Российско-украинская война
Ближний Восток, Иран, Турция, Израиль, Палестина, Йемен, ХАМАС, Сирия, Ирак,
Новости Азербайджана
Южный Кавказ, Грузия, Армения, Азербайджан, Турция, Иран, Россия,
Новости России, СНГ, ЕАЭС, ОДКБ,
Европа, США, Великобритания, Украина, Запад,
Цены на нефть, экономика мира, торговая война, биткойн,
Индия, Китай, Япония, Юго-Восточная Азия, Пакистан,
Ирано-израильская война
ОТГ, страны Центральной Азии, тюркский мир, Турция,
ЧМ -2026
Политика
- Главная
- Политика
Альберт Оганян: «Несмотря на то, что моя фамилия оканчивается на «ян», я обязательно приеду в Баку»
Рязань, село Константиново, правый берег реки Ока. Именно тут родился известный русский поэт Сергей Есенин. В рамках форума «Молодежь СНГ – будущее общественной дипломатии» организаторы приготовили для делегаций такой сюрприз. Уже утром в гостинице нам сказали: «Ребята, сегодня едем к Есенину».
А ведь Есенина связывает с Азербайджаном многое. Есенин всегда мечтал попасть в Персию. Он хотел узнать, что есть такого на земле Персии. Но путь в Персию был закрыт для гражданина тогда еще молодой революционной России, и, чтобы не разочаровывать поэта, его целых два часа возили по Каспийскому морю и, наконец, высадили у берегов поселка Мярдякан. Увидев женщин в чадре, Сергей Александрович поверил в то, что, наконец, его мечта сбылась.
Но со временем миф о далекой Персии развеял друг Есенина, поэт Чагин. Пока Есенин жил в Баку, ему довелось познакомиться со многими выдающимися личностями Азербайджана. Однажды, сидя в чайхане, поэт хотел расплатиться с чайханщиком, но ему сказали, что «за все уплачено». Так он подружился с Алиагой Вахидом, видным азербайджанским газельханом. Позже новоиспеченный друг не раз приглашал С.Есенина на меджлисы, где тот, не зная языка, старался вникнуть в суть газелей.
«Мне очень нравятся ваши стихи, но о чем они?» – спросил однажды поэт. На что Вахид ответил: «О чем может писать поэт? О любви, о жизни, о смерти».
Есенин очень любил музыку тара, он мог часами слушать народные мотивы на этом инструменте. А, прослушав мугам «Баяты Шираз» на меджлисе Физули, он был просто восхищен. Читатель может справедливо упрекнуть меня в том, почему я столь долго описывал известные всем факты. А причина вот в чем, господа…
В Рязани состоялся круглый стол, где обсуждали роль Есенина в литературе СНГ. Когда речь зашла о переводах его произведений, я долго ждал, когда ведущие мероприятия произнесут одно имя. Но они стали называть имена грузинских и армянских писателей. И вдруг пожилой, убеленный сединами человек в кепке Шерлока Холмса вскрикнул на весь зал: «Вы забыли назвать имя азербайджанского поэта Самеда Вургуна!». Сказав эти слова, он сердито посмотрел на организаторов. После мероприятия я подошел к этому человеку и узнал, что он писатель и учёный, заслуженный деятель культуры России, член Союза писателей России - Альберт Оганян.
- Благодарю вас, откровенно говоря, не ожидал, что имя Самеда Вургуна произнесете именно вы.
- Потому, что моя фамилия оканчивается на «ян»?
- Ну, вы сами знаете, что я имею в виду.
- Я не политик и мне не интересна политика. А имя Самеда Вургуна я назвал по той причине, что не раз встречался с этим человеком.
- Интересно…
- Никто на Кавказе не мог говорить так блестяще на русском, как говорил Самед Вургун. Он знал русский язык во всех тонкостях. Я учился в 10-ом классе и писал о спектаклях Армянского Государственного Драматического театра. Ставили его «Вагифа», и на спектакль в Тбилиси приехал сам Самед Вургун. За кулисами Вургун увидел меня и спросил, что я тут делаю. Поговорив со мной, он даже сунул мне в карман несколько рублей на мороженое. Эту встречу я никогда не забуду. Он был добрейший души человек и легендарный поэт. Таким талантом Бог редко кого-то одаряет. Так перевести Есенина, это же гениально.
- Ну, это давно известный факт. Как я понял, вы член Союза писателей России и проводите презентации книг писателей из стран СНГ. А азербайджанские писатели включены в этот список?
- Спросите Абдуллаева (имеется ввиду именитый азербайджанский писатель Чингиз Абдуллаев – авт.) и Рашада Меджида. Сколько презентаций азербайджанских писателей я организовывал в Москве. Несколько лет назад я обратился к Рашаду Меджиду с просьбой выслать мне произведения молодых азербайджанских писателей. Так вот, несмотря на то, что я два месяца настоятельно просил об этом, так и не дождался ответа. Пришлось обратиться к Чингизу Абдуллаеву. У вас есть писатель, зовут его Ильгар Фахми. Он не раз получал у нас премии. Я человек культуры, а не политики. Для меня есть понятие Кавказ, а не азербайджанец, армянин или грузин. Ты кавказец, и я кавказец. Это наша судьба, мы должны и будем жить вместе. От этого никуда не денешься.
- А что сделал сам Оганян для того, чтобы мы вновь жили вместе?
- Я хотел приехать на юбилей Самеда Вургуна. Поговорил с Абдуллаевым, некоторые из Союза писателей Азербайджана даже дали согласие. Но потом там же нашлись силы, которые отказали мне. Мне было обидно, я ведь ничего плохого азербайджанцам не сделал. Делайте со мною что хотите, но я приеду в Азербайджан, и на последнем дыхании буду произносить слова о Самеде Вургуне и Гара Гараеве. Этих людей я не забуду. Я не виноват, что фамилия моя заканчивается на -ян.
- Ну, вас не пустили в Баку для вашей же безопасности…
- Я смерти не боюсь, не тот возраст. Думаю, когда-нибудь наши внуки будут свободно приезжать в Баку и Ереван. У нас другого пути нет. Я всем сердцем поддерживаю Полада Бюльбюльоглу и Армена Смбатяна. Именно такие люди смогут решить конфликт, они поняли суть этой проблемы. Матери, потерявшие сынов с обеих сторон, не простят зачинщиков конфликта.
- И как вы представляете нашу дальнейшую совместную жизнь?
- Это вопрос не ко мне, а к политикам…
Тем временем мы подъезжали к пункту назначения, и нам было пора расставаться. Он попросил водителя автобуса остановить вблизи станции метро «1905-ый год». И когда вышел с автобуса, повернувшись ко мне, сказал на азербайджанском языке: «Salamat qal! İnşallah Bakıda görüşərik!». («Будь здоров. Дай Бог встретимся в Баку»).
Вугар Гасанов
Баку-Москва-Баку
P.S. Откровенно говоря, после беседы с А.Оганяном в моей душе затеплилась надежда на то, что мирное урегулирование карабахского конфликта не за горами. Но я на миг забыл о том, что, такие как Оганян, скорее исключение, а не правило среди армянской нации.
За два дня до отъезда из Москвы мы беседовали с представителями украинской и белорусской делегации о происходящих в Азербайджане изменениях, развитии. Находящийся рядом один из армянских делегатов, не выдержав, бросил колкость в наш адрес, заявив: «Я не могу произнести слово «Азербайджан». На это едкое замечание, я ответил: «А скоро я не смогу произнести слово «Мир». Вот так одно слово испортило всю ту положительную ауру, переданную мне Оганяном. А об азербайджано-армянских отношениях на форуме я еще напишу…
А ведь Есенина связывает с Азербайджаном многое. Есенин всегда мечтал попасть в Персию. Он хотел узнать, что есть такого на земле Персии. Но путь в Персию был закрыт для гражданина тогда еще молодой революционной России, и, чтобы не разочаровывать поэта, его целых два часа возили по Каспийскому морю и, наконец, высадили у берегов поселка Мярдякан. Увидев женщин в чадре, Сергей Александрович поверил в то, что, наконец, его мечта сбылась.
Но со временем миф о далекой Персии развеял друг Есенина, поэт Чагин. Пока Есенин жил в Баку, ему довелось познакомиться со многими выдающимися личностями Азербайджана. Однажды, сидя в чайхане, поэт хотел расплатиться с чайханщиком, но ему сказали, что «за все уплачено». Так он подружился с Алиагой Вахидом, видным азербайджанским газельханом. Позже новоиспеченный друг не раз приглашал С.Есенина на меджлисы, где тот, не зная языка, старался вникнуть в суть газелей.
«Мне очень нравятся ваши стихи, но о чем они?» – спросил однажды поэт. На что Вахид ответил: «О чем может писать поэт? О любви, о жизни, о смерти».
Есенин очень любил музыку тара, он мог часами слушать народные мотивы на этом инструменте. А, прослушав мугам «Баяты Шираз» на меджлисе Физули, он был просто восхищен. Читатель может справедливо упрекнуть меня в том, почему я столь долго описывал известные всем факты. А причина вот в чем, господа…
В Рязани состоялся круглый стол, где обсуждали роль Есенина в литературе СНГ. Когда речь зашла о переводах его произведений, я долго ждал, когда ведущие мероприятия произнесут одно имя. Но они стали называть имена грузинских и армянских писателей. И вдруг пожилой, убеленный сединами человек в кепке Шерлока Холмса вскрикнул на весь зал: «Вы забыли назвать имя азербайджанского поэта Самеда Вургуна!». Сказав эти слова, он сердито посмотрел на организаторов. После мероприятия я подошел к этому человеку и узнал, что он писатель и учёный, заслуженный деятель культуры России, член Союза писателей России - Альберт Оганян.
- Благодарю вас, откровенно говоря, не ожидал, что имя Самеда Вургуна произнесете именно вы.
- Потому, что моя фамилия оканчивается на «ян»?
- Ну, вы сами знаете, что я имею в виду.
- Я не политик и мне не интересна политика. А имя Самеда Вургуна я назвал по той причине, что не раз встречался с этим человеком.
- Интересно…
- Никто на Кавказе не мог говорить так блестяще на русском, как говорил Самед Вургун. Он знал русский язык во всех тонкостях. Я учился в 10-ом классе и писал о спектаклях Армянского Государственного Драматического театра. Ставили его «Вагифа», и на спектакль в Тбилиси приехал сам Самед Вургун. За кулисами Вургун увидел меня и спросил, что я тут делаю. Поговорив со мной, он даже сунул мне в карман несколько рублей на мороженое. Эту встречу я никогда не забуду. Он был добрейший души человек и легендарный поэт. Таким талантом Бог редко кого-то одаряет. Так перевести Есенина, это же гениально.
- Ну, это давно известный факт. Как я понял, вы член Союза писателей России и проводите презентации книг писателей из стран СНГ. А азербайджанские писатели включены в этот список?
- Спросите Абдуллаева (имеется ввиду именитый азербайджанский писатель Чингиз Абдуллаев – авт.) и Рашада Меджида. Сколько презентаций азербайджанских писателей я организовывал в Москве. Несколько лет назад я обратился к Рашаду Меджиду с просьбой выслать мне произведения молодых азербайджанских писателей. Так вот, несмотря на то, что я два месяца настоятельно просил об этом, так и не дождался ответа. Пришлось обратиться к Чингизу Абдуллаеву. У вас есть писатель, зовут его Ильгар Фахми. Он не раз получал у нас премии. Я человек культуры, а не политики. Для меня есть понятие Кавказ, а не азербайджанец, армянин или грузин. Ты кавказец, и я кавказец. Это наша судьба, мы должны и будем жить вместе. От этого никуда не денешься.
- А что сделал сам Оганян для того, чтобы мы вновь жили вместе?
- Я хотел приехать на юбилей Самеда Вургуна. Поговорил с Абдуллаевым, некоторые из Союза писателей Азербайджана даже дали согласие. Но потом там же нашлись силы, которые отказали мне. Мне было обидно, я ведь ничего плохого азербайджанцам не сделал. Делайте со мною что хотите, но я приеду в Азербайджан, и на последнем дыхании буду произносить слова о Самеде Вургуне и Гара Гараеве. Этих людей я не забуду. Я не виноват, что фамилия моя заканчивается на -ян.
- Ну, вас не пустили в Баку для вашей же безопасности…
- Я смерти не боюсь, не тот возраст. Думаю, когда-нибудь наши внуки будут свободно приезжать в Баку и Ереван. У нас другого пути нет. Я всем сердцем поддерживаю Полада Бюльбюльоглу и Армена Смбатяна. Именно такие люди смогут решить конфликт, они поняли суть этой проблемы. Матери, потерявшие сынов с обеих сторон, не простят зачинщиков конфликта.
- И как вы представляете нашу дальнейшую совместную жизнь?
- Это вопрос не ко мне, а к политикам…
Тем временем мы подъезжали к пункту назначения, и нам было пора расставаться. Он попросил водителя автобуса остановить вблизи станции метро «1905-ый год». И когда вышел с автобуса, повернувшись ко мне, сказал на азербайджанском языке: «Salamat qal! İnşallah Bakıda görüşərik!». («Будь здоров. Дай Бог встретимся в Баку»).
Вугар Гасанов
Баку-Москва-Баку
P.S. Откровенно говоря, после беседы с А.Оганяном в моей душе затеплилась надежда на то, что мирное урегулирование карабахского конфликта не за горами. Но я на миг забыл о том, что, такие как Оганян, скорее исключение, а не правило среди армянской нации.
За два дня до отъезда из Москвы мы беседовали с представителями украинской и белорусской делегации о происходящих в Азербайджане изменениях, развитии. Находящийся рядом один из армянских делегатов, не выдержав, бросил колкость в наш адрес, заявив: «Я не могу произнести слово «Азербайджан». На это едкое замечание, я ответил: «А скоро я не смогу произнести слово «Мир». Вот так одно слово испортило всю ту положительную ауру, переданную мне Оганяном. А об азербайджано-армянских отношениях на форуме я еще напишу…
Азербайджан и Португалия обменяются посольствами
Азербайджан поддержал международную конвенцию о вредных судовых покрытиях
Президент Азербайджана направил поздравление Владимиру Путину
Между Азербайджаном и Таиландом состоялись консульские консультации
В Азербайджане открылось посольство Эстонии
Азербайджан и Эстония провели политические консультации