Зачем перед смертью Брежнев решил посетить Баку?

В брежневское время борьба между национальными кадрами обострилась – тогда решалось, какой из кланов будет определять внутреннюю политику страны (внешняя политика традиционно была отдана на откуп русским). К 1970-м окончательно стало ясно, что на первый план вышел грузинско-армянский клан. В противовес ему часть русско-украинской элиты решила поставить на советский мусульманский мир. Об этом Vesti.Az передает со ссылкой на newsland.ru.

Национализм был по-настоящему козырной картой в руках закавказских элит. Ловко манипулируя этой проблемой, они держали Москву «на крючке», выбивая тем самым из неё различные преференции. Так, «глазами и ушами» Москвы традиционно в национальных республиках всегда были вторые секретари и председатели КГБ, назначаемые в основном из славян. Так было во всех республиках, кроме трёх прибалтийских и двух закавказских: Грузии и Армении.

В Армении в 1954-72 годах председателем КГБ был Г.Бадамянц, в 1978-88 годах – М.Юзбашян. Рекорд Бадамянца по длительности правления побил в СССР только один человек – грузин А.Инаури, который просидел в кресле председателя КГБ Грузии 34 года (1954-1988 годы). Для примера: в Узбекистане за период правления Рашидова (24 года) сменилось 6 главных чекистов, причём только один, последний, был из местных, но опять же не узбек, а армянин.

Между тем, в СССР не было более диссидентского КГБ, чем армянский. Так, в клубе КГБ Армянской ССР на углу Налбандяна и Ханджяна демонстрировался полный спектр недоступных для широкого просмотра в СССР фильмов. Показывались в клубе даже эротика, фильмы ужасов и концерты западных рок-групп. И в реальной жизни армяне демонстрировали особое отношение к центральной власти – в 1977 году местные националисты сожгли огромный портрет Брежнева, висящий в центре города, и в том же году в Москву приехали армянские террористы, чтобы взорвать три бомбы, убившие почти 30 человек.

В 1972 году к власти в Грузии был приведён выходец из МВД Шеварднадзе. Субсидии из центра потекли в республику ещё обильнее. В результате к началу 1980-х Грузия на 60% дотировалась из федерального бюджета. В грузинскую социальную сферу вкачивалось на душу населения в 15 раз больше средств, чем в РСФСР. В результате уровень жизни в республике втрое превышал союзный уровень. Доля рабочего класса в Грузии была наименьше среди всех субъектов Союза – всего 2%.

В культурной сфере Грузия также получила почти полную автономию. К примеру, при Шеварднадзе грузины отказались направлять во ВГИК своих студентов, мотивируя это тем, что в Москве им привьют имперские замашки. В итоге Москва разрешила грузинским студентам учиться в Тбилиси, где был открыт филиал ВГИКа. А в 1978 году грузины потребовали убрать из местной конституции утверждение русского языка в качестве государственного (по мнению митингующих им должен был быть только грузинский). Наказаний за этот митинг никто не понёс, наоборот, осенью того же 1978 года Шеварднадзе сделали кандидатом в члены Политбюро.

В 1970-е армяне и грузины возглавили «мозговые штабы» советской партхозноменклатуры. Во Всесоюзном институте системных исследований (ВИСИ) властвовал грузин Джармен Гвишиани – выдвиженец Берии и супруг единственной дочери советского премьера Косыгина. Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) возглавил армянин А.Арзуманян, женатый на сестре другого влиятельного советского политика – Анастаса Микояна. Кстати, через оба института прошли многие будущие «реформаторы» – к примеру, Е.Гайдар, проработавший несколько лет в ВИСИ.

Параллельно с этим грузины и армяне занимали и другие ведущие посты в СССР. Тенгиз Ментешашвили (сподвижник Шеварднадзе и бывший секретарь Тбилисского горкома) был назначен секретарем Президиума Верховного Совета СССР (вместо умершего опять же грузина М.Георгадзе, который просидел на этом посту 25 лет). А одним из ближайших помощников председателя КГБ Андропова стал карабахский армянин Георгий Шахназаров.

Следует отметить и другой парадокс: несмотря на то, что Грузия считалась одной из самых националистических республик, она была и самой «коммунистической нацией». Так, в 1982 году из 10 тысяч грузин 862 были членами КПСС. По этому показателю они значительно опережали русских (774) и белорусов (702), и оставляя далеко позади туркмен и таджиков (320 и 286 соответственно).

В конце 1970-х часть русско-украинской партхозэлиты (их потом будет принято называть «державниками» в противовес андроповским «либералам») поняли, что надо создавать противовес закавказским кланам, которые в ближайшее время могли бы подмять под себя власть. (Разумеется, о том, чтобы увеличить роль русских или белорусов, не шло. Вспомним, что со времён основания СССР основным стержнем внутренней политики была борьба с «русским шовинизмом»; когда мы пишем «русско-украинская партхозэлита», то это всего лишь напоминание об их корнях, на самом деле она была вненациональна. А под «державниками» более правильно понимать «имперцев»).

Этой группой ставка была сделана на мусульманский мир СССР. Ситуация осложнилась с приходом к власти в Иране в 1979 году Хомейни, а в 1980-м – с вводом советских войск в Афганистан. Часть верхушки СССР была озабочена возможным проникновением радикального ислама в СССР. Ещё в 1969 году руководитель республиканского КГБ возглавил Азербайджан – Гейдар Алиев. Для СССР того времени это было немыслимо – ещё в конце 1950-х партхозэлитой было принято решение о недопущении чекистов во власть. Но для Азербайджана было сделано исключение – республика рассматривалась как противовес растущему влиянию Армении. Позднее Г.Алиев был введён в Политбюро, а также назначен замом председателя союзного Совмина.

Перелом в отношениях Центра и среднеазиатских республик мог наступить в самом конце эры Брежнева. Буквально накануне своей смерти (за семь месяцев до неё) Брежнев внезапно отправился в Узбекистан, где собрал всех руководителей среднеазиатского региона. А буквально за полтора месяца до ухода в мир иной Брежнев посетил ещё одну мусульманскую республику – Азербайджан. Учитывая, что лидер страны в то время буквально дышал на ладан, и каждая такая поездка стоила ему большого напряжения сил, зададимся вопросом: чем были вызваны эти вояжи (последние в жизни генсека)? Не было ли это связано с желанием Брежнева и его сторонников, наконец, опереться на мусульманский центр силы, вместо прежнего – кавказского? Не понял ли престарелый генсек на закате своей жизни, что именно мусульманство может стать одной из главных скреп для советского государства.

После смерти Брежнева первым делом его преемника Андропова стал разгром национальных кадров Узбекистана (т.н. «хлопковое дело»). Но по идее ведь напрашивалась ликвидация наиболее одиозных полукриминальных режимов – в Грузии и Армении.

В итоге именно Грузия, Армения (войной в Карабахе и оккупацией азербайджанской территории), а также три прибалтийские республики выступили могильщиками Советского Союза.

Б.Б.

• Ильхам Алиев подписал указ о создании Агентства национальной кибербезопасности
• В Азербайджане отмечается 28 Мая – День Независимости
• Фарид Шафиев: Азербайджан является автором новой геополитической реальности