет, из-за естественного снижения добычи азербайджанской нефти, около 30 млн тонн мощности БТД будут свободны. То есть нефтепровод сможет принять эти объемы из Казахстана. Сейчас остается дождаться решения Астаны», — заявил азербайджанский ан6алитик.

В свою очередь, казахстанский эксперт Нурлан Жумагулов считает, что «пока примут решение и построят транскаспийский нефтепровод, завершится срок действия контракта по нефтяному гиганту «Тенгиз» в Казахстане».

«Пока по проекту транскаспийского нефтепровода всё выглядит как имитация бурной деятельности. Двадцать лет назад американская Chevron, как крупнейший акционер "Тенгиза", изучала возможность прокладки трубы через Каспий — так называемой Казахстанской Каспийской системы транспортировки нефти. Однако затем появился мощный нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), проходящий по территории России и обеспечивающий прокачку более 70 млн тонн нефти в год. После этого на идее тянуть трубу до Баку был поставлен крест», — сказал Жумагулов в комментарии Vesti.az.

При этом он напомнил, что в настоящее время при участии восьми компаний действует рабочая группа, изучающая возможность развития маршрута Атырау – Актау – Баку мощностью до 20 млн тонн нефти в год.

«Первые результаты работы этой группы ожидаются уже нынешней осенью. Тогда планируется рассмотреть предварительное исследование по данному маршруту. Решение вопроса во многом будет зависеть от компаний, работающих в нефтяном секторе Казахстана», — отметил Жумагулов.

Оба эксперта признали, что при принятии решений о строительстве трубопроводов через Каспий необходимо учитывать весь спектр сопутствующих рисков.

«Современная энергетическая инфраструктура становится все более уязвимой для диверсий и гибридных угроз. Инциденты с газопроводами в Балтийском море, а также неоднократные нападения на энергетические объекты на Ближнем Востоке показывают, что подобные риски уже перестали быть гипотетическими. Они представляют собой реальные угрозы безопасности трубопроводной инфраструктуры.

Поэтому переговоры по проектам трубопроводов всегда проходят непросто. Они требуют времени, тщательной проработки и согласования всех вопросов, включая аспекты безопасности и возможные риски», — резюмировал азербайджанский эксперт Ильхам Шабан.

• В Азербайджане создают электронную базу данных энергетического баланса
• Министерство финансов провело очередной депозитный аукцион