«Тарасовские мифы» об Азербайджане зашли в тупик

Станислав Тарасов в рамках рубрики «Тарасовские мифы об Азербайджане» опубликовал свою седьмую статью под названием «Как большевики и кемалисты делили Закавказье». Оставаясь верными нашей традиции, в начале нашего ответа мы знакомим читателей, так сказать, с кратким содержанием предыдущих серий (то, чего не делает наш сердобольный оппонент):

http://regnum.ru/news/1426214.html
http://aze.az/news_stanislav_tarasov_ostavil_62441.html
http://regnum.ru/news/1426941.html
http://vesti.az/news.php?id=83628
http://regnum.ru/news/1427150.html
http://vesti.az/news.php?id=83686 /a>
http://regnum.ru/news/1427484.html
http://regnum.ru/news/1428130.html
http://regnum.ru/news/1428477.html
http://vesti.az/news.php?id=84176
http://www.regnum.ru/news/polit/1429045.html
http://vesti.az/news.php?id=84368

В своем пятом очерке Тарасов вновь выражает свое беспокойство по поводу «затерявшегося» Aкта Азербайджана от 1 декабря 1920 года «о добровольном отказе от спорных провинций и передаче Советской Армении Зангезура, Нахичевани, Нагорного Карабаха». В своем убеждении, что этот акт должен где-то существовать, он исходит из сообщения в газете «Известия» от 4 декабря, в котором говорится следующее: «Народный комиссар по делам национальностей И. В. Сталин о победе Советской власти в Армении. Опубликовано 4 декабря 1920 года. Да здравствует Советская Армения! Армения, измученная и многострадальная, отданная милостью Антанты и дашнаков на голод, разорение и беженство, – эта обманутая всеми «друзьями» Армения ныне обрела свое избавление в том, что объявила себя советской страной... 1 декабря Советский Азербайджан добровольно отказывается от спорных провинций и декларирует передачу Советской Армении Зангезура, Нахичевани, Нагорного Карабаха» (См.: «Известия». № 273 (1120) от 4 декабря 1920 года).

При этом Тарасов советует бакинским историкам «плясать именно от этой печки, а не пытаться подменять полемику по существу и уводить разговор в сторону». Одновременно с этой рекомендацией Тарасов перефразирует известную русскую поговорку «им про Фому, а они про Ерему», заменив их на И.Сталина и Н.Нариманова.

Надеемся, вторая часть статьи д.и.н., профессора Джамиля Гасанлы позволит Тарасову понять, почему «плясать» следует все-таки от наримановской «печки», а не сталинской, а заодно уяснить для себя, почему не было и не могло быть никакого акта о «добровольном отказе от спорных провинций и передаче Советской Армении Зангезура, Нахичевани, Нагорного Карабаха».

Кратко напомним, что в сообщении от 4 декабря, опубликованном в газете «Известия», И.Сталин отталкивался не от Декларации Азревкома от 1 декабря, а от телеграммы, которую ему и В.И.Ленину 2 декабря направил Г.Орджоникидзе. В телеграмме говорилось: «Азербайджан вчера уже декларировал в пользу Советской Армении передачу Нахичевани, Зангезура и Нагорного Карабаха» (См.: Сообщение Г.Орджоникидзе В.Ленину и И.Сталину. 02.12.1920 г. // Российский государственный архив социально-политической истории (бывший ЦПА при ЦК КПСС; далее – РГАСПИ), ф.85, оп.14, д.33, л.20).

Накануне тот же Г.Орджоникидзе отправил Б.Леграну и Г.Чичерину шифрованную телеграмму аналогичного содержания: «Азербайджан уже откликнулся и передал Советской Армении Нахчивань, Зангезур и Нагорный Карабах» (См.: Шифрованная телеграмма Г.Орджоникидзе Б.Леграну и Г.Чичерину. 01.12.1920 // РГАСПИ, ф.85, оп.14, д.33, л.12).

Однако все дело в том, что автор этих телеграмм исказил содержание Декларции Азревкома. И дальше, как говорится, пошло-поехало. Чтобы позволить Тарасову и читателям еще шире ознакомиться с событиями тех дней, переместимся на месяц раньше даты издания Декларации. Четвертого ноября, когда полным ходом шла турецко-армянская война (3 сентября - 2 декабря) и Кязим Карабекир сильно теснил армянскую армию, в Баку состоялось совместное заседании Политбюро ЦК АКП(б) и Кавбюро ЦК РКП(б), на котором присутствовали также И.Сталин и Г.Орджоникидзе. На заседании обсуждался проект российско-армянского договора, составленного еще 28 октября и в 4-м пункте которого говорилось: «Ст. 4. Россия признает безусловно входящими в состав государства Армении нижеследующие губернии и области бывшей Российской империи: Эриванскую и Карскую со всеми составляющими их уездами и округами, за исключением Нахичеванского уезда, а также южную часть Казахского уезда Елизаветпольской губернии - с городами Каравансарай и Дилижан. Государственная принадлежность спорных между Арменией и Азербайджаном областей – так называемых Карабаха, Зангезурского и Нахичеванского уездов – при отсутствии непосредственного соглашения определяется референдумом» (См.: Станислав Тарасов: «Карабах – проблема с историческим продолжением». http://regnum.ru/news/1427150.html).

На этом заседании был заслушан доклад Б.Леграна о положении в Армении и решено, что «статья с предложением о передаче Нахичевани и Зангезура Армении, не выгодна ни с политической, ни стратегической стороны» (См.: Протокол № 4 совместного заседания ЦК АКП(б) и Кавбюро. 04.11.1920 г. // Архив политических документов при Управделами президента Азербайджанской Республики (далее – АПД УДП АР), ф.1, оп.1, д.22, л.20). В пункте «б» этого решения, касающегося проекта российско-армянского договора, отмечалось: «Одновременно сообщить мнение Политбюро, что предложенный в договоре пункт о передаче Армении Нахичевани и Зангезура не выгоден ни в политическом, ни в стратегическом отношении и может быть произведен лишь в крайнем случае». В пункте «г» Н.Нариманову поручалось составить обоснование мнения Политбюро о Нахчыване и Зангезуре (См.: Протокол № 4 совместного заседания ЦК АКП(б) и Кавбюро. 04.11.1920 г. // АПД УДП АР, ф.1, оп.1, д.22, л.20).

Таким образом, еще за месяц до советизации Армении Политбюро ЦК АКП(б) и Кавбюро ЦК РКП(б) отвергли возможность передачи Зангезура и Нахчывана Армении. Как видим, Карабах и вовсе не обсуждался, так как он и не рассматривался как «спорная» территория.

Казалось бы, все улеглось для Азербайджана, и ему удалось отстоять целостность своей территории. Однако драматические события, положившие начало постепенной передаче азербайджанских земель Армении, начались спустя пару недель после совместного заседания Политбюро ЦК АКП(б) и Кавбюро ЦК РКП(б) 4 ноября. Возвращаясь из Баку в Москву, И.Сталин сделал остановку в Ростове-на-Дону, откуда связался по прямому проводу с В.И.Лениным и сообщил ему, что Г.Орджоникидзе предложил передать Зангезур Армении, чтобы отрезать Турцию от Азербайджана. Ссылаясь на Г.Орджоникидзе, И.Сталин сказал В.Ленину, что в новых условиях опасность заключается в стремлении турок к наличию общей границы с Азербайджаном, чего нельзя допускать (См.: Разговор И.Сталина по прямому проводу с В.Ленином. 23.11.1920 г.// АВП РФ, ф.04, оп.39, папка 232, д.52987, л.47).

И это несмотря на то, что 4 ноября передача Зангезура и Нахчывана Армении было признано нецелесообразным ни с политической, ни со стратегической точек зрения. Вероятно, после известного совместного заседания и до отбытия И.Сталина из Баку между ним и Г.Орджоникидзе состоялся разговор на эту тему, о подробностях которого нарком решил поставить в известность вождя. Этим и объясняется, почему турки рассматривали планируемый российско-армянский договор, а также дружеские отношение между ними после советизации Армении как щит на пути Турции к мусульманским народам Кавказа (См.: Письмо Б.Леграна Г.Чичерину. 22.12.1920 г. // РГАСПИ, ф.5, оп.1, д.212733, л.5).

С началом советизации Армении в Баку 30 ноября состоялось еще одно заседание ЦК АКП(б), на котором, вопреки решению совместного заседания Политбюро ЦК АКП(б) и Кавбюро ЦК РКП(б) от 4 ноября и под влиянием аргумента Г.Орджоникидзе о необходимости уничтожения географического «моста» между Турцией и Азербайджаном, было решено о передаче Зангезура Армении (о давлении Г.Орджоникидзе пишет с своей работе Йорг Баберовский – см.: Йорг Баберовски. «Враг есть везде. Сталинизм на Кавказе». М., 2010, с.276). На этом заседании речь шла только о Зангезуре. Нахчыван и Карабах на заседании вообще не затрагивались. Может быть неслучайно в своей радиограмме, отправленной два дня спустя на имя Г.Орджоникидзе, Б.Легран говорит только о включении Зангезура в состав провозглашенной Армянской ССР (См.: Радиограмма Б.Леграна Г.Орджоникидзе. 02.12.1920 г. // РГАСПИ, ф.85, оп.14, д.33, л.16).

Несмотря на решение от 30 ноября, на следующий день, 1 декабря была подготовлена и зачитана Н.Наримановым Декларация Азревкома, в которой, наряду с Зангезуром, теперь значился и Нахчыван. В декларации, опубликованной 2 декабря в газете «Коммунист», говорилось: «Советский Азербайджан, идя навстречу борьбе братского армянского трудового народа против власти дашнаков, проливающих и проливавших невинную кровь наших лучших товарищей коммунистов в пределах Армении и Зангезура, объявляет, что отныне никакие территориальные вопросы не могут стать причиной взаимного кровопускания двух вековых соседних народов: армян и мусульман; территории Зангезурского и Нахичеванского уездов являются нераздельной частью Советской Армении; трудовому крестьянству Нагорного Карабаха предоставляется полное право самоопределения; все военные действия в пределах Зангезура приостанавливаются, а войска Советского Азербайджана выводятся» (См.: «Коммунист», 1920, 2 декабря; выделено нами).

Таким образом, большевики, исходя из идеологических и геополитических соображений и не принимая во внимание этнический состав Зангезура, населенного преимущественного азербайджанцами, отдали Зангезур Армении. Этим они преследовали две цели: идеологическую – заручиться симпатиями армян и внести раскол в ряды дашнаков, и геополитическую – отрезать связь Турции с тюркским Востоком. Нахчыван же был в последнюю минуту включен в Декларацию из тактических соображений, в первую очередь, идеологического характера – заручиться поддержкой Советской власти со стороны населения Армении. В действительности, как выяснится позднее из секретного послания И.Сталина Г.Чичерину от 6 марта 1921 года, никто и не собирался отдавать Нахчыван Армении. Как уже отмечалось в нашей предыдущей статье, Нахчыван оставался бесспорной территорией, и окончательное слово о его статусе в преддверии заключения Московского договора (16 марта 1921 года) оставлялось за Азербайджаном (См.: РГАСПИ, ф. 558, оп. 1, ед.хр. 824, л. 8).

Чтo же касается Нагорного Карабаха, то по Декларации ему предоставлялось право на самоопределение.

Однако затем начались известные странности. В день оглашения Н.Наримановым Декларации Азревкома Г.Орджоникидзе сперва связался по прямому проводу с А.Назаретяном и точно процитировал формулировки из Декларации: «Сегодня в Баку было торжественное заседание Совета, на котором Нариманов прочел Декларацию азербайджанского правительства с указанием, что нет больше границ между Советской Арменией и Азербайджаном, с сегодняшнего дня территория Зангезурского и Нахичеванского уездов стала неделимой частью Советской Армении, армянам Нагорного Карабаха предоставляется право самоопределиться. Богатство Азербайджана – нефть и керосин – является достоянием обеих союзных республик» (См.: Разговор А.М.Назаретяна и Г.К.Орджоникидзе по прямому проводу. 01.12.1920 г. // РГАСПИ, ф.85, оп.14, д.37, л.1).

Во время этого разговора с Орджоникидзе А.М.Назаретян, пребывая в сильном возбуждении от этой информации, восторженно воскликнул: «Браво, азербайджанцы!» – кричать в прессе начнем». (Ibid).

Но затем в противоречие с текстом Декларации Азревкома, в которой говорилось лишь о самоопределении Нагорного Карабаха, Г.Орджоникидзе в тот же день отправил Б.Леграну и Г.Чичерину шифрованную телеграмму с иным содержанием: «Азербайджан уже откликнулся и передал Советской Армении Нахчивань, Зангезур и Нагорный Карабах» (См.: Шифрованная телеграмма Г.Орджоникидзе Б.Леграну и Г.Чичерину. 01.12.1920. // РГАСПИ, ф.85, оп.14, д.33, л.12).

На следующий день, 2 декабря он отправил в Москву на имя И.Сталина и В.Ленина сообщение примерно такого же содержания: «Азербайджан вчера уже декларировал в пользу Советской Армении передачу Нахичевани, Зангезура и Нагорного Карабаха» (См.: Сообщение Г.Орджоникидзе В.Ленину и И.Сталину. 02.12.1920. // РГАСПИ, ф.85, оп.14, д.33, л.20).

Примечательно, что месяц спустя, 4 января 1921 года член Армревкома Асканаз Мравян, основываясь на телеграмме, отправленной в Ереван непосредственно Н.Наримановым и М.Д.Гусейновым с текстом Декларации, корректно сообщил армянскому представителю в Москве Сааку Тер-Габриеляну, что Азербайджан объявил о присоединении Зангезура и Нахичевани и о референдуме в Нагорном Карабахе. (См.: От члена Армянского Революционного Комитета (А.Мравяна) представителю Советской Армении в Россию Тер-Габриеляну. 04.01.1921. // Архив Внешней Политики Российской Федерации, ф.04, оп.39, папка 232, д.53001, л.14).

Таким образом, Г.Орджоникидзе в декабре 1920 года неверно информировал руководителей ЦК РКП(б), после чего И.Сталин, основываясь на сообщении первого, исказившего текст Декларации, выступил с известным сообщением, опубликованным 4 декабря в газете «Известия». Именно от этой искаженной «печки» и пляшет нынче С.Тарасов, недоумевающий о местонахождении несуществующего «акта Азревкома о добровольном отказе от «спорных» Карабаха, Нахчывана и Зангезура». В какой степени «спорным» был Нахчыван и как Азербайджан «добровольно отказался» от него, стало ясно три месяца спустя накануне подписания Московского договора, когда Азербайджану дали возможность «подтвердить» упорно приписываемый ему сегодняшними историками «добровольный отказ» от своего Нахчывана. В какой степени «спорным» был Карабах и в какой мере готовым был Азербайджан «добровольно» отказаться от этой территории, станет ясно полгода спустя, в июне-июле 1921 года, когда руководители республиканского СНК вступят в бескомпромиссную борьбу против усилий армянский товарищей по одностороннему включению Нагорного Карабаха в состав Советской Армeнии.

Что же касается Зангезура, то увы, он под давлением Г.Орджоникидзе был принесен в жертву «высшим идеалам мировой революции». Как Армения 70 лет спустя «отблагодарила» Азербайджан за этот жест и что стало с азербайджанским этническим большинством региона, наши оппоненты, не сомневаемся, полностью в курсе.

Поэтому когда они недоумевают о местонахождении мифического акта, они должны учитывать все вышеизложенные обстоятельства. Азербайджан никогда не отказывался от Карабаха, Нахчыван был включен в Декларацию из тактических соображений временного характера, а судьбу Зангезура, увы, определили Г.Орджоникидзе и И.Сталин. Следовательно не могло быть в природе никакого акта Азревкома, и не стоит удивляться его отсутствию. Прежде чем обвинять азербайджанских историков в попытке «подменить полемику по существу и уводить ее в сторону», Тарасову, наверное, стоило бы внимательно изучить имевшиеся разночтения в документах, а в схеме «мы им про Сталина – они нам про Нариманова» – обратиться, как и подобает историку, к первоисточнику (самой Декларации), а не жертве испорченного телефона (сообщению И.Сталина) по вине Г.Орджоникидзе. Контент-анализ документов позволил бы ему понять, «где» следует искать «акт» и стоит ли его искать вообще.

Далее в своей статье С.Тарасов приводит текст телеграммы полпреда РСФСР в Ангоре П.Мдивани Наркоминделу РСФСР Г.Чичерину, в которой говорится о сомнениях турок в искренности намерений Москвы установить добрые отношения с кемалистами. «Сомнения эти у турок вызывают: объявление нашим представителем в Эривани от имени России о включении в пределы Армении Нахичевани, Зангезура и Карабаха, причем признание этого Азербайджаном приписывается тоже нашему влиянию». Ничего удивительного в этой цитате нет. После искажения Г.Орджоникидзе текста Декларации Азревкома и дальнейшего распространения этой ошибки вплоть до страниц газеты «Известия», которую турки, несомненно, отслеживали, подобное тиражирование ошибки уже не вызывало удивление. В то же время, Тарасов прав, отмечая, что проблема статуса Нахчывана, Зангезура и Карабаха в начале 1921 года инкорпорировалась турками в повестку дня своих отношений с Москвой.

Однако вся последующая часть его статьи вызвала у нас удивление, переходящее в забавное настроение. Прежде чем привести длинный список документов, он призвал своих оппонентов, то бишь нас с вами, «спорить не с Тарасовым, а с документами», чем поначалу сильно нас заинтриговал. Всё бы хорошо, если бы приведенные им документы имели хоть какое-то отношение к теме полемики. Поэтому мы не можем вступить в «спор» даже с этими документами, не задав вопрос: Станислав Николаевич, а какое отношение имеют эти документы к теме дискуссии? Вы забыли, о чем мы ведем дискуссию? Вопросы таковы:

1) входил ли Карабах в состав АДР или это было всего лишь ее «внутренним» решением?

2) можно ли без членства в Лиге Наций считать АДР признанной де юре, если ее на двусторонней основе признали 26 государств, 19 из которых открыли в Баку свои диппредставительства?

3) что имело место – «добровольный отказ» Советского Азербайджана от Карабаха, Нахчывана и Зангезура или искажения формулировок Декларации от 1 декабря?

4) был ли Карабах оставлен в пределах Азербайджана или передан ему Сталиным?

Просим Вас не отвлекаться и, выражаясь Вашими же словами, «не пытаться подменять полемику по существу и уводить нас в сторону». Давайте лучше по теме.

Рады продолжению полемики, но в рамках ее тематических границ. В случае продолжения публикации Вами абсолютно посторонних документов, будем считать нашу дискуссию завершенной.

Аждар Сираб
Vesti.Az

• Мировые СМИ: Баку стал глобальной площадкой обсуждения городов будущего-ФОТО
• Сахиба Гафарова приняла участие в 60-м заседании МПА СНГ
• Ильхам Алиев поздравил Евразийский национальный университет с 30-летием