«Paris-Match»: «Фуад Тагизаде - лучший виртуоз и технарь СССР»

Одним словом, люди, которых мы хорошо знаем, уважаем и любим. Как прошла молодость? Какие мгновения были яркими? Какой след оставила первая любовь? Ответы на эти и другие вопросы, связанные с молодостью вы узнаете от этих людей.

Сегодня в гостях у рубрики «Как молоды мы были» - кумир любителей азербайджанского футбола начала 1960-х годов, игрок бакинского «Нефтчи» и ленинградского «Зенита», признанный в 1963 году лучшим виртуозом и технарем советского футбола - Фуад Тагизаде.

В этом году именитому нападающему исполнилось 70 лет. Талантливому футболисту, к сожалению, не удалось в полной мере реализовать себя в профессиональном футболе. На то были свои причины. Но его игру и сегодня с удовольствием вспоминают бывалые болельщики, чьи сердца молодой кудесник мяча Фуад покорял в свое время своей зажигательной игрой, своим неординарным мастерством.

Фуад Тагизаде родился в Баку 27 апреля 1939 года в семье преподавателя. Как и многие его сверстники гонял мяч на пустыре. Учился в школе №164, параллельно в музыкальной школе постигал азы игры на скрипке. Но в итоге, любовь к футболу пересилила, и Фуад, спрятав окончательно музыкальный инструмент в футляр, надел бутсы…

«Я настолько увлекся футболом, что мой дядя, профессор Керим Селимович Аливердибеков, зашел как-то к нам и сказал, что вы хотите от мальчика? Если у него есть желание к спорту, пусть идет по этому направлению. Несмотря на то, что моя мама выступила против этого, тем не менее, после этих разговоров я, конечно, бросил скрипку и увлекся футболом. В итоге, в седьмом классе папа вынужден был перевести меня в вечернюю школу. Два раза в день были тренировки, а вечером я посещал школьные занятия», - рассказывает Ф.Тагизаде.

В 1954 году Фуад был зачислен в команду «Трудовые резервы» Баку, периодически в составе клуба участвовал в юношеских соревнованиях, проводившихся в Ростове-на-Дону, Риге и других городах Советского Союза.

Впервые Тагизаде удалось принять участие на сборах в бакинском «Нефтянике» в начале 1957 года. Юноша прошел полный курс тренировки с участниками команды мастеров, но в команду его не взяли…

Как «сплавляли» «Раджа Капура» из Ленинграда

«В том же году «Трудовые резервы» поехали в Тбилиси на зональные юношеские соревнования Центрального совета ДСО «Трудовые резервы». Здесь меня приметили селекционеры, и я был приглашен в команду окружного дома офицеров в Тбилиси. В то время футбол в Грузии играли посильнее, нежели в Азербайджане. Я дал согласие. В новой команде мне сказали, что мы тебя устраиваем в институт физкультуры - будешь учиться и играть у нас. Когда приехал в Баку и рассказал обо всем отцу, он поддержал мое желание играть в соседней республике.

И в это время я получаю от тренера бакинского клуба «Трудовые резервы» Мкртычева Михаила Аркадьевича телеграмму из Харькова, в котором он посоветовал мне собирать вещи и не забыть захватить с собой аттестат зрелости - в 1957 году я окончил вечернюю школу №57 рабочей молодежи.

Я вылетел в Харьков для участия в соревнованиях, проводившихся среди 18-летних юношей. Всего в турнире принимало участие 6 команд – юношеская сборная Центрального совета «Трудовые резервы», юношеские сборные РСФСР, Москвы, Украины и Грузии, команда министерства просвещения СССР. Наша команда играла по системе «дубль-в» - три защитника, два полузащитника, пять нападающих. Я играл в нападении, правым крайним в футболке с седьмым номером. Бог меня одарил стартовой скоростью. Я был признан лучшим игроком турнира, получил специальную грамоту, и тут же приглашен в ленинградскую команду мастеров «Трудовые резервы», которую в то время тренировал известный тренер, заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР Олег Александрович Ошенков.

Я вас уверяю, если бы меня не пригласили туда, то меня с собой в Москву забрал бы не сводивший с меня глаз Константин Бесков, который в то время тренировал юношескую сборную Москвы…

Итак, я был принят в питерскую команду мастеров «Трудовые резервы». Представляя меня команде, Ошенков сказал, что мы приняли в команду Раджа Капура. В то время индийский фильм «Бродяга» был очень модным. В команде меня приняли хорошо, однако попытались при первом же удобном случае «сплавить» новичка. Видимо, ребята не хотели, чтобы я играл с ними, все-таки я нацмен.

На следующий день после матча, который мы выиграли со счетом 2:0, отдых, а значит разбор игры, во время которого Ошенков выставляет оценки. Почти всем он выставил «двойки», один игрок получает «тройку», а я – «четверку». Хочу отметить, что с того момента, как я был принят в команду, он ни разу не обращался ко мне по фамилии, а всегда называл Федей. «Федя – четыре», - сказал тренер, и бросил журнал на стол. Вслед за этим он обратился к команде, сказав: «Если вы хотите «сплавлять» так, как вы это делаете, то запомните. Так не «сплавляют». После этого, конечно, отношение ко мне в команде изменилось, ко мне стали относиться дружески. Я прочно занял свое место в основном составе. Команда только вылетела из класса «а» первенства СССР в класс «б», и мы повели борьбу за выход в высшую лигу.

3 года подряд – с 1957 по 1959 годы – мы занимали второе место, нам не хватало одного шага до высшей лиги. За это все игроки «Трудовых резервов» получили звания мастеров спорта СССР, в том числе и я, и это решение было утверждено Федерацией футбола СССР 21 марта 1960 года. В 1959 году мы опять были близки к выходу в высший дивизион. В тот год в высшей лиге чемпионата СССР участвовало 12 команд, а в первой лиге соревнования проводились в двух зонах, по 15 команд в каждой. Занявшие первые два места в каждой из зон клубы затем принимали участие в финальном турнире за получение путевки в высшую лигу.

В тот год финальный турнир проводился в Грозном, в нем принимали участие четыре команды – ленинградские «Адмиралтеец» и «Трудовые резервы», а также свердловский и воронежский клубы. В итоге, мы заняли второе место, уступив победу «Адмиралтейцу». Третье место заняли воронежские футболисты, последнее четвертое – свердловчане», - рассказывает Ф.Тагизаде.

В том же году наш собеседник после расформирования команды «Трудовые резервы» был зачислен в команду мастеров «Зенит» Ленинград. В состав «Зенита» были зачислены всего три футболиста, в том числе и Тагизаде. Остальные игроки были переведены в «Адмиралтеец».

Да, еще… В 1959 году «Трудовые резервы» стали победителями Кубка стран Балтийского моря, который проводился в Ростоке, ГДР. Участие в турнире принимали команды мастеров из Норвегии, Швеции, Финляндии, СССР, Польши, ГДР и Дании.

Филигранный пас Алекперу Мамедову

«После того, как я был принят в состав «Зенита», я приехал в отпуск в Баку. Однажды, когда я зашел в гастрономе «Монолит», располагавшемся на Коммунистической улице, ко мне подошел один из болельщиков и сказал: «Тагизаде, вас хотят видеть футболисты Юрий Кузнецов и Алекпер Мамедов». Я их знал, они меня никогда ранее не видели. Я подошел и поздоровался, они меня спрашивают «Вы не хотели бы играть в Баку?» Я говорю: «Как мне играть, если я уже приглашен в ленинградский «Зенит». Они ответили: «Чепуха, напиши заявление». И я - наивный - написал заявление. Я думал, что это всего лишь бумага. Но тогда было правило, если подписал заявление, то в команду не примут.

Честно говоря, я не остался в Ленинграде, потому что у меня самого было желание играть у себя на родине. И я остался в Баку. Правда, в составе «Нефтяника» я столкнулся с рядом проблем. Меня зажимали, очень редко выставляли на игру в основном составе, хотя я регулярно забивал голы в каждой игре, играя за дубль.

Очередной поворот в моей спортивной судьбе произошел во время товарищеской игры между «Нефтяником» и «Зенитом». Может это прозвучит и нескромно, но после той игры я сам удивился тому, как прекрасно я ее отыграл. Мы выиграли тот матч с минимальным счетом 1:0, гол с моей подачи забил Алекпер Мамедов. На большой скорости я догнал уходивший за лицевую линию поля мяч, пяткой отдал пас, не соврать, метров на 20-25 метров прямо на ногу Мамедову. Он принял мяч, вышел один на один с вратарем «Зенита» Анзором Кавазашвили и забил гол. Я ждал, что Алекпер Амирович подбежит ко мне, поблагодарит меня и обнимет. Как профессиональный футболист он должен был это сделать, ведь самое сложное – это отдать мяч, а забить значительно легче. Но этого, увы, не произошло.

Это, видимо, не ускользнуло от внимания начальника команды «Нефтяник» Пивоварова Наума Зиновьевича, находившегося за воротами. И на поведение Мамедова также обратили внимание футболисты и тренеры «Зенита». Когда игра закончилась, игроки «Зенита» Слава Савидонов и Лев Бурчалкин обняли меня, и мы вместе прошли по боковой линии мимо правительственной трибуны. Когда мы заходили в туннель, тренер Жарков Георгий Иванович вдруг сказал, «Тагизаде, как вы могли покинуть Ленинград?». Я ему прямо ответил, что сам не понял, как оказался в «Нефтянике». Почему я это сказал? Потому что чувствовал царившую в команде недоброжелательную по отношению ко мне атмосферу, прекрасно понимал, что мне не дадут играть в этой команде. Тогда Жарков ответил мне - нарушай режим и приезжай. Я вынужден был это делать. Меня в состав не выставляют, прошу отпустить меня – не отпускают. В общем, дали мне дисквалификацию.

В то время была команда компрессорного хозяйства города Орджоникидзе, управляющим которой был Мыхчян Николай Христофорович. Как то он пригласил меня, сказал, играйте за команду компрессорного хозяйства, а потом уезжайте куда хотите. Прошло 8 месяцев, врач и начальник команды «Нефтяник» Кямал Ахундов вызвал меня к себе домой и дал мне открепление…

Травма

Когда я прилетел в Ленинград, тренером был уже не Жарков, а Елисеев Георгий Иванович. Они меня очень хорошо приняли, дали мне подъемные. Но, к сожалению, мне не удалось продолжить там карьеру. Перед самым началом очередного чемпионата СССР в товарищеской игре «Зенита» с киевским «Динамо» я получил тяжелейшую травму - двусторонний разрыв вены пахового сустава. От адской боли мне не удалось сомкнуть ночью глаз. В результате, меня срочно отправили в Москву, где лечащий врач Миронова Евгения Павловна предложила два выхода – либо операция, либо травма сама по себе заживает в течение длительного периода времени. Выбрали второй вариант, Миронова сделала мне двусторонний укол «Гидрокартизона», что позволило снять боль…

В течение 9 месяцев я не дотрагивался до мяча. Со временем стал больше внимания уделять своему образованию. Я ведь учился в физкультурном. Решил вернуться в Баку, поступить в технический институт и играть в первенстве республики. О командах мастеров я уже не думал. Вдруг, на второй день после приезда в Баку, на «Торговой» случайно встретился с игроком «Нефтяника» Хлыстовым Валентином Степановичем, который был старше меня лет на 10. Он очень удивился, увидев меня в Баку. Мы разговорились, я рассказал ему про травму. Он мне ответил, «идем, получай зарплату и играй, а нога пройдет. Будешь пока забивать голы и одной ногой».

В 1962 году в первенстве СССР в первой лиге участвовала новосозданная команда «Нефт дашлары» («Нефтяные камни»). Я записался в этот клуб, и действительно, месяца через два играл за основной состав не в полную силу и в каждой игре забивал голы. Помню, в Каунасе в игре с местным клубом «Банга» «Нефтяные камни» одержали победу со счетом 4:3. Все четыре мяча за нашу команду забил я. Следующий случай. Выходим в Сухуму играть против местного «Динамо», старший тренер которого Граматикопуло, ранее игравший за «Динамо» Киев спрашивает у меня: «Тагизаде, вы нам сегодня забьете?» Я дал положительный ответ. И действительно, я тогда выполнил свое обещание, и мы выиграли тот матч с минимальным счетом 1:0.

Лучший виртуоз и технарь СССР

В 1963 году старшим тренером «Нефтяника» становится Алекпер Мамедов. Я был принят в состав «Нефтяника», однако мне не позволяли играть за основной состав клуба. В результате, из 38 игр сезона я участвовал только в одной. Но в дубле играл регулярно и в каждом матче забивал мячи, несмотря на то, что играл не в полную силу.

В том же году среди футболистов высшей лиги проводились тестирования по четырем различным нормативам. По его итогам лучшим футболистом, пробегающим быстрее всех стометровку, был признан игрок «Кайрата» Алма-Ата Олег Мальцев. В 1964 году в игре против «Нефтяника» он забил гол уже на пятой секунде матча. Рывок, пас, удар, гол.

Юрий Дегтярев из донецкого «Шахтера» был признан лучшим игроком, который вбрасывает из аута мяч в игру – в область одиннадцатиметровой отметки. Валерий Лобановский, «Динамо» Киев, победил в нормативе – лучшее попадание правой и левой ноги с большого расстояния в маленький квадрат.

Меня же московская комиссия, принимавшая экзамен по тестированию во всех клубах высшей лиги, признала лучшим виртуозом и технарем. Я участвовал в соревнованиях «последовательное жонглирование мячом двенадцатью частями тела по одному разу». Значит, необходимо было поочередно касаться мяча носком левой и правой ноги, затем внутренней частью стопы, внешней частью стопы, коленями – правым и левым, плечами, головой и грудью. Всего 12 касаний. Мой результат – 497 касаний – оказался лучшим в СССР. Мяч упал на землю с груди… Об этом писали журнал «Огонек», все газеты Советского Союза.

В конце 1963 года «Нефтяник» был приглашен для проведения товарищеских матчей в Алжир. Когда мы находились в алжирском аэропорту, одна из переводчиц спросила по-русски «А кто у вас Фуад Тагизаде?» Услышав свою фамилию, я сильно удивился. Алекпер Амирович поинтересовался у переводчицы, а почему ей нужен именно Тагизаде? Она ему в ответ – ну покажите его. Меня представили, и переводчица сказала: «А вы знаете, что вас хорошо знают во Франции? А вы знаете, что написано в журнале «Paris-Match»? Там написано, что игрок футбольной команды «Нефтяник» Баку Фуад Тагизаде – лучший виртуоз и технарь советского футбола…

Тагизаде покидает ряды «Нефтяника», а затем уходит из футбола…

В 1964 году мы ехали на игру с ростовским СКА. В первый день играли дублирующие составы, на следующий – основные. Адамас Голодец задал мне в автобусе вопрос: «Фуад, если тебя завтра выпустят играть за основной состав, ты забьешь гол?» Я ответил: «Адик, если не забью завтра, то обязательно добьюсь успеха в двух играх против команды любого класса». И тут с заднего сиденья один из игроков бросил фразу: «Кто ж тебя выпустит, чтобы ты играл?» Я поднялся и сказал: «Ребята, вы меня извините, но в такой команде мне играть …». Юра Кузнецов встал и сделал мне замечание за ругань. Однако я вновь повторил свои слова. Начальник команды Наум Зиновьевич Пивоваров покраснел и крикнул: «Юра, садись».

Я вышел на поле в том матче. Мы проиграли СКА со счетом 2:5, и оба мяча за «Нефтяник» забил Фуад Тагизаде. После игры я принял душ, переоделся, ко мне подошел Алекпер Мамедов и обратился со словами: «Фуад, может ты останешься в команде?» Я повторил ему, что в такой команде мне делать нечего. Я собирался бросать футбол в 24 года…

После этого Фуада Тагизаде приглашают выступать за «Динамо» Кировабад в классе «б» первенства СССР. Но и там он, по его собственному признанию, регулярно сталкивался с давлением.

«Мне не давали играть, а все исходило из Баку. Я чувствовал недружелюбное отношение к себе. Как-то мы играли против «Лори» из Кировакана. Ребята договорились не пасовать мне, посмотрим, типа, как он сам забьет гол. Я сразу вспомнил историю со «сплавлением» в Ленинграде. Настроил себя на игру «во чтобы то ни стало забить гол»… Мы пробиваем угловой удар с левого фланга. Рамиз Муритов навесил в штрафную площадку, голкипер перевел мяч за линию ворот. Я устанавливаю мяч на точку подачи мяча углового с правого фланга. У меня обе ноги ударные, замах страшный. Разбегаюсь, внутренней стороной стопы левой ноги с правого фланга пробиваю прямо в дальнюю «девятку». Вратарь выбегает и не дотягивается до мяча. Так я забиваю «сухой лист»… Тренер Шувалов разбор игры не провел.

А в конце сезона, покинув «Динамо» Кировабад, я был принят в состав «Динамо» Баку. Обе команды принимали участие в первенстве СССР в одной группе в первой лиге. Перед матчем двух наших клубов, кировабадцы провели 8 или 9 игр без поражений, не пропустив при этом в свои ворота ни одного мяча. А мы отставали от них на 2 очка. Мы выиграли игру у «Динамо» Кировабад со счетом 2:1. Первый гол забил я, выйдя один на один с вратарем. На стадионе было гробовое молчание, мяч еще не закатился в ворота, а я уже радостно вскинул руки вверх. В течение 15-20 секунд была тишина, а потом по трибунам прокатился гул удивления. 1:0 мы ведем. Затем пенальти в наши ворота, Чингиз Исмайлов пропускает гол, счет сравнивается. Победный гол за нашу команду забил фантастическим ударом Джахангир Гусейнов, пробив в «девятку» метров, наверное, с сорока. Я тогда подумал, он больше никогда не забьет такого гола, даже если попытается ударить по воротам тысячи раз. А за 6 минут до конца игры я не добился успеха с положения, когда мячу было некуда попасть, кроме как влететь в сетку…

Вместо послесловия

Признанному лучшим технарем и виртуозом советского футбола своего времени Фуаду Тагизаде, к сожалению, не удалось воплотить в жизнь все свои мечты на зеленом поле и добиться серьезных успехов. Он покинул футбол и почти 3 десятка лет не занимался им. Сегодня же Тагизаде вновь занимается делом всей своей жизни, тренируя молодых ребят, которые только начинают делать первые шаги в большой футбол.

Расим Бабаев

• Футболисты сборной Германии столкнулись с ядовитой змеей в США
• Франция победила Сенегал на старте Ч-2026
• Премьер-лига: «Нефтчи» сыграет с «Кяпязом»