С дубинкой в руках: как Вашингтон отучил Латинскую Америку думать самостоятельно - ВЗГЛЯД

Сила в международной политике далеко не всегда начинается с выстрела. Иногда достаточно военного присутствия, санкций, экономической зависимости или дипломатического давления. А порой государству достаточно понимать, кто сильнее и чьи интересы в конечном счете придется учитывать.

Более ста лет назад Теодор Рузвельт сформулировал этот принцип предельно просто: «Говори мягко, но держи большую дубинку». Для США начала XX века это означало дипломатию, подкрепленную демонстрацией силы и готовностью применить ее там, где Вашингтон видел угрозу своим интересам. Прежде всего это касалось Латинской Америки — региона, который Соединенные Штаты фактически рассматривали как закрытую для внешних конкурентов зону.

За сто лет многое изменилось, но сам принцип сохранился. Изменился набор инструментов. К военной силе добавились санкции, торговля, поставки оружия, разведывательные технологии, дипломатические союзы и программы борьбы с наркотрафиком. Но, пожалуй, самый эффективный инструмент — возможность убедить целый регион в том, какие угрозы следует считать общими.

Последние события в Латинской Америке хорошо укладываются в эту логику.

Колумбия разорвала дипломатические отношения с Ираном. Решение вступило в силу 19 сентября. Богота объяснила его соображениями национальной и региональной безопасности, сославшись на предполагаемые связи Тегерана с международными террористическими и наркотеррористическими группировками, нарушения прав человека, атаки на государства, не участвующие в ближневосточном конфликте, ситуацию вокруг Ормузского пролива и препятствия работе МАГАТЭ. Консульские отношения при этом были сохранены.

Ранее аналогичное решение приняло Перу. Сам по себе каждый из этих шагов можно объяснить внешнеполитическими интересами конкретной страны. Однако оба решения принимаются в период, когда Вашингтон усиливает давление на Тегеран и одновременно перестраивает отношения с Латинской Америкой вокруг вопросов безопасности.

США делают ставку на борьбу с транснациональной преступностью и наркотрафиком, параллельно стремясь ограничить присутствие в Западном полушарии государств, которые американская администрация считает своими противниками. В созданную при поддержке Вашингтона коалицию «Щит Америк» вошли в том числе Колумбия и Перу.

Старая формула Рузвельта в таких условиях получает новое содержание.

Вашингтону необязательно требовать от союзника конкретного внешнеполитического решения. Куда эффективнее выстроить отношения так, чтобы интересы постепенно начали совпадать. Оружие, разведданные, технологии, помощь силовым структурам, борьба с преступностью и политическая поддержка создают зависимость другого рода. Приказы становятся лишними: партнер постепенно принимает предложенное Вашингтоном представление о союзниках и противниках.

Хорошо это видно на примере Колумбии. Новое руководство в Боготе взяло курс на восстановление тесных отношений с США и Израилем после серьезных разногласий при предыдущем правительстве. В сентябре госсекретарь США Марко Рубио говорил о намерении расширить сотрудничество в сфере безопасности.

Для Колумбии отношения с Вашингтоном имеют вполне практическое значение. Стране необходима поддержка в борьбе с наркокартелями и вооруженными группировками, влияние которых в отдельных районах давно стало серьезным вызовом государству. Поэтому выбор внешнеполитических партнеров определяется не только идеологией. За ним стоят оружие, разведка, деньги и возможности силовых структур.

Разрыв отношений с Ираном произошел как раз тогда, когда Богота укрепляет свое участие в региональных механизмах безопасности, поддерживаемых США. Обвинения Колумбии в адрес Тегерана и их доказательность могут быть предметом отдельного спора. Для понимания происходящего важнее другое: перечень угроз, называемых Боготой, все больше совпадает с перечнем угроз, о которых говорит Вашингтон.

При этом утверждать, что колумбийские власти просто выполняют американские указания, было бы слишком примитивно. Богота сама сформулировала основания своего решения и объяснила его национальными интересами. Но после того, как бывший президент страны Николас Мадуро покинул свою страну в наручниках на американском вертолете, возможности Вашингтона убеждать своих соседей в Западном полушарии выглядят несколько убедительнее.

В этом и состоит отличие нынешней политики «большой дубинки» от ее версии столетней давности. Вашингтону уже не обязательно открыто навязывать свою волю. Гораздо эффективнее выстроить такую систему отношений, при которой местные элиты сами принимают решения, отвечающие американским интересам.

Влияние вообще редко сводится к прямым приказам. Оно определяется тем, от кого государство получает оружие и разведывательную информацию, на чью дипломатическую поддержку рассчитывает и с кем связывает собственную безопасность.

Поэтому решения Колумбии и Перу интересны не только в контексте их отношений с Ираном. Они позволяют увидеть, каким способом США возвращают себе пространство для маневра в Латинской Америке и одновременно сокращают его для своих противников.

Сто лет назад американскую мощь в регионе демонстрировали военные корабли у чужого побережья. Теперь для достижения той же политической цели не всегда нужен флот. Достаточно системы отношений, при которой государства региона сами приходят к выводу, что их безопасность требует более тесного союза с Вашингтоном.

«Большая дубинка» никуда не исчезла. Просто теперь ею стараются не размахивать без необходимости. Высшая форма влияния — когда чужие интересы начинают воспринимать как собственные.

• Перенесен саммит по перезагрузке отношений ЕС и Британии
• Венгрия потребовала от ЕС компенсации за отказ от нефти и газа из РФ
• Новое соглашение позволяет США создавать дополнительные военные базы в Гренландии