Выбор мира: Армения проголосовала за реальность, созданную Азербайджаном – ПОЗИЦИЯ

Парламентские выборы в Армении стали не просто внутренним политическим событием. Их итог выходит далеко за рамки борьбы Никола Пашиняна с оппозицией и фактически фиксирует новую реальность на Южном Кавказе. Эта реальность была сформирована не в Ереване, не в армянских партийных штабах и не в кабинетах внешних игроков, а прежде всего последовательной военно-политической и дипломатической линией Азербайджана во главе с Президентом Ильхамом Алиевым.

С этой точки зрения результаты выборов в Армении можно рассматривать как политическую победу Президента Азербайджана. Речь, разумеется, не о вмешательстве во внутренние процессы соседнего государства, а о более глубоком и стратегическом результате: именно новая региональная повестка, созданная Баку после 44-дневной войны и окончательного восстановления суверенитета Азербайджана, стала главным фактором армянской политики.

Впервые за многие годы избирательная кампания в Армении строилась не вокруг иллюзий о возвращении к прежнему статус-кво, а вокруг вопроса: принимает ли страна реальность мира с Азербайджаном или снова делает ставку на реваншизм, внешних покровителей и войну.

Победа партии «Гражданский договор» Никола Пашиняна с результатом 49,81% голосов при существенном отрыве от блока «Сильная Армения» Самвела Карапетяна, набравшего 23,29%, показывает, что армянское общество, несмотря на внутреннюю поляризацию, сделало выбор в пользу сохранения курса на мирную повестку. В парламент также проходят блок «Армения» Роберта Кочаряна и партия «Процветающая Армения», однако их результаты не меняют главного: силы, апеллирующие к прошлому, реваншистским настроениям и старой системе, не смогли объединить вокруг себя большинство.

Особенность армянской избирательной системы заключается в том, что распределение мандатов происходит по методу Д’Ондта. Это означает, что голоса партий, не преодолевших проходной барьер, перераспределяются между прошедшими политическими силами, причем преимущество получает партия, набравшая наибольшее число голосов. Поэтому даже результат менее 50% позволяет «Гражданскому договору» получить парламентское большинство и сформировать правительство единолично. Именно это и заявил Пашинян после выборов, подчеркнув, что его партия победила и будет самостоятельно формировать кабинет.

Но главное значение этих выборов не в арифметике мандатов. Их смысл в том, что армянский избиратель фактически подтвердил: возвращение к карабахской повестке в ее прежнем виде невозможно. Это и есть главный итог последних лет. До 2020 года политическая система Армении десятилетиями существовала в логике оккупации, военной мобилизации, территориальных претензий и зависимости от внешних сил. Карабахский вопрос был не просто частью армянской политики — он был ее стержнем, оправданием, инструментом удержания власти и способом консолидации общества вокруг мифологии «осажденной крепости».

Азербайджан эту конструкцию разрушил. Сначала военным путем, освободив свои территории в ходе 44-дневной войны. Затем  дипломатически, предложив Армении мир на основе принципов международного права. И наконец — политически, последовательно добившись того, что признание территориальной целостности стало для Еревана не предметом торга, а необходимым условием выживания армянской государственности.

В этой связи нынешние выборы стали отражением не только внутренних процессов в Армении, но и эффективности политики Баку. Если бы Азербайджан не завершил оккупацию, не восстановил контроль над своими территориями, не поставил вопрос о мире в юридическую плоскость и не настоял на принципе взаимного признания суверенитета и территориальной целостности, вряд ли армянские политические элиты сегодня обсуждали бы мир как безальтернативный путь. Они продолжали бы жить в логике «замороженного конфликта», рассчитывая на время, посредников, внешнюю поддержку и сохранение неопределенности.

После 44-дневной войны именно Азербайджан, будучи победившей стороной, предложил мирные переговоры и выдвинул базовые принципы нормализации отношений. В их основе лежали взаимное признание территориальной целостности, отказ от территориальных претензий, делимитация и демаркация границы, открытие коммуникаций и установление межгосударственных отношений. Это была принципиально новая рамка: не обсуждение «статуса», не возвращение к Минской группе, не бесконечное посредничество ради процесса, а конкретный мирный договор между двумя государствами.

Тем самым Баку лишил армянскую политику привычного пространства для маневра. Армения могла либо принять реальность и начать адаптацию к ней, либо остаться в прошлом и снова столкнуться с последствиями собственной иллюзорной политики. Пашинян, независимо от его мотивов, вынужден был встроиться именно в эту логику. Его мирная повестка стала возможной не потому, что армянская политическая система внезапно изменилась сама по себе, а потому, что Азербайджан изменил баланс сил в регионе и создал условия, при которых прежняя политика потеряла практический смысл.

Показательно, что после выборов Пашинян заявил: армянский народ проголосовал за мир, региональное развитие и сотрудничество. Он также выразил надежду на позитивный отклик со стороны Азербайджана и Турции и подчеркнул необходимость институционализировать мир между Арменией и Азербайджаном. Это признание крайне важно. Оно означает, что мирная повестка перестает быть временной тактической линией и должна перейти в форму институтов, договоров, границ, коммуникаций и юридических обязательств.

Однако победа Пашиняна сама по себе еще не является миром. Она лишь создает политическую возможность для завершения процесса. Теперь Ереван должен доказать, что его заявления не являются очередной попыткой выиграть время, переложить ответственность на оппозицию или использовать внутреннюю борьбу как оправдание для затягивания решений.

Первое ожидание Азербайджана после выборов: полная ликвидация всех элементов, структур и остаточных институтов, связанных с карабахской тематикой в Армении. После восстановления территориальной целостности Азербайджана любые подобные структуры являются не просто анахронизмом, а прямым политическим раздражителем. Их существование означает сохранение параллельной повестки, которая противоречит духу мирного процесса и фактически поддерживает иллюзию возможного возвращения к прежнему конфликту.

Второе ожидание касается так называемых «карабахских представительств» и структур за рубежом, в России, Франции, США и других странах. Если Армения действительно признает территориальную целостность Азербайджана, она не может одновременно закрывать глаза на деятельность организаций, которые продолжают продвигать сепаратистскую повестку.

Мирный договор невозможен в условиях, когда одно государство официально говорит о признании границ, но при этом связанные с прежним конфликтом структуры продолжают действовать в международном пространстве, формируя политическое давление и поддерживая реваншистские настроения.

Третье и ключевое ожидание — изменение Конституции Армении. Для Азербайджана это не формальность и не внутриполитическая прихоть. Это вопрос юридической чистоты будущего мирного договора. Если в конституционной и правовой системе Армении сохраняются положения, прямо или косвенно связанные с территориальными претензиями к Азербайджану, то любой подписанный документ будет уязвимым. Он может быть поставлен под сомнение будущими политическими силами, использован оппозицией или заблокирован через внутренние правовые механизмы.

Именно поэтому референдум и принятие новой Конституции должны стать не отложенной перспективой, а практическим шагом в ближайшей политической повестке Еревана. Пашинян получил электоральный мандат. Теперь этот мандат должен быть использован не для очередной риторики о мире, а для юридического завершения эпохи территориальных претензий.

При этом нельзя игнорировать и внутреннюю ситуацию в Армении. Оппозиционные силы, прошедшие в парламент, сохраняют заметное влияние. Самвел Карапетян, Роберт Кочарян, Гагик Царукян и связанные с ними политические группы будут пытаться использовать социальное недовольство, страхи перед Турцией и Азербайджаном, а также пророссийские настроения для давления на правительство. Сам Пашинян уже назвал эти силы представителями «криминально-олигархической системы» и фактически обозначил их как партию войны. Это говорит о том, что внутриполитическая борьба в Армении после выборов не закончится, а, вероятно, станет еще жестче.

Вот потому Баку должен оценивать не заявления, а действия. Победа Пашиняна важна только в той мере, в какой она приближает подписание мирного договора, открытие коммуникаций, нормализацию границ и устранение всех юридических препятствий. Если же Ереван попытается использовать результаты выборов как аргумент для затягивания процесса, это будет означать не укрепление мира, а очередной раунд политической имитации.

Важным элементом новой реальности является и региональная экономика. После Вашингтонской встречи были созданы дополнительные возможности для продвижения транспортной и транзитной повестки. Для Армении это имеет принципиальное значение: страна десятилетиями жила в условиях самоизоляции, во многом ставшей результатом собственной политики оккупации. Открытие коммуникаций, создание транзитных возможностей, развитие торговли без посредников и участие в региональных проектах могут дать Армении то, чего ей не обеспечили ни реваншистская риторика, ни ставка на внешних покровителей, ни конфронтация с соседями.

С этой точки зрения политика Ильхама Алиева не только изменила военный и дипломатический баланс, но и предложила Армении новую модель существования в регионе. Это модель, в которой безопасность достигается не за счет оккупации чужих территорий, а за счет признания границ; развитие — не через блокаду и конфронтацию, а через коммуникации; суверенитет — не через зависимость от внешних центров силы, а через нормальные отношения с соседями.

Итоги выборов в Армении показывают, что значительная часть армянского общества начинает понимать эту реальность. Не обязательно из симпатии к Азербайджану. Скорее из осознания того, что прежний путь привел страну к поражению, изоляции, демографическому истощению, экономической зависимости и политическому кризису. Мир с Азербайджаном становится для Армении не жестом доброй воли, а условием восстановления собственной государственности.

Исходя из всего вышеизложенного, нынешние выборы можно назвать рубежными. Они не закрывают все вопросы, но показывают направление. Армения получила шанс окончательно выйти из тени карабахского конфликта. Азербайджан, в свою очередь, получил дополнительное подтверждение правильности своей стратегии: сначала восстановление справедливости и территориальной целостности, затем предложение мира, затем принуждение политической реальности к юридическому оформлению.

Теперь очередь за Ереваном. Если Пашинян действительно намерен институционализировать мир, он должен пройти весь путь до конца: ликвидировать остаточные карабахские структуры, добиться прекращения деятельности сепаратистских представительств за рубежом, вынести на референдум новую Конституцию, исключить любые территориальные претензии к Азербайджану и подписать мирный договор.

Только после этого можно будет говорить, что армянские выборы стали не просто победой одной партии, а началом новой страницы для всего Южного Кавказа. Пока же это прежде всего политический аванс, выданный армянским обществом курсу на мир. И Баку вправе ожидать, что этот аванс будет подтвержден конкретными решениями, а не очередными заявлениями.

• Алиев заявил о высокой репутации Азербайджана в мире
• Болгарская делегация посетила стратегический промышленный объект в Сумгайыте
• Назарбаев поздравил Азербайджан с Днем независимости и Гурбан байрамы