Важная остановка перед Вашингтоном: Си Цзиньпин летит в США с «индийским козырем» - АНАЛИТИКА

Среди множества событий последних дней, пожалуй, особенно выделяется встреча председателя КНР Си Цзиньпина и премьер-министра Индии Нарендры Моди на полях саммита БРИКС в Нью-Дели. Си прибыл в Индию впервые за семь лет, и уже одно это стало заметным сигналом. Еще несколько лет назад отношения двух крупнейших азиатских держав находились в состоянии глубокого кризиса, и теперь, похоже, этот кризис остается позади.

Главной причиной обострения двусторонних отношений стало столкновение в долине Галван летом 2020 года, когда на спорной границе погибли военнослужащие обеих стран. После этого Индия ограничила китайские инвестиции, запретила ряд китайских приложений, ужесточила визовый режим. На границе были сосредоточены десятки тысяч военных, а отношения Пекина и Нью-Дели фактически перешли в режим длительного противостояния.

Однако с конца 2024 года ситуация начала постепенно меняться. Стороны договорились о разведении войск на нескольких спорных участках, стали восстанавливать прямое авиасообщение, облегчать деловые контакты и обсуждать новые механизмы предотвращения конфликтов на границе. Территориальный спор никуда не исчез, но и Пекин, и Нью-Дели явно решили не доводить его до нового военного кризиса.

Особенно интересно, что даже в самые напряженные годы политический конфликт практически не остановил торговлю. Напротив, она продолжала расти. А в 2025 году товарооборот Китая и Индии и вовсе достиг рекордных $155,6 млрд. При этом торговля остается крайне несбалансированной. Индия намного больше покупает у Китая, чем продает ему, а ее дефицит в торговле с КНР превышает $100 млрд.

В этом и заключается парадокс нынешних отношений. Индия рассматривает Китай как одного из главных конкурентов и сама хочет стать новым мировым производственным центром. Нью-Дели активно привлекает компании, которые стремятся перенести часть производства из Китая. Но одновременно индийская промышленность по-прежнему сильно зависит от китайского оборудования, электроники, компонентов и сырья.

Поэтому быстрое экономическое размежевание оказывается гораздо сложнее, чем политические заявления. Китай и Индия могут соперничать за инвестиции и влияние, но разрыв сложившихся производственных цепочек нанесет ущерб обеим экономикам.

При этом причин для соперничества остается более чем достаточно. Пекин поддерживает тесные отношения с Пакистаном, что традиционно беспокоит Индию. Нью-Дели, в свою очередь, входит в Quad вместе с США, Японией и Австралией. Китай относится к этому формату настороженно, рассматривая его как часть американской политики сдерживания КНР в Индо-Тихоокеанском регионе. Две страны конкурируют и за влияние в Южной Азии и Индийском океане.

Сюда можно добавить и экономическую конкуренцию. Китай уже стал крупнейшей промышленной державой мира, тогда как Индия рассчитывает занять часть его места в глобальных производственных цепочках. Поэтому ожидать превращения Пекина и Нью-Дели в стратегических союзников вряд ли стоит.

Но за последние два года появился еще один фактор, который неожиданно подтолкнул их друг к другу. Им стала политика президента США Дональда Трампа. Индия столкнулась с американскими тарифами и давлением из-за закупок российской нефти. Китай уже много лет находится в состоянии торгового и технологического противостояния с Вашингтоном. Причины у Пекина и Нью-Дели разные, однако вывод постепенно становится похожим — чрезмерная зависимость от отношений с США также несет риски.

К этому следует добавить, что Индия вообще старается избегать жесткой привязки к одному центру силы. Она сотрудничает с США в рамках Quad, сохраняет традиционно тесные отношения с Россией, одновременно работает с Китаем в БРИКС и ШОС. Для Нью-Дели важнее всего сохранить возможность маневрировать между крупнейшими державами, исходя из собственных интересов.

Китай действует не менее прагматично. На фоне затяжного противостояния с США Пекину совершенно не нужен еще один серьезный конфликт — теперь уже с Индией. Тем более речь идет о соседней ядерной державе, огромном рынке и одной из наиболее быстро растущих крупных экономик мира.

Но встреча Си и Моди приобретает для Пекина дополнительное значение и в свете предстоящих переговоров китайского лидера с Дональдом Трампом. Их встреча ожидается 24 сентября, то есть менее чем через две недели после саммита БРИКС.

В этом смысле Нью-Дели дает Пекину дополнительные аргументы в разговоре с Вашингтоном. Китай уже давно выступает против односторонних тарифов, санкций и попыток использовать доступ к американскому рынку как инструмент политического давления. Теперь похожее недовольство все отчетливее звучит и со стороны государств, которые сложно назвать союзниками Китая. Принятая в Нью-Дели декларация БРИКС прямо выражает обеспокоенность ростом односторонних тарифных и нетарифных ограничений и предупреждает, что такая политика нарушает торговлю и глобальные цепочки поставок. Документ поддержала и Индия — один из важнейших партнеров США в Азии.

Конечно, встречу Си и Моди в Нью-Дели вряд ли стоит воспринимать как начало большой китайско-индийской дружбы. Скорее, обе стороны обнаружили, что при всех накопившихся противоречиях у них появляется все больше вопросов, по которым выгоднее договариваться, чем конфликтовать. Для Китая это еще и возможность подойти к переговорам с США с более сильной позицией, показывая, что неприятие одностороннего торгового давления становится уже не только китайской претензией к Вашингтону.

• Трамп опроверг информацию о повреждении истребителей США на базе в Иордании
• Трамп назвал главное условие для встречи с Путиным
• App Store удалил приложения «Лукойла»