Сами армянские власти были заинтересованы в достижении Ованнисяном столь высокого результата

Центральная избирательная комиссия Армении обнародовала окончательные итоги состоявшихся 18 февраля 2013 года президентских выборов. Победителем объявлен действующий президент Серж Саргсян, набравший 58,6% голосов. Реальную конкуренцию действующему главе государства смог оказать лишь экс-министр иностранных дел, лидер партии «Наследие» Раффи Ованнисян, за которого проголосовали 36,8% избирателей. Остальные пять кандидатов не дотянули даже до 3-х процентной отметки.

Наиболее неожиданным результатом президентских выборов в Армении, победитель которых фактически был заранее известен, стала внушительная поддержка, оказанная избирателями Раффи Ованнисяну. Напомним, что на прошлых президентских выборах в 2008 году, когда накал избирательной кампании был несравнимо выше, а ситуация непредсказуемой, занявший второе место экс-президент Левон Тер-Петросян, по данным ЦИК Армении, набрал менее 25% голосов.

Опираясь на результаты выборов, некоторые аналитики уже поспешили заявить о появлении в Армении новой оппозиционной силы, лидер которой Раффи Ованнисян уже в ближайшем будущем сумеет бросить серьезный вызов властям. Но думается, что пока преждевременно делать подобные далеко идущие прогнозы. Тем более, что успех Раффи Ованнисяна на выборах, в значительной степени, был обусловлен ситуативными факторами, и, прежде всего, благоприятным для него стечением обстоятельств.

Успех Ованнисяна, в первую очередь, был обусловлен отказом от участия в выборах оппозиционных политиков «первого эшелона», способных составить реальную конкуренцию действующему президенту Саргсяну. Так, первый президент Армении, представитель Армянского Национального Конгресса (АНК) Левон Тер-Петросян, бросивший вызов Саргсяну в 2008 году отказался от участия на выборах, сославшись на свой почтенный возраст. Аналогичное решение принял и лидер второй по численности фракции в парламенте Армении, руководитель партии «Процветающая Армения» Гагик Царукян, видимо, не пожелав идти на открытую конфронтацию с действующей властью. Не приняла участие в выборах и партия «Дашнакцутюн».

Таким образом, отказ от участия на выборах трех крупных политических сил – АНК, «Дашнакцутюн» и «Процветающей Армении» фактически создал внутриполитический вакуум. Учитывая, что остальных пять кандидатов открыто называли политическими «клоунами», то нет ничего удивительного в том, что этот вакуум был заполнен именно Ованнисяном. Почти весь протестный электорат консолидировано проголосовал за него. Протестный характер голосования подтверждается и беспрецедентным количеством (более 50 тыс.) испорченных бюллетеней, что вдвое превышает аналогичный показатель предшествующих выборов и является «третьим результатом» после показателей двух основных соперников. В этом контексте армянский избиратель голосовал не столько за Ованнисяна, сколько против существующей власти.

Отсюда и осторожность Ованнисяна в поствыборный период. Правда, в полном соответствии с логикой электоральных кампаний на постсоветском пространстве, он объявил себя «истинным победителем» и даже потребовал от Саргсяна передачи власти. Но дальше не последовало никаких реальных шагов и призывов к электорату для достижения этой цели. Главная причина подобного поведения Ованнисяна заключается в том, что он лучше всех понимает, что результат, показанный им в ходе выборов, не является показателем его реальной электоральной поддержки. Поэтому при дальнейшем нагнетании ситуации в Армении весьма вероятно, что на первые роли выйдут совсем другие люди, отодвинув Ованнисяна на задний план. И весьма сомнительно, что Ованнисян в дальнейшем способен нарастить свой политический капитал. Скорее всего, прошедшие выборы так и останутся «звездным часом» его политической карьеры.

Не выдерживает критики и утверждения некоторых аналитиков, которые напрямую связывают успех Ованнисяна с его позицией в карабахском вопросе. Как известно, Раффи Ованнисян в ходе предвыборной кампании не раз заявлял, что признает «независимость» Нагорного Карабаха в случае своего избрания президентом страны. Однако, следует учесть, что карабахский вопрос являлся отнюдь не ключевой проблемой предвыборной кампании. С другой стороны, даже Саргсян, будучи выходцем из Карабаха и участником карабахского конфликта, назвал это заявление «авантюризмом», дав понять нереальность осуществления подобного шага. Действительно, это было чисто популистское заявление Ованнисяна, продиктованное логикой предвыборной борьбы. Ведь не следует забывать, что Ованнисян выступал под лозунгом отстранения карабахского клана от власти в Армении. В этом отношении ему просто необходимо было выглядеть большим сторонником «независимости» Нагорного Карабаха, чем карабахцы.

Другое дело, что успех Ованнисяна, ратовавшего за немедленное признание Нагорного Карабаха, станет еще одним оправданием бескомпромиссной позиции Саргсяна на переговорном процессе по карабахскому урегулированию. Ведь итоги президентских выборов в Армении показывает, что почти 40% избирателей проголосовали за кандидата, требовавшего немедленного признания Нагорного Карабаха. А это не сулит ничего хорошего перспективам урегулирования Карабахского конфликта. Впрочем, в связи с геополитизацией Карабахского конфликта собственные возможности Армении и Азербайджана влиять на развитие ситуации фактически сведены к нулю. Ни одна из конфликтующих сторон не в состоянии решать карабахскую проблему по приемлемому для себя сценарию. Это означает, что в предстоящие 5 лет продолжатся безрезультатные переговоры. Тем более что основные мировые игроки, имеющие влияние в регионе, как и Армения, заинтересованы в сохранении нынешнего статус-кво.

Международному сообществу, в свете продолжающейся нестабильности и нарастающей непредсказуемости на Ближнем Востоке, нужна стабильная и предсказуемая Армения. Этим и объясняется их оперативная, и даже поспешная реакция на результаты выборов в Армении. Безусловно, результат Ованнисяна является вовсе не показателем торжества демократии в Армении, а следствием особенностей конфигурации власти в этой страны, которую можно характеризовать, как «мягкий авторитаризм». Нынешний правящий клан в Армении хотя и доминирует на внутриполитической арене, но не обладает абсолютной монополией над политическими, экономическими и финансовыми ресурсами страны. А это делает возможным существование различных влиятельных политических сил и экономических группировок, функционирующих в автономном режиме.

С другой стороны, не исключено, что сами армянские власти были заинтересованы в достижении Ованнисяном столь высокого результата. Ведь по утверждению некоторых аналитиков, армянские власти изначально стремились к тому, чтобы Саргсян не победил с «неприлично» большим разрывом голосов. И эта цель была достигнута, что обещает Саргсяну немалые дивиденды на внешнеполитической арене. Так, как уже выше было отмечено, подобный результат Ованнисяна дает Саргсяну дополнительный аргумент, чтобы и в дальнейшем отстаивать свою бескомпромиссную позицию в карабахском урегулировании.

Одновременно, думается, что «цивилизованные» итоги выборов облегчат задачу евроинтеграции. Ведь в ноябре 2013 года Армении предстоит заключить соглашение об ассоциации республики с ЕС и создании зоны свободной торговли. Немаловажное значение имеет и то обстоятельство, что успех на выборах убежденного сторонника евроинтеграции Раффи Ованнисяна дает Саргсяну свободу маневра во взаимоотношениях с Кремлем. При сохранении тесных военно-политических связей с Россией, Саргсян сможет отбиваться от наиболее назойливых требований Москвы относительно форсирования процессов т.н. «евроазийской интеграции», в которых на сегодняшний день Ереван явно не заинтересован.

И основанием для этого может послужить наличие в армянском обществе достаточно обширной электоральной массы, ориентирующейся на западные ценности.

В.Т.

• Армия Израиля нанесла удар по подземному комплексу ХАМАС в секторе Газа
• В Баку отметили 250-летие принятия Декларации независимости США-ФОТО
• Главы Минюстов Азербайджана и Турции провели переговоры в Баку