Пока Трамп добивается паузы по НПЗ, Украина возвращает территории – ВЗГЛЯД

Есть новости, которые по отдельности кажутся совершенно разными, но, поставленные рядом, многое объясняют.

Сначала — фронт. Украина продолжает наступательные действия на Лиманском направлении. Третий армейский корпус сообщил об освобождении Нового, Ридкодуба и Катериновки, а также о восстановлении контроля над Карповкой и Новомихайловкой. По словам командующего корпусом Андрея Билецкого, на третьем этапе операции «Вивальди» возвращен контроль над 51 квадратным километром территории, около 2000 российских военнослужащих уничтожены, более 250 взяты в плен.

Эти цифры пока исходят от украинской стороны, но сами сообщения о продвижении на Лиманском направлении уже имеют важное политическое значение.

Потому что по сравнению с прошлым годом ситуация заметно изменилась.

Тогда российская армия пыталась демонстрировать, что время работает на нее, а Москва — что украинская оборона постепенно будет сломлена и Россия все равно добьется своих целей. Сегодня картина выглядит иначе: российская армия не смогла добиться решающего перелома на фронте, а Украина не только удерживает оборону, но и возвращает территории.

И чем меньше возможностей у России добиться заявленных целей на поле боя, тем большую роль приобретают массированные удары по Киеву и другим украинским городам. Они становятся фактически отдельным направлением российской кампании и сопровождаются ударами по гражданской инфраструктуре.

Несколько дней назад на Генассамблее ООН Владимир Зеленский сказал: «Мы выталкиваем агрессора за международно признанную границу Украинского государства».

В той же речи Зеленский сформулировал и другую часть украинской стратегии: «Финансы России и производство России — вот что должно быть остановлено, если нужно остановить Путина». По его словам, именно для этого работают украинские военные и украинское оружие.

Но военное давление на Россию сегодня не ограничивается фронтом. Есть еще один важный участок этой войны — нефтяной.

Украина за последний год сумела создать для России проблему, которую Москва долго пыталась представить как несущественную: систематические удары по российской нефтяной инфраструктуре начали влиять уже не только на отдельные объекты, но и на устойчивость топливного рынка.

И если еще недавно российская сторона могла убеждать переговорщиков, что она постепенно добивается своих военных целей, то сегодня эта аргументация выглядит все менее убедительной. Россия не смогла добиться стратегического перелома на фронте, а Украина одновременно получила возможность наносить болезненные удары по военной и энергетической инфраструктуре в российском тылу.

О проблемах российской нефтяной отрасли теперь говорит и Дональд Трамп. Он признал, что Россия потеряла контроль над своей нефтеперерабатывающей (а именно дизельной) отраслью из-за продолжающегося военного конфликта с Украиной. И заявил, что попросил Зеленского снизить интенсивность ударов по российским НПЗ, поскольку атаки отражаются на мировом рынке топлива. По словам Трампа, Зеленский ответил, что «возможно, мы так и сделаем».

Но тогда встает другой вопрос: если Вашингтон просит Киев ослабить один из наиболее болезненных для России инструментов давления, что он предлагает Украине взамен?

Публично об условиях такой договоренности ничего не известно. Но некоторые обстоятельства позволяют предположить направление торга.

Во-первых, Украина остро нуждается в усилении ПВО перед зимой. Во время встречи с Трампом Зеленский сообщил о продолжении работы над запуском производства перехватчиков Patriot в Украине и обсуждении нового зимнего пакета противовоздушной обороны.

Во-вторых, Киеву нужны не только ракеты для защиты городов, но и гарантии сохранения американской военной поддержки, включая технологии, производство вооружений и средства дальнего поражения.

И, наконец, возможным элементом договоренностей могло стать усиление американского давления на Москву — прежде всего санкционного. В своей речи в ООН Зеленский фактически сформулировал именно такую логику: российские финансы и производство должны стать объектом системного давления.

Есть, однако, существенная деталь. Трамп говорит о снижении интенсивности ударов по НПЗ, а не о полном прекращении украинских атак на российскую топливную систему. События следующей же ночи это различие хорошо продемонстрировали.

В ночь на 28 сентября беспилотники атаковали нефтебазу «Эдельвейс-95» в Краснодарском крае. На объекте возник крупный пожар. База занимается оптовыми поставками топлива, имеет железнодорожную ветку и, по данным украинской стороны, получает продукцию непосредственно от крупных российских НПЗ.

Поэтому возможная пауза в ударах по НПЗ вовсе не означает паузы в нефтяной войне.

То есть речь может идти не о капитуляции Киева перед требованием Вашингтона, а о перераспределении давления.

Украина демонстрирует на фронте способность возвращать территории. Россия отвечает массовыми ударами по городам. Украина одновременно сохраняет возможность наносить удары по российскому тылу. А Вашингтон пытается ограничить именно тот элемент украинской стратегии, который уже начал отражаться на мировом энергетическом рынке.

Ключевое неизвестное во всей этой истории — возможная цена украинской уступки.

Возможно, речь идет о ПВО, расширении военной помощи, технологиях, производстве оружия в Украине или усилении американского давления на Россию. Возможно, существуют и другие договоренности, о которых стороны пока не говорят публично.

Но уже невозможно игнорировать тот факт, что принципиально изменилось само положение Украины за столом переговоров.

Сегодня Киев приходит к этому столу не как сторона, которую пытаются убедить, что Россия неизбежно победит. Украина проводит наступательные действия на отдельных участках фронта, Россия пока не добилась ряда заявленных военных целей, а ее армия продолжает нести потери. Российская нефтяная система оказалась настолько уязвимой, что необходимость ограничить удары по ней уже обсуждает президент США.

Поэтому нынешнее продвижение ВСУ на Лиманском направлении имеет значение далеко за пределами нескольких освобожденных сел. Оно усиливает тот самый аргумент Зеленского, который прозвучал в ООН: Украина способна не только защищаться, но и выталкивать противника за международно признанную границу.

А если Вашингтон действительно хочет, чтобы Киев временно ослабил нефтяное давление, у такой паузы должна быть своя цена. Возможно, именно эту часть договоренности мы пока просто не видим.

• В Судане в результате обрушения золотого рудника погибли 11 человек, 30 получили ранения
• ЮНИСЕФ предупредил о возможном росте детской смертности
• Буданов: Представители «европейской тройки» прибыли в Киев