Мир реваншу не помеха: Армения снова героизирует «незавершенную борьбу» - ПОЗИЦИЯ

Последние дни в армянском информационном пространстве вновь выявили проблему, которая на фоне мирного процесса между Азербайджаном и Арменией как будто отошла на второй план, но никуда не исчезла. Речь идет о реваншистских настроениях, которые по-прежнему сохраняются в части армянского общества.

Поводом стали события 12–13 сентября 2022 года. Некоторые армянские СМИ и ресурсы в социальных сетях вновь начали активно вспоминать погибших в тех боях военнослужащих. Понятно, что имеется в виду не просто память о погибших, что естественно для любого общества. В ряде публикаций просматривается другая линия — героизация произошедшего, разговоры о «неотомщенной крови», попытки вновь эмоционально раскрутить тему войны.

А это уже не столько разговор о прошлом, сколько попытка сформировать определенное отношение к будущему. Потому что одно дело помнить погибших, и совсем другое — превращать эту память в политический инструмент и основание для идеи будущего реванша.

Сами события сентября 2022 года тоже нельзя вырывать из тогдашнего военно-политического контекста и представлять исключительно как очередную страницу «героической борьбы» армянской армии.

Причиной боевых действий стала провокация Армении. Напряженность тогда сохранялась сразу на двух направлениях — на условной азербайджано-армянской границе и в Карабахе, где продолжали находиться армянские вооруженные формирования. Азербайджанская армия ответила на эти действия, и результат тех боев хорошо известен.

Но сегодня гораздо важнее не возвращаться к подробной военной хронологии четырехлетней давности, а понять, почему эти события вновь активно вытаскиваются на поверхность именно сейчас.

Потому что политическая реальность уже совершенно другая. Азербайджан полностью восстановил свой суверенитет и территориальную целостность, Баку и Ереван перешли к мирной повестке, формируются экономические отношения, проходят контакты представителей гражданского общества. И на этом фоне попытки снова разогревать тему «неотомщенной крови» выглядят особенно показательно.

У реваншизма остается социальная база

Было бы ошибкой считать подобные настроения уделом нескольких радикальных СМИ, политиков или пользователей социальных сетей. У реваншизма в Армении существует вполне реальная социальная и политическая база.

Это показывают и результаты выборов. Никол Пашинян победил и получил возможность продолжать свой политический курс. Однако значительная часть избирателей поддержала силы, которые выступали с гораздо более жестких позиций. При этом далеко не все они получили представительство в парламенте — часть партий и блоков просто не смогла преодолеть установленный избирательный барьер.

Состав парламента и реальные настроения в обществе — не всегда одно и то же. То, что Пашинян располагает парламентским большинством, еще не означает, что все армянское общество приняло новую реальность в отношениях с Азербайджаном.

Военное поражение вообще не приводит к автоматическому исчезновению реваншизма. Когда возможности изменить ситуацию сегодня нет, может сохраняться надежда сделать это завтра — если изменится региональный баланс, появится более сильный внешний покровитель или возникнет новая международная конъюнктура.

Поэтому героизация событий сентября 2022 года имеет значение. Когда общество убеждают не просто помнить погибших, а воспринимать их как символ «незавершенной борьбы», формируется совершенно другая политическая психология.

Проблема заключается не только в наличии или отсутствии у Армении возможностей для реванша, а в сохранении самой идеи реванша.

И если Ереван действительно намерен строить долгосрочный мир с Азербайджаном, именно с этой идеей ему придется работать.

Пашинян борется с оппозицией. А с реваншизмом?

Администрация Пашиняна неоднократно демонстрировала, что способна действовать жестко, когда речь идет о политических противниках внутри страны. Аресты, уголовные дела, противостояние с оппозиционными кругами — государственная машина в таких случаях работает достаточно активно.

Причем происходит это при весьма сдержанной реакции тех западных политических кругов, которые в других ситуациях крайне чувствительно относятся к вопросам демократии, политических свобод и давления на оппозицию.

Но гораздо сложнее увидеть такую же последовательность, когда речь заходит о реваншизме и азербайджанофобии внутри армянского общества.

Если мир с Азербайджаном действительно является стратегическим выбором Армении, он не может существовать исключительно на уровне подписанных документов, дипломатических переговоров и заявлений премьер-министра. В таком случае должна постепенно меняться и внутренняя общественно-политическая среда.

Пока этого в полной мере не происходит.

Показателен хотя бы пример с фильмом о Монте Мелконяне, террористе и одном из символов вооруженной борьбы против азербайджанцев. Подобные проекты существуют не в политическом вакууме. Они формируют отношение нового поколения к конфликту, закрепляют определенный набор героев и сохраняют старые исторические нарративы.

Окончательно не исчезли и различные структуры и инициативы, связанные с прежней карабахской повесткой. То есть политическая реальность изменилась, а часть идеологической инфраструктуры старого конфликта продолжает существовать.

Ну тут же концы с концами не сходятся! С одной стороны, Пашинян говорит армянскому обществу, что карабахский вопрос закрыт, признает территориальную целостность Азербайджана и идет к нормализации отношений с Баку. Одновременно с этим внутри страны сохраняются символы, структуры и нарративы, которые десятилетиями обслуживали совершенно противоположную идею.

Долго существовать одновременно эти две линии не смогут.

Почему у Еревана не осталось другого выбора

Не стоит при этом представлять нынешнюю политику Еревана результатом внезапного превращения армянского руководства в убежденных сторонников мира. Изменилось не мировоззрение, изменились обстоятельства. И сделал это прежде всего Азербайджан.

Последовательная и рассчитанная на несколько этапов политика президента Ильхама Алиева постепенно лишила Ереван пространства для маневра.

В 2020 году Азербайджан восстановил контроль над значительной частью своих территорий. После этого Баку продолжил добиваться восстановления суверенитета над всей международно признанной территорией страны, не позволив превратить прекращение огня в очередной замороженный конфликт на десятилетия.

В сентябре 2023 года Азербайджан окончательно восстановил суверенитет над всей территорией страны.

Спустя время изменилась сама конструкция азербайджано-армянского конфликта. Карабах перестал быть предметом переговоров между Баку и Ереваном. Армения оказалась перед необходимостью выстраивать отношения уже с Азербайджаном, полностью восстановившим свою территориальную целостность.

Реалистичных вариантов у Пашиняна осталось немного.

Можно было продолжать ждать изменения геополитической ситуации, надеяться на внешних игроков и сохранять страну в состоянии бесконечного противостояния. А можно было признать новую реальность и попытаться получить выгоду уже от мира — открытия коммуникаций, торговли, транспортных проектов и снижения военных рисков.

Ереван выбрал второй путь. Поэтому нынешняя мирная политика Армении — это в значительной степени результат новой реальности, которую последовательно сформировал Азербайджан.

Но теперь начинается более сложный этап.

Подписать мир значительно проще, чем убедить общество отказаться от идеи реванша. А это значит, что будет проходить настоящая проверка политики Пашиняна.

Мир не означает забвения

Азербайджан сегодня продолжает мирную повестку исходя прежде всего из собственных национальных интересов.

После восстановления территориальной целостности Баку заинтересован в стабильном Южном Кавказе, открытых коммуникациях, региональной торговле и предсказуемых отношениях с соседями.

Первые элементы этой новой реальности уже появились. Между Азербайджаном и Арменией формируются экономические отношения, проходят встречи представителей гражданского общества. То, что еще несколько лет назад казалось практически невозможным, постепенно становится частью отношений между двумя странами.

Но движение вперед совершенно не означает необходимости забыть прошлое.

Азербайджанское общество не забудет того, что происходило на территориях, почти три десятилетия находившихся под оккупацией. Разрушенные города и села, уничтоженное и разграбленное культурное наследие, минное загрязнение, человеческие потери, преступления против мирного населения, военные преступления и Ходжалинский геноцид никуда не исчезнут из исторической памяти Азербайджана только потому, что между Баку и Ереваном начался новый этап отношений.

Да этого и не требуется. Мир — это не забвение прошлого, это отказ превращать прошлое в основание для новой войны.

Азербайджан свою часть этой формулы сегодня выполняет: страна восстановила территориальную целостность и, исходя из собственных интересов, развивает мирную повестку.

Теперь главный вопрос заключается в том, что будет делать Армения.

И потому публикации вокруг событий 12–13 сентября — не такая мелочь, какой они могут показаться на первый взгляд. Наоборот, это один из индикаторов того, что внутри армянского общества продолжает существовать среда, в которой идея реванша способна находить отклик.

Настоящая приверженность Еревана миру будет измеряться не количеством миролюбивых заявлений Пашиняна и даже не количеством подписанных документов. Она будет измеряться тем, насколько последовательно армянские власти готовы противодействовать реваншистским настроениям, азербайджанофобии и героизации идеологии, которая десятилетиями поддерживала конфликт.

Если Ереван действительно хочет закрыть эту страницу истории, ему придется сделать больше, чем поставить подпись под мирным соглашением.

Потому что соглашение может закончить конфликт между государствами.

А для настоящего мира нужно еще закончить войну в головах.

• Принципы Движения неприсоединения: Сахиба Гафарова выступила в Сербии-ФОТО
• Саймон Стил из Баку призвал мир не отступать перед климатическим кризисом
• Руководители информагентств стран СНГ обсудят развитие туристической сферы