Военная прокуратура подвела итоги борьбы с преступностью за первое полугодие

Общественный совет при МЧС ознакомился с работой Центра кризисного управления

Азербайджан и Samsung обсудили создание регионального цифрового центра

В Азербайджане продолжается продажа льготных квартир по ценам ниже рыночных-ВИДЕО

Все новости

© 2004 - 2024 Все права защищены.

Культура

Главная
Культура

Аяз Салаев: «Была у нас одна девушка, в которую было влюблено полгруппы»

4 ноября 2009

17:41

Редакция Vesti.Az продолжает рубрику «Как молоды мы были», в рамках которой сделан экскурс в раннюю молодость известных нам людей.

Гостями рубрики становятся писатели, поэты, люди искусства, политики и спортсмены. Одним словом, люди, которых мы хорошо знаем, уважаем и любим. Как прошла молодость? Какие мгновения были яркими? Какой след оставила первая любовь? Ответы на эти и другие вопросы, связанные с молодостью, вы узнаете от этих людей. Сегодня в гостях у рубрики киновед и режиссер Аяз Салаев. Его имя с самого начала ассоциируется со словом "ретро". И ему действительно есть, что вспомнить помимо истории кино.

- Киноведение - это ваш выбор или случайность?

- Лет с 12-13 я уже знал, кем я буду. Больше мечтал о режиссуре, но получилось поступить на киноведение, которое я рассматривал как трамплин к режиссуре, как необходимость.. На киноведческий во ВГИК было поступить реальней.

- Как вам это удалось, ведь на республику выделялось всего несколько мест, и распределялись они между "своими"?

- Да, "своим" я, сын хирурга, в Союзе Кинематографистов не был. Так что пришлось поступать на общих основаниях: 200 человек на 10 мест.

- И как мальчику из Баку, удалось обойти конкурентов, ведь у нас не было ни закрытых показов, ни тех возможностей, что были у москвичей?

- Я с детства всем этим интересовался, читал книги по кино, по возможности посещал так называемые "киновечера" в Клубе моряков. Было несколько клубов, где показывали фрагменты из немых фильмов, я отслеживал все, что тогда выходило в прокат. Большое впечатление на меня произвело "Зеркало" Тарковского - один из тех фильмов, что привели меня в кино, "О, счастливчик" Линдсея Андерсона. Я, кстати, помню первые фильмы, которые увидел в кинотеатре - "Парижские тайны" с Жаном Маре и "Подвиги Геракла".

- Сколько вам тогда было лет?

- Маленький был, лет 4-5. Меня привели родители. А потом, в старших классах, я убегал с уроков и проводил все время на утренних сеансах. Бывало, что неделями не ходил на занятия.

- И родители не узнали?

- Слава Богу, нет. А когда начали догадываться, к счастью, поняли, что для меня это важнее занятий.

- Кроме кино, чем вы еще увлекались в юношеские, студенческие годы?

- Любил поэзию, а хобби как такового у меня никогда не было.

- Чем занимались после занятий?

- После занятий мы шли в общежитие ВГИКа, и там, поверьте, было чем заняться, это целый самодостаточный мир, круглосуточные пьянки. Но я этим не занимался(смеется).

- А чем занимались вы?

- Классические русские споры о "смысле жизни" до утра. Общежитие формировало мировоззрение.

- До драк споры не доходили? Вам вообще в то время приходилось драться?

- Только один раз в порядке самообороны.

- Не представляю вас дерущимся.

-(смеется). Я и не любил это дело. Я вообще на дух не выношу агрессию во всех её проявлениях.

- Студенческое безденежье вас коснулось?

- Конечно! Из дома присылали 80 рублей, плюс стипендия 40 рублей и минус 3 рубля за общежитие. Но я постоянно одалживал, потому что когда я голодный, не могу думать. Помню, я заходил в институтскую столовую, и тихо, что бы никто не слышал говорил кассирше: "Деньги я вам верну завтра, послезавтра". Столько времени прошло, а история продолжается: я и сейчас порой говорю продавщице в магазине рядом с домом: "Деньги отдам завтра"(смеется).

- Подрабатывать не пытались?

- Помню свой первый гонорар. На третьем курсе, в самом начале 80-го года, я проходил практику на телевидении и снял сюжет "Внимание, гололед" о реактивах, которым поливают обледеневшие дороги. Это был самый первый заработок, мне было неполных 20 лет.

- В студенческие годы у вас были увлечения, влюбленности?

- Ну, у всех они были.

- Наверняка вы влюблялись в актрис, наверняка во ВГИКе был целый цветник?

- Нет...я сейчас настолько далек от этого, настолько неинтересно вспоминать. Но была у нас одна девушка, в которую было влюблено полгруппы, она училась на режиссерском факультете.

- Не Рената Литвинова ли, роковая блондинка?

- Нет, Рената появилась когда я уже учился в аспирантуре

- Она вам нравилась как женщина, говорят в нее было влюблена добрая половина ВГИКа? Это правда, она действительно была такая красавица?

- Мне после моей женитьбы не хочется вспоминать о других женщинах. А Рената Литвинова не была в моем вкусе, хотя так и нельзя говорить о женщинах.

- А дружеские связи у вас сохранились?

- Когда профессор Преображенский в "Собачьем сердце" говорит: "Я московский студент, а не? Шариков", мне это очень понятно. Это особое понятие. Я очень рад, что именно московский гуманитарный вуз сформировал меня как человека. Это особый мир. К сожалению, практически со всеми связь утрачена, осталось три-четыре человека, с которыми у меня остались дружеские отношения. Один - замечательный поэт и писатель, сейчас он дальнобойщик в Канаде, рейс Монреаль-Калифорния. У него три дочери, пишет в стол очень хорошие романы, а зарабатывает тем, что водит фуры. Другой в Берлине, он уехал в период падения стены, сейчас снимает документальные фильмы по заказу германского телевидения.

- Но звезд не хватает, да? Просто работает для хлеба?

- Ну почему же! Дай Бог каждому так. Он снимает замечательные фильмы об Эйзенштейне; будучи русским, делает работы о немецких режиссерах, о германской литературе. Я очень рад за него. Вот, кстати, еще одна особенность - мы всегда искренне радовались успехам друг друга.

Ну, и третий мой друг живет в Москве. Добрейший человек, лучший специалист по кинофантастике. Вот три очень важных для меня человека, мои друзья.

- Наверняка в те годы, собираясь вместе, вы планировали будущее, строили грандиозные планы мечтали. У кого-то из ребят сбылось хоть что-то, что задумывалось тогда?

- У каждого в определённой степени. Мы были, по сути, диссидентами и не надеялись даже, что когда-то удастся снять фильмы, не идя на компромисс. А потом, когда наконец рухнул советский режим, нашелся спонсор, который вложил средства в мой фильм и не вмешивался в процесс.

- Но те времена, когда спонсоры не вмешивались в кинопроцесс, наверное, так же безвозвратно прошли.

- Времена прошли, но фильм остался...

Н.Кязимова