«В ближайшее время мы будем анализировать последствия первого поражения Эрдогана»

Последние события в Турции с большим вниманием и беспокойством наблюдают и в Азербайджане. Все задаются вопросами: «Что же происходит в Турции, где ошибся Эрдоган?» и «Как все это отразится на нашем регионе и на отношениях двух стран?».

ИА Vesti.Az попыталось найти ответы на эти и многие другие вопросы с проживающим в Турции известным азербайджанским политологом Рауфом Миркадыровым.     

- За событиями, которые наблюдают в Баку, происходят перед Вашими глазами. Что же творится в Турции и чем это чревато для правительства Эрдогана?

- Общество, прежде всего меньшинство пытается доказать правительству, прежде всего, премьер-министру Эрдогану, следующее: победа на выборах не дает правящей партии, ее лидеру карт-бланш  на вседозволенность. То есть, глава правительства не может заявлять обществу: «Я получил 50 процентов голосов избирателей. И это значит, что я могу делать все, что угодно и где угодно».

Общество пытается доказать Эрдогану, что он премьер-министр не только большинства, но и меньшинства. То есть, меньшинство также имеет права голоса. И голос меньшинства должен быть услышан премьером. К сожалению, в последнее время премьер-министр вел себя все больше и больше как лидер даже не большинства, которое за него проголосовало, а исламистов. И дело даже не в тех законах, которые принимались в Турции. Проблема заключалась в том, что Эрдоган строил отношения с этой частью общества, то есть меньшинством,  в крайне оскорбительной манере. И, в конце концов,  крайне неадекватное поведение силовых структур по большому счету в разрешении противоречия локального характера, естественно, не в первый, а в очередной раз, привело к взрыву.

Многие задаются вопросом: что это – продолжение «арабской весны» или же нечто другое? Думаю, что тут совсем другие факторы. Во-первых, необходимо учесть, что Эрдоган в отличие от стран «арабской весны» представляет легитимную власть, притом, как с правовой, так и общественно- политической точек зрения.  То есть, результаты выборов 2011 года, во время которых Партия справедливости и развития получила около 50 процентов голосов, никто не ставит под сомнение.

Даже сегодня многие признают, что существенная часть населения поддерживает Эрдогана. До сих пор он является самым популярным политиком Турции.

Во-вторых,  ныне правящая партия имеет серьезную внешнюю поддержку. Именно эти два фактора позволяют Эрдогану чувствовать себя настолько уверенно. В-третьих, необходимо учесть, что в Турции мы никогда не были свидетелями смены власти посредством давления улицы.  Смена власти происходила не раз, но посредством переворотов или же угрозы переворотов. Но сегодня вряд ли военные могут и станут угрожать переворотом.

Но все же происходящие события уже можно считать большим поражением Эрдогана. Турецкое общество продемонстрировало, что не собирается терпеть его авторитарных манер. А это серьезный звонок накануне президентских выборов, которые состоятся в 2014 году.

Кроме того, президент Турции в течение одной недели дважды выразил несогласие действиями премьер-министра, и напомнил ему о той простой истине, что «демократия - это не только выборы»...

 - Как отразятся на регионе и соответственно на отношениях с Азербайджаном события в Турции? 

- Думаю, что никак. Во-первых, межгосударственные отношения между Турцией и Азербайджаном никак не зависят от внутриполитических проблем в той или иной стране. Эти отношения имеют крепкий фундамент, основанный на взаимных интересах.

Во-вторых, думаю, что в ближайшие дни конфликт будет урегулирован. Скорее всего, мы будем тогда анализировать последствия первого и я думаю, что очень серьезного поражения Эрдогана, для его собственной политической карьеры.

И, наконец, в-третьих, каждый человек имеет в соответствующем  медицинском учреждении историю болезни, которое сопровождает его в течение всей жизни. Именно по этой истории, а не другой врачи делают выводы о состоянии здоровья больного.

Общественно-политические процессы, происходящие в той или иной стране, точно также имеют свою историю. Таким образом, нельзя судить «по истории болезни» Турции о том, как будут развиваться события в Азербайджане. По той простой причине, что эти истории разные.

В данном случае «история болезни» - это опыт. Безусловно, необходимо учитывать и изучать чужой опыт, притом, как позитивный, так и негативный. В первом случае, чтобы использовать все лучшее, а во втором – чтобы не повторять чужих ошибок.

 - Есть ли заинтересованная в событиях Турции внешняя сила?

- Не думаю, что внешние силы, каким-либо образом были вовлечены в подготовку всех этих событий. По той простой причине, что события были подготовлены самой властью неадекватной реакцией на локальное противостояние в Таксиме. Да, и сейчас нельзя сказать, что серьезные политические силы стоят во главе этого движения.

Ведь от стран «арабской весны» Турцию отличает то, что в этой стране существует определенная политическая система.

 - Что у нас тем временем по Карабахскому конфликту? Западные аналитики едины во мнении, что недавнее заявление главы МИД РФ Сергея Лаврова по Карабаху может открыть новую страницу в урегулировании конфликта…

-  Думаю, что речь идет не только о западных аналитиках и даже российских. Большинство этих аналитиков вполне реально оценивают ситуацию. Вот некоторые наши аналитики, к примеру, мой большой друг Мубариз Ахмедоглу,  на самом деле, в полной эйфории. 

Попытаемся разобраться в том, что же сказал на самом деле Сергей Лавров. «Статус-кво, безусловно, неприемлем, причем неприемлем для всех, прежде всего для Азербайджана и Армении, да и для тех, кто живет в Карабахе. Статус-кво означает не только нерешенность вопроса о возвращении азербайджанских территорий, но означает еще и экономическую блокаду Армении. Поэтому сопредседатели МГ ОБСЕ привержены задаче разблокирования данной ситуации», – сказал Лавров.

По его словам, Россия с самого начала участвовала в процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта. «При нашем прямом посредничестве было заключено соглашение о прекращении огня в мае 1994 года, и до сих пор мы всячески стараемся продвигать урегулирование в различных форматах. Мы стали сопредседателями МГ ОБСЕ и в этом качестве продолжаем активно работать», – отметил он.

По словам Лаврова, первостепенная задача заключается в том, чтобы принципы, закрепленные в заявлениях президентов России, США и Франции, перенести уже в практическую плоскость – согласование конкретных шагов.

По словам министра, сложность переговоров обусловлена сложностью конфликта. «Будем дальше продолжать искать компромиссы. Работа продолжается», – добавил он (источник: http://www.zerkalo.az/2013/absurd-evrovidenie-problema-v-azerbaydzhanorossiyskih-otnosheniyah/).

Да, на самом деле, Москва до сих пор заявляла о недопустимости сохранения существующего статус-кво исключительно в «теплой компании» сопредседателей МГ ОБСЕ. Самостоятельно подобных заявлений, можно сказать, никогда не делалось. В период президентства Владимира Путина уж точно.

Но все же надо помнить, что Россия поддержала тезис о недопустимости сохранения существующего статус-кво в урегулировании карабахского конфликта на самом высшем уровне. А точнее – на уровне президента России, который и определяет позицию государства по вопросам внешней политики. То есть даже формально в позиции Кремля никаких изменений не произошло.

Господин Лавров вспомнил о согласованной с другими сопредседателями официальной позиции Кремля только по той простой причине, что рядом с ним в тот момент стоял министр иностранных дел Азербайджана, а не Армении. Вот и все.

Далее, господин Лавров сразу же вспомнил об интересах Армении и армян Нагорного Карабаха, которые не меньше, чем Азербайджан, страдают от сохранения существующего статус-кво. Это как бы стало напоминанием Баку о том, что речь идет не только об освобождении оккупированных территорий, но и о целом комплексе мер.

Лавров не мог говорить о Нагорном Карабахе как о субъекте международного права, хотя бы потому, что Россия не признает независимости этой территории. По крайней мере, пока. Но в заявлении С.Лаврова не было и намека на что-то предопределяющее будущий статус этой территории.

Кроме того, господин Лавров четко и открытым текстом заявил, что Россия не поддержит призывов о необходимости использования международно-правовых механизмов принуждения к урегулированию карабахского конфликта, то есть, введения миротворческого контингента.

И, наконец, наивно полагать, что Армения или же Азербайджан могут манипулировать российской внешней политикой. Или еще лучше, наказать Россию. Скорее всего, как в Ереване, так и в Баку больше думают над тем, как самим не быть «наказанными» со стороны России.

Безусловно, существуют определенные проблемы в армяно-российских отношениях, проявлением которых и является повышение цен на российский газ. Но вряд ли этот фактор будет иметь серьезное влияние на позицию России по урегулированию карабахского конфликта, по крайней мере, в среднесрочной перспективе. Тут особо глубокого анализа не требуется. Достаточно обратить внимание на меры, предпринимаемые Россией для повышения боеготовности военной базы в Гюмри. И речь идет не только о бесконечных учениях, о которых сообщается чуть ли не каждый день. Речь прежде всего идет о перевооружении российских войск, размещенных в Армении.

Таким образом, пока Армения нуждается в российских гарантиях безопасности, а Россия – в военно-политическом присутствии в Армении, никаких изменений в политике Кремля по урегулированию карабахского конфликта не произойдет.

Даже российские политологи выразили недоумение эйфорией некоторых азербайджанских коллег после недавнего заявления министра иностранных дел России С.Лаврова. Ну, на самом деле, некоторые разногласия в армяно-российских отношениях вовсе не означают, что Москва повернулась «передом к нам, а задом» к Армении.

 - Вы упомянули о решении Кремля поднять цены на газ для Армении. Можно ли расценивать это как месседж Армении, где нередко стали говорить о сотрудничестве с Западом?

- Да, на самом деле, это проявление недовольства позицией официального Еревана не желающего участвовать в путинских интеграционных проектах на постсоветском пространстве. Таким образом, Кремль пытается наказать Саркисяна.

При этом, необходимо учитывать, что Россия поступила достаточно благородно. О повышении цен на газ было объявлено после завершения всей электоральных процессов в Армении – как парламентских, как президентских, так муниципальных выборов. То есть, Кремль не стал использовать этот фактор для давления на Ереван накануне выборов.

Необходимо обратить внимание на еще один момент. Более, чем уверен, что без урегулирования карабахского  конфликта Армении никак не вырваться из крепких объятий России. Тут просто нет выбора. Речь идет об обеспечении национальной безопасности.

Некоторые армянские эксперты призывают переориентироваться на экспорт иранского газа. Но вряд ли это приемлемый для Армении вариант. Первое – экспорт иранского газа обойдется еще дороже. 

Второе – невозможно сделать основной упор на экспорт иранского газа, но при этом, ориентироваться на интеграцию в европейское пространство. Экономическое сотрудничества между Арменией и Ираном и так вызывает сильное раздражение западных партнеров.

Третье – с учетом взаимной зависимости России и Ирана, а точнее полного совпадения интересов, по большинству геополитических вопросов, вряд ли стоит надеяться на поддержку официальным Тегераном процесса европейской интеграции Армении.

То есть,  чтобы дать России от ворот поворот  Армении необходимо сначала договориться с Азербайджаном и Турцией, то есть, решить как вопрос обеспечения собственной энергетической, так и военно-политической безопасности,  чему официальный Ереван вряд ли готов на данном этапе.

И, наконец,   необходимо отметить и то, что и Россия пока не заинтересована  в серьезных осложнениях в отношениях с Арменией. Южный Кавказ в ближайшее время будет  серьезно  влиять на определение российской внешней политики в нескольких направлениях. Можно сказать, что военно-политическое присутствие в Армении может облегчить задачу противостояния западной, прежде всего, американской экспансии. Причем, не только на Южном Кавказе, но и в иранском, и среднеазиатском направлениях.  Если, конечно, президент России Путин решится на жесткое противостояние с США.

Вугар Гасанов 

• От Нардарана до Берлина: как запрещенная в Азербайджане сеть оказалась в МИД Германии - АНАЛИТИКА
• Байрамов: ОБСЕ должна сохранить свою значимость в урегулировании конфликтов
• Хикмет Гаджиев встретился с делегацией TADİV-ФОТО