После 20 лет молчания сын погибшего главы МВД Азербайджана рассказал о своем отце

Идя на встречу с этим человеком, молчавшим ровно 20 лет, я невольно подумал о том, что цифра 20 имеет какое-то зловещее значение для азербайджанского народа. В 1920 году Азербайджанская Демократическая Республика была оккупирована войсками Советской России; 20 января 1990 года – «Черный январь»; 20 ноября 1991 года – трагедия над Гаракендом…

20 лет назад, 20 ноября 1991 года произошло одно из самых трагических событий в жизни независимого Азербайджана. В 14.42 по местному времени близ села Гаракенд Ходжавендского района НКАО был сбит вертолет Ми-8, на борту которого находилось 22 человека, включая членов экипажа. Погибли видные государственные деятели, направлявшиеся в регион для ознакомления с ситуацией в зоне конфликта. Ответственность за теракт, совершенный 20 ноября 1991, непосредственно несут вооруженные современным оружием группы армянских сепаратистов. В сбитом вертолете МИ-8, находились:

Асадов Магомед — экс-министр внутренних дел Азербайджана, на тот момент – Госсоветник по вопросам обороны:

Исмаилов Тофиг — государственный секретарь Азербайджана;

Мамедов Рафиг — помощник госсекретаря;

Гаджиев Зульфи — вице-премьер;

Гаибов Исмет — генеральный прокурор Азербайджана;

Мирзоев Осман — заведующий отделом аппарата президента Азербайджана;

Намазалиев Гурбан — первый заместитель министра мелиорации и водного хозяйства Азербайджана;

Жинкин Николай Владимирович — заместитель командующего Закавказским округом внутренних войск и военный комендант Нагорно-Карабахской автономной области;

Иванов Сергей Семенович — начальник отдела Управления МНБ по НКАО;

Ковалёв Владимир Владимирович — генерал-майор, Начальник управления внутренних дел НКАО;

Плавский Игорь Александрович — прокурор НКАО;

Лукашов Михаил Дмитриевич — генерал-майор милиции;

Сериков Санлал Дасумович — генерал-майор заместитель министра внутренних дел Казахстана;

Кочерев Олег Николаевич — подполковник;

Джафаров Вагиф — депутат;

Мамедов Вели — депутат;

Гусейнзаде Ариф — осветитель АзТВ;

Мустафаев Алы — тележурналист;

Шахбазов Фахраддин — видеооператор;

Котов Вячеслав Владимирович — майор командир экипажа вертолёта;

Домов Геннадий Владимирович — член экипажа вертолёта;

Яровенко Дмитрий Борисович — член экипажа вертолёта.

...К сожалению, о великих Сынах Азербайджанского народа, которые отдали свои жизни во имя нашей Родины, в стране вспоминают лишь в преддверии очередной годовщины трагедии, случившейся 20 ноября 1991 года. И в этом, надо признать, немалая доля вины лежит на нас, журналистах. Ведь кто, как не мы, постоянно должны рассказывать современной азербайджанской молодежи о патриотах своего народа Исмете Гаибове, Магомеде Асадове, Османе Мирзоеве, Алы Мустафаеве и других, погибших в тот роковой день?

Я не случайно отметил, что человек, с которым мне предстояло встретиться, молчал все эти годы. Он не желал показывать окружающим боль от утраты самого близкого ему человека, поскольку это глубоко личное. Речь идет о Натиге Асадове - сыне экс-министра внутренних дел Азербайджанской Республики Магомеда Асадова, того самого, одно имя которого наводило ужас на армянских сепаратистов в Нагорном Карабахе, трагически погибшем 20 ноября 1991 года в небе над Гаракендом.

- В 1991 году Вам было 20 лет. Каким Вам запомнился отец?

- Отец был строгим, очень грамотным, умным, внимательным человеком, при этом, объективным, целеустремленным. Где бы он ни работал, он старался лично все контролировать, чтобы поставленные им задачи обязательно выполнялись. В семье он был веселым, общительным, добродушным. Именно таким он мне и запомнился.

- Когда Вы его видели в последний раз?

- 18 или 19 ноября. Это был как раз тот редкий случай, когда отец был дома. Он сообщил, что собирается в НКАО.

- Говорят, что сердце чувствует беду, которая может произойти с близким человеком. Накануне трагедии у вас были какие-то нехорошие предчувствия?

- Нет, предчувствия беды непосредственной накануне 20 ноября у меня не было. Дело в том, что отец последние полтора-два года до своей гибели практически постоянно находился в зоне конфликта, ежеминутно рискуя жизнью. Мы понимали, что он может погибнуть в любую минуту, так как опасность поджидала его на каждом углу.

- Делился ли он со своими домочадцами своими переживаниями и тем, что он видел в Нагорном Карабахе?

- Отец рассказывал, что в НКАО сложилась очень тяжелая ситуация, однако он свято верил, что, в конце концов, все нормализуется. Он верил в людей, с которыми работал, верил в азербайджанский народ. До ноября 1991 года армянским сепаратистам не удалось захватить ни один город, ни одно азербайджанское село. Наоборот, в Шамкирском и Гейгельском районах проводились активные операции по ликвидации засевших в азербайджанских селах армянских боевиков. Вспомните хотя бы Чайкендкую операцию.
Это была самая успешная операция в новейшей истории Азербайджана, в результате которой было уничтожено самое сильное бандформирование армян. Без проведения данной операции территории от Гянджи до Евлахского района находились бы в опасности оккупации.

- Как Вы узнали о гибели отца?

- Нам сообщили о гибели пассажиров вертолета, в котором находился и мой отец, к вечеру 20 ноября. В тот же день я выехал в Агдамский район, а 21 утром выехал на место трагедии.

- Как Вы считаете, насколько целесообразно было прекращать уголовное дело по факту гибели пассажиров МИ-8 в небе над Гаракендом по причине «нахождения территории, на которой произошла трагедия, под оккупацией»?

- Это результаты необъективного расследования. Самая удобная причина для приостановления следствия той трагедии – это оккупация тех территорий армянскими вооруженными формированиями. Считаю, что руководители правоохранительных органов Азербайджана того времени отдали свои жизни за независимость и территориальную целостность Азербайджана, и все, кто сегодня находятся на высоких должностях в правоохранительных органах, должны стремиться к тому, чтобы до конца и честно разобраться в случившейся 20 лет назад трагедии.

- Вы выбрали карьеру правоохранителя под влиянием отца?

- Отец одобрил мой выбор, когда я сам поступил на юрфак Ленинградского госуниверситета. У меня всегда было желание работать в органах прокуратуры.

- Если бы Вас назначили следователем по делу о крушении вертолета над Гаракендом, с чего бы Вы сами начали расследование?

- Я не знаком со всеми материалами уголовного дела, поэтому мне трудно сказать, с чего бы я начал. Но я считаю, что следователь, который расследует дела такого характера, должен быть человеком с большой буквы, личность. Но, увы......

- Человек, занимающий пост министра внутренних дел страны, не должен постоянно находиться в зоне конфликта. Во время активных военных действий у Магомеда Асадова не возникало желания бросить все, вернуться в Баку, и из теплого и безопасного кабинета руководить своими подчиненными в охваченном сепаратизмом Карабахе?

- Нет, я знаю точно, что даже подобной мысли у него не возникало. В то нелегкое время мой отец постоянно находился в зоне конфликта, а не отсиживался в кабинетах. Нужно было знать отца, он слишком близко к сердцу принимал трагедию азербайджанского народа в Карабахе. Он привык самолично решать самые трудные вопросы, руководить операциями в зоне конфликта, переживал, когда совершались вооруженные нападения армянских сепаратистов на мирное азербайджанское население и на личный состав МВД.

- Огромная заслуга Магомеда Асадова заключается в том, что именно благодаря его стараниям в структуре МВД Азербайджана начал создаваться ОМОН…

- Заслуга отца также в том, что благодаря его стараниям впервые в системе МВД СССР личному составу азербайджанской милиции было роздано автоматическое оружие. Ведь до этого милицейские были вооружены лишь табельными оружием - пистолетами, которые были бесполезны при столкновениях с хорошо вооруженными отрядами армянских сепаратистов. Тогда у Азербайджана не было Министерства обороны, и фактически его функции выполняло МВД – милиционеры и омоновцы, многие из которых отдали свои жизни ради независимости и территориальной целостности страны.

- Говорят, что время лечит все раны. Залечили ли эти 20 лет в Вас боль потери близкого человека?

- Нет, я до сих пор чувствую эту боль, которую время вряд ли излечит, чувствую эту утрату как для себя, но я бы сказал, больше для страны и народа. Если бы мой отец был жив, думаю, не было бы тех потрясений, невольными свидетелями которых стал наш народ.

- У вас есть дети?

- Да, у меня сын и дочка.

- Сына назвали в честь отца?

- Нет, в честь отца сына назвал мой брат.

- Уверены, что маленький Магомед Асадов станет достойным продолжателем дела своего знаменитого дела.

- Дай Бог. В заключение хочу отметить, что азербайджанская молодежь, живущая в независимом Азербайджане, должна знать историю своего государства, какой ценой досталась эта независимость, быть в курсе событий в новейшей истории, в частности, о трагедии 20 ноября 1991 года. Государство, в частности, правоохранительные органы, должны разобраться и дать правовую оценку той трагедии.

Бахрам Батыев

• Ильхам Алиев направил обращение участникам международной конференции, проходящей в Шуше
• Спецпосланники Нидерландов посетят Азербайджан в рамках Бакинской энергетической недели
• Бочоришвили: долгосрочный мир станет важным шагом для Южного Кавказа