Война исчерпала себя: США и Иран оказались в ормузской ловушке - АНАЛИТИКА

Американо-иранская тяжба, стремительно обрастающая элементами фарса, вступила в новую фазу. Граница между ее относительно мирным состоянием и переходом к силовой динамике остается крайне хрупкой. Не исключено, что конфликт, попеременно переходя из одного режима в другой, будет продолжаться еще долго. Проблема, однако, заключается в том, что военная опция постепенно исчерпывает свой ресурс.

Даже маститые специалисты по Ближнему Востоку сегодня не берутся однозначно оценивать дальнейший ход противостояния. Тактическая обстановка меняется практически ежедневно. Тем не менее уже вырисовывается предварительный расклад, который выглядит неутешительно не только для непосредственных участников конфликта, но и для всего региона. Образно говоря, военно-политический кризис держит огромное пространство, а вместе с ним и глобальную экономику, фактически в осадном положении.

Поле для маневра пока сохраняется, однако и оно не внушает особого оптимизма с точки зрения возвращения зоны Персидского залива к нормальному состоянию. Обе стороны уже пустили в ход свои козыри, но это не только не выявило очевидного преимущества одной из них, а, напротив, загнало конфликт в своеобразный стратегический тупик.

Контроль над ситуацией осуществляется главным образом силами CENTCOM и противостоящей им военной машиной Ирана, который в экономическом плане пока продолжает держаться. Тегеран по-прежнему торгует нефтью, одновременно создавая серьезные препоны для государств прибрежной зоны. Исключением остается Оман — единственный региональный союзник Исламской Республики.

Если перед началом второй фазы конфликта, стартовавшей 28 февраля, положение Ирана выглядело почти фатальным, то последующие события 40-дневной войны продемонстрировали совершенно иную картину. Продуманная система обороны Тегерана одновременно обнажила серьезные бреши в американо-израильских редутах. Если попытаться подвести предварительные итоги, следует признать: Вашингтон и Тель-Авив не только не смогли решить поставленные задачи, но и сами оказались в положении игроков, которым теперь предстоит выработать стратегию максимально безболезненной развязки.

Президент Трамп утверждает, что его страна выполнила главную задачу, добившись смены политического и религиозного руководства Ирана. Возможно, это и так. Однако результат этой смены оказался для Вашингтона куда более сложным, чем предполагалось. Американцам теперь значительно труднее ориентироваться в новой политической реальности. К руководству страной пришли более молодые и абсолютно недоговороспособные деятели. КСИР возглавил настоящий ястреб Ахмад Вахиди — непримиримый враг Америки и Израиля, всегда занимавший крайне жесткую позицию в вопросе переговоров с янки.

Мало того что американцам не удалось достичь всех поставленных целей, они еще и значительно усложнили себе задачу по переформатированию собственного присутствия в зоне Персидского залива. Последний боевой всплеск, спровоцированный ударом иранских сил по нескольким танкерам, вызвал шквал американских атак на береговые позиции, военные базы и другие инфраструктурные объекты в южных регионах Ирана. С ответом Тегерану пришлось повременить из-за продолжавшихся траурных церемоний по убитому верховному лидеру Али Хаменеи.

Начиная с 9 июля иранская сторона приступила к нанесению ответных ударов по американским базам. Впервые под удар попали военно-воздушные и военно-морские объекты США на территории Иордании, Кувейта и Бахрейна. Пострадали ангары с F-15, F-16 и F-35, хотя американские источники говорят о незначительных потерях и разрушениях. Аналогичной линии придерживаются СМИ арабских государств Персидского залива и Иордании. Но главная интрига заключается вовсе не в этом.

Ключевой проблемой последнего постсилового цикла остается Ормузский пролив, ключи от которого по-прежнему находятся в руках иранцев. Вашингтону, скорее всего, придется вернуться к вопросу выполнения 14 пунктов двустороннего меморандума, хотя Трамп во всеуслышание заявил об отказе от этого документа. Но, учитывая отсутствие какого-либо альтернативного соглашения, сторонам, вероятно, все равно придется вновь обратиться к положениям именно этой договоренности.

С каждой новой военной эскалацией Тегеран все сильнее ужесточает свою позицию по стратегической водной артерии, напоминая США о собственных «законных основаниях для контроля» за судоходством через Ормуз. Иранцы при этом исходят из того, что страна не является участницей Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, определяющей правовой статус и процедуры безопасного прохода через международные проливы.

После нападения США и Израиля на Иран, а также с учетом опыта ирано-иракской войны 1980–1988 годов, когда в заливе разворачивались серьезнейшие боевые действия с применением морского десанта, фрегатов и другой военной техники, Тегеран сегодня прибегает к усиленным превентивным мерам, стремясь ни при каких обстоятельствах не оказаться в положении слабого звена.

В далекие восьмидесятые американцы в рамках операции «Богомол» провели крупную по тем временам военную операцию, призванную обеспечить беспрепятственное движение танкеров и гражданских судов через пролив. Тогда Иран, приспособив нефтяные платформы для военных целей, серьезно осложнял положение государств залива, поддерживавших Багдад. США, в свою очередь, негласно стояли на стороне Ирака, оказывая мощное давление на силы Исламской Республики.

В ходе войны в заливе и Иран, и Ирак вели ожесточенную танкерную войну, нанося ущерб не только непосредственному противнику, но и интересам третьих государств. Уровень угрозы судоходству в Персидском заливе тогда достиг критической отметки. Летом 1987 года ВМС США приступили к эскортированию преимущественно кувейтских танкеров, которые больше других страдали от нападений иранских сил. По ходу операции происходили и прямые столкновения между вооруженными силами США и Ирана.

Чуть позже, уже в 1988 году, американский фрегат «Сэмюэль Б. Робертс» подорвался на иранской мине. Этот инцидент значительно осложнил обстановку и оставил еще один глубокий след в истории антагонизма двух непримиримых государств. В нынешних сложных перипетиях военно-политического кризиса отчетливо слышны отголоски драматических восьмидесятых.

Иран извлек уроки из тех событий и создал плотную систему обороны с опорой на прилегающие острова и укрепленные береговые позиции. США сегодня не рискуют начинать наземную операцию, прекрасно понимая, что их десантные силы могут попросту оказаться в ловушке.

Мощные береговые редуты, морские мины, готовность отразить возможный морской десант и высокий уровень электронной разведки позволяют Тегерану держать руку на пульсе региона. Однако и США не лыком шиты — в их распоряжении остается широкий спектр технологических преимуществ. Причем янки не скрывают, что значительная часть современной концепции ведения войны на иранском направлении строится с использованием возможностей искусственного интеллекта.

Иран также активно использует новые технологии, однако на его стороне имеется неоспоримое преимущество — география. Не зря говорят, что в условиях войны самым надежным союзником становится естественная среда. Но у Тегерана есть и другой потенциал, по своему воздействию способный оказаться мощнее ядерного. Речь идет об Ормузском проливе, контроль над которым позволяет Ирану сохранять устойчивость и даже временами перехватывать инициативу не только на поле боя, но и на глобальной экономической арене.

Последний обмен ударами пока не оказал критического воздействия на цены на энергоносители — резких скачков не наблюдается. Вашингтон вовремя остановился, очевидно осознав, что дальше искушать судьбу не стоит. И вновь приходится возлагать надежды на переговорный процесс. Однако, как это обычно бывает, каждое новое военное обострение порождает дополнительные издержки и создает новые препятствия на пути к мирному урегулированию.

Несмотря на повторяющиеся военно-политические метания, договариваться сторонам все равно придется. Этого требуют сами обстоятельства кризиса, у которого пока не просматривается военного решения. Возможно, в столь непростой ситуации наилучший выход действительно сможет предложить искусственный интеллект. Но для этого в его расчеты необходимо заложить алгоритм не войны, а мира.

• Трамп: соглашение с Ираном пока не окончательное, но альтернатива ему — мировая депрессия
• Reuters: топливо в Крым перевозят в цистернах под видом молоковозов и водовозов
• Новая архитектура власти: Казахстан открывает новую главу государственности - ВЗГЛЯД