Почему именно Роухани?

Победа на президентских выборов 14 июня представителя умеренного крыла реформаторов, экс-секретаря Высшего Совета национальной безопасности Ирана Хассана Роухани стало неожиданным как для экспертного сообщества, так и стран Запада. После отстранения 21 мая Наблюдательным советом экс-президента Хашеми Рафсанджани от выборной гонки, мало кто верил в способность допущенных к выборам остальных кандидатов-реформаторов составить серьезную конкуренцию кандидатам от консервативного лагеря. Комментируя снятие с избирательной гонки ряда ведущих кандидатов, госсекретарь США Джон Керри даже поспешил назвать президентские выборы в Иране несвободными и не отвечающими стандартам демократии. Это заявление, в определенной степени, отражало и скепсис Запада по поводу возможности смягчении позиции Ирана на переговорах по иранской ядерной программе, в случае победы кандидата, придерживающегося умеренных взглядов, каковым, в частности, считался Рафсанджани.

Пытаясь понять причины неожиданного исхода президентских выборов в Иране, эксперты выделяют ряд факторов, обеспечивших победу Роухани. Одним из них является консолидация представителей реформаторского и умеренного лагеря духовенства вокруг кандидатуры Роухани за несколько дней до выборов. О своей поддержке Роухани заявили лидеры реформаторов и умеренных экс-президенты Ирана Хатами и Рафсанджани. В то же время, 11 июня, о снятии своей кандидатуры по просьбе лидера реформистского движения и экс-президента Хатами заявил кандидат-реформатор, бывший первый вице-президент Ирана Мохаммед Реза Ареф. Причиной ставки реформаторов и умеренных именно на Роухани стала его предвыборная кампания, в ходе которой он одновременно старался заинтересовать умеренный и реформистский электорат. В ходе кампании Роухани, в частности, выступал за свободу СМИ и свободный доступ в Интернет, обещал освободить политзаключенных, а также конкретизировал, что Ирану следует начать политику разрядки в отношениях с США. В результате этого ближе к выборам Роухани, как свидетельствуют результаты соцопросов, существенно улучшил свой рейтинг, незначительно уступая представителю консерваторов, мэру Тегерана Мохаммаду Багер Галибафу.

В отличие от реформаторов консерваторам не удалось объединиться вокруг единого кандидата. Мэр Тегерана Мохаммад Багер Галибаф, секретарь Высшего совета национальной безопасности Саид Джалили и бывший министр иностранных дел Али Акбар Велаяти до конца продолжили выборную гонку. Хотя, ожидалось, что двое из них, в частности Галибаф и Велаяти, заявят о снятии своих кандидатур в пользу Джалили, считавшегося фаворитом консерваторов на выборах. Не способность консерваторов выступить единым кандидатом на последнем этапе избирательной гонки вызывает определенные вопросы. Некоторые наблюдатели полагают, что это стало результатом расслабленности консерваторов, которые не сомневались в своей победе после отстранения от избирательной гонки своих главных конкурентов (Хашеми Рафсанджани и Исфандияра Машаи). Отстранение от выборов Машаи, считают наблюдатели, еще больше углубил конфликт между сторонниками Хаменеи и нынешнего президента Ахмадинежада, что сыграло на руку Роухани. Кроме того, определенные политические круги в консервативном лагере, судя по всему, разделяют мнение умеренных о необходимости избавления от агрессивной политики Ахмадинежада, восьмилетнее правление которого привело к резкому ухудшению экономической ситуации, росту протестного потенциала населения, международной изоляции страны и нарастающей конфронтации с Западом. В этом отношении, поддержка кандидатуры Роухани Женским обществом Исламской республики Иран, генсеком которого является Захра Мостафави, дочь лидера исламской революции аятоллы Хомейни, судя по всему, также обеспечила ему голоса и тех консерваторов, которые не были довольны ни одним из кандидатов консервативного лагеря.

Однако, вряд ли можно полностью согласится с такими объяснениями, поскольку результаты соцопросов еще за несколько дней до выборов должны были подтолкнуть консерваторов к сплоченности. Создается впечатление, что консервативный лагерь во главе с Верховным лидером аятоллой Али Хаменеи были заинтересованы именно в нынешнем исходе президентских выборов. Результаты выборов позволяют режиму в Тегеране "обличить" Запад в предвзятом отношении к Ирану, как в вопросах демократии, так и в вопросах, связанных с иранской ядерной программой. На нового президента Ирана, видимо, возлагается задача по очистке президентской власти от ультраконсервативных сторонников Ахмадинежада, которые осмелились выступить за ограничение религиозной власти. Таким образом, Хаменеи рассчитывает играть роль арбитра в предстоящем конфликте между умеренными и ультраконсерваторами, и тем самым укреплять религиозную власть. Обращает на себя внимание и то, что Роухани, в отличие от экс-президентов Хатами и Рафсанджани, осторожен в вопросах реформирования системы власти в Иране в пользу увеличения полномочий светской – президентской власти. То есть, Хаменеи и его сторонники рассчитывают на то, что в период президентства Роухани им удастся хотя бы законсервировать конфликт между религиозной и светской власти. Однако, трудно сказать насколько это долго будет продолжаться.

Основная задача Роухани на президентском посту заключается в сдерживании роста протестных настроений населения Ирана. Сделать он это сможет путем улучшения экономической ситуации в стране. А это требует, с одной стороны ослабления контроля религиозной власти над экономикой страны, а с другой, смягчения санкций против Ирана. В обоих случаях Роухани придется столкнуться с сопротивлением консерваторов. Смягчение санкций против Ирана будет зависеть от степени компромисса Тегерана в вопросе иранской ядерной программы. Первые заявления Роухани вроде указывает на возможность смягчения позиции Ирана по атомному вопросу. Однако, пределы коррекции в этом вопросе будет определять Хаменеи. Кроме того, обещанная Роухани прозрачность иранской ядерной программы возможна в случае, если действительно эта программа не имеет военной составляющей. Понятно, что смягчение политики Ирана в отношении региона и соседей будет во многом зависеть от того как дальше при Роухани будет развиваться диалог между Тегераном и Западом. Вероятность перехода этого диалога в конструктивное русло не очень высока. Поэтому, Тегеран и дальше будет рассматривать в качестве угрозы для Ирана те страны региона, которые имеют тесные связи со США, НАТО и Израилем.

В.Т.

• Число жертв землетрясениея в Венесуэле превысило 5 тысяч
• В Индии около 100 человек стали жертвами наводнений
• Литва вызовет российского дипломата после удара по Киеву