«Яблоко» сорвали с ветки: зачем Кремлю выборы без выбора - ВЗГЛЯД

Десятого августа Верховный суд России отменил регистрацию федерального списка партии «Яблоко» на выборах в Государственную думу IX созыва. Иск подала партия «Родина», Генеральная прокуратура поддержала его, а ЦИК сослался на сведения Росфинмониторинга об иностранном финансировании. Среди претензий были также нарушения авторского права. Обвинения в экстремизме суд рассматривать не стал, указав, что для этого необходимо отдельное производство.

На первый взгляд — обычная юридическая история: партия нарушила избирательное законодательство и была снята с выборов. Но есть одна деталь, превращающая это решение из рядового судебного спора в политическое событие: «Яблоко» уже было зарегистрировано и фактически допущено к выборам. И это принципиально.

Если бы речь шла о недопуске партии на стадии регистрации, российская политическая система получила бы очередной, уже привычный сюжет. Но здесь сначала был выдан пропуск на выборы, а затем, когда кампания уже началась, этот пропуск был аннулирован через подконтрольный властям суд. Само дело было принято Верховным судом 7 августа, а решение об удовлетворении иска вынесено уже 10 августа.

То есть российскому избирателю сначала сказали: эта партия может участвовать. А потом — нет, уже не может. Именно в этом заключается главный политический смысл произошедшего.

Не партия, а единственная альтернатива

Электорально «Яблоко» никогда не было серьезной угрозой для «Единой России». Партия не могла претендовать на большинство и даже прохождение в Думу оставалось для нее сложной задачей. Поэтому объяснять ее устранение страхом Кремля перед несколькими процентами голосов было бы слишком примитивно.

Проблема была не в количестве голосов, а в характере этих голосов.

Предвыборная программа «Яблока» в 2026 году состояла всего из 43 слов: «За мир и свободу!», «За соглашение о прекращении огня, дипломатию и достижение мира», «За Россию, свободную от страха и политических репрессий».

И в условиях России пятого года полномасштабной войны даже это становится политически неудобным. Потому что остальные парламентские партии могут сколько угодно критиковать власть по социальным, экономическим или кадровым вопросам, но фундаментально они не оспаривают государственную военную политику. «Яблоко» же предлагало избирателю то, чего в российском федеральном парламентском поле практически не осталось: голос за прекращение войны.

Не за другого президента. Не за другую социальную программу. Не за другую налоговую систему. И даже не за агрессивную внешнюю политику.

А всего лишь за мир.

И потому его присутствие в бюллетене имело значение, значительно превышавшее его электоральный вес.

Но и здесь есть важная оговорка

Называть «Яблоко» радикальной антивоенной партией тоже было бы неправильно.

Его нынешняя программа предельно осторожна. В ней нет требования немедленного вывода российских войск с оккупированных территорий Украины, нет требования восстановления украинского контроля над территориями, захваченными Россией после 2022 года, нет политического требования назвать происходящее российской агрессией и привлечь виновных к ответственности.

Основной лозунг — прекращение огня, переговоры и мир.

Это принципиально отличается от позиции, которая исходила бы из необходимости сначала восстановить международно признанные границы Украины, а уже затем заключать мир.

Более того, Григорий Явлинский последовательно утверждал, что военной победы в нынешней войне добиться невозможно и что важнее всего прекращение кровопролития. В его публичной позиции освобождение Украиной всех территорий в границах 1991 года рассматривается как цель, которой военным путем достичь невозможно.

Таким образом, «Яблоко» — антивоенная партия, но не партия деоккупации.

И это обстоятельство делает ситуацию еще более показательной.

Даже партия, которая не обвиняет власть в агрессии против суверенной страны, не требует вывода армии с оккупированных территорий, а всего лишь предлагает начать переговоры о прекращении войны, причем фактически на условиях Кремля, не устраивает российскую политическую систему.

Причем «Яблоко» в прошлом занимало значительно более жесткую позицию: партия называла аннексию Крыма незаконной, выступала за территориальную целостность Украины и требовала вывода российских войск из Донбасса.

Сегодня же ее программа предельно осторожна. И все равно этого оказалось достаточно.

Мир — но какой?

Если мир достигается без требования деоккупации, без восстановления украинского контроля над захваченными территориями и без политической ответственности России за развязанную войну, то такой мир объективно может означать закрепление части результатов российской агрессии.

Иными словами, «Яблоко» предлагает не войну до победы, а мир практически любой ценой — во всяком случае, его предвыборная программа не обозначает условий, которые сделали бы цену мира неприемлемой для Кремля.

В этом смысле партия, сама того желая или нет, не ставит под сомнение саму базовую конструкцию российской власти: Россия может закончить войну без необходимости сначала отказаться от территориальных приобретений и признать себя агрессором.

Это очень важная грань.

Потому что если даже такая умеренная, компромиссная и фактически максимально осторожная антивоенная позиция оказывается нежелательной для власти, то становится очевидно: вопрос уже не в содержании конкретной мирной программы.

Вопрос в самом праве российского гражданина публично проголосовать против продолжения войны.

Выборы, на которых заранее определили границы выбора

«Яблоко» здесь оказывается частью гораздо более масштабной картины.

Двадцатого сентября Россия собирается провести выборы в Государственную думу, в том числе на территориях Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины, которые Москва объявила своими после незаконной аннексии. ЦИК России уже принял решение о проведении там голосования.

Один из главных парадоксов нынешней кампании заключается в том, что территория российских выборов расширяется, а пространство политического выбора сокращается.

Жителям оккупированных украинских территорий предлагают выбирать представителей в российский парламент, хотя само российское присутствие там стало следствием продолжающейся войны. Одновременно избирателей в России лишают возможности проголосовать даже за легальную партию, выступающую за ее прекращение.

В итоге география выборов становится шире, а политический выбор — уже. Два процесса складываются в одну систему.

Зачем Кремлю выборы без выбора?

Чтобы ответить на этот вопрос, вовсе не обязательно искать тайный приказ из Кремля.

Достаточно посмотреть на результат.

Российская власть получает выборы, в которых присутствуют несколько партий, но диапазон допустимых политических позиций заранее ограничен. КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия — За правду», «Новые люди» могут конкурировать между собой, критиковать отдельные решения правительства и бороться за протестный электорат.

Но фундаментальный вопрос — продолжать войну или прекращать ее — фактически исключается из федеральной партийной конкуренции.

«Яблоко» было последним легальным исключением.

Теперь его нет.

В этой связи снятие партии имеет гораздо большее значение, чем ее будущий процент.

Самый опасный прецедент

Однако наиболее тревожен даже не сам факт устранения «Яблока», а созданный механизм.

Партия прошла регистрацию. Затем последовал иск политического конкурента, в дело вошли данные государственных органов, Генпрокуратура поддержала требования, а Верховный суд отменил регистрацию — менее чем за месяц до голосования.

Теперь любой российский политик понимает: регистрация больше не гарантирует участия в выборах. Даже при формальном соблюдении процедур всегда можно найти нарушение, связать финансовые потоки с иностранным происхождением или обнаружить проблемы в агитации — и через суд исключить уже зарегистрированного участника из кампании.

Это сигнал не только «Яблоку», но и всем участникам российской политики: участвовать в выборах можно до тех пор, пока политическая деятельность остается приемлемой для системы.

Почему именно сейчас?

Потому что выборы 2026 года проходят не в мирной России. Они проходят в государстве, ведущем войну, сталкивающемся с растущими экономическими и демографическими издержками войны и сохраняющем возможность новых непопулярных решений.

В такой ситуации власти особенно важно не допустить превращения выборов в референдум о войне.

Именно поэтому выборы должны продемонстрировать не раскол общества, а его управляемое единство. Не вопрос «война или мир?». А вопрос «какая из допустимых системных партий получит сколько мест?».

И потому выборы превращаются из механизма выбора власти в механизм легитимации уже существующей конфигурации власти.

И еще одна деталь — оккупированные территории

Включение оккупированных территорий в российскую избирательную систему делает происходящее еще более очевидным.

Для Москвы это не просто голосование. Это демонстрация: «эти территории уже Россия, раз там проходят российские выборы».

Но с точки зрения международного права российские попытки аннексии не изменили их статуса. Поэтому проведение там выборов не создает законности — оно лишь создает очередной политический спектакль, призванный эту законность имитировать.

Но тут возникает почти символическая картина. На территориях, где российская армия ведет войну против Украины, Москва собирается выбирать российских депутатов. А внутри самой России партия, выступающая за прекращение этой войны, оказывается снята с выборов решением Верховного суда.

Территориальная экспансия — пожалуйста. Политическое разнообразие — только в разрешенных пределах. Это, пожалуй, наиболее точная формула нынешней российской избирательной системы.

«Яблоко» сорвали с ветки

Поэтому история с «Яблоком» — вовсе не история о партии, которой не повезло с авторскими правами или финансовыми переводами.

Юридические основания существуют, и именно их суд положил в основу решения. Но политический смысл определяется не только формулировками постановления, а тем, кого именно убрали из бюллетеня и что после этого в нем осталось.

Остались партии, способные в пределах дозволенного спорить о том, как управлять Россией. Практически исчезла лишь возможность легально поставить под сомнение продолжение войны. Выборы сохранились, но выбор по главному вопросу страны стал еще уже.

Одновременно Россия собирается провести голосование на оккупированных территориях Украины, используя выборы как демонстрацию якобы состоявшегося территориального присоединения.

Вот почему «Яблоко» сорвали с ветки. Не потому, что несколько процентов его избирателей могли изменить состав Государственной думы, а потому, что сама возможность легально проголосовать за прекращение войны нарушает конструкцию выборов, призванных подтверждать существующий политический курс, а не ставить его под вопрос.

Да, России пока еще нужны выборы. Но, похоже, ей все меньше нужен выбор.

• США продлили лицензию сербской NIS до 28 августа
• В Германии началась многотысячная акция против правительства Мерца
• Пресс-пул: встреча Трампа и Зеленского длилась час-ОБНОВЛЕНО