Иран предупредил США о масштабном ответе в случае повторения атак с их стороны

Кувейт и Бахрейн сообщили об отражении воздушной атаки Ирана

Вэнс: согласование сделки между США и Ираном может занять месяцы

В Белфасте участники антимигрантских протестов поджигают автомобили и дома

Все новости

© 2004 - 2024 Все права защищены.

Политика

Главная
Политика

«Мы хотим, чтобы карабахский конфликт начал сдвигаться с мертвой точки, но не через арабский сценарий» - ЭКСКЛЮЗИВ

«Мы хотим, чтобы карабахский конфликт начал сдвигаться с мертвой точки, но не через арабский сценарий» - <font color=red>ЭКСКЛЮЗИВ </font>

3 марта 2011

11:47

Интервью Vesti.Az с доцентом кафедры культуры, мира и демократии UNESCO Российского Государственного Гуманитарного Университета (РГГУ), политологом, конфликтологом-международником Марией Гордеевой.

- Что стоит ожидать от трехсторонней встречи президентов России, Азербайджана и Армении 5 марта в Сочи?

- Думаю, что самое главное сейчас – увеличение доверия. Дело в том, что в этнических конфликтах, самых сложных, критерий доверия и уровень доверия, имеет прямое воплощение в процессе урегулирования конфликта. Также надо знать - сколько времени конфликт эскалируется, столько же времени понадобиться на его урегулирование. Поэтому любой шаг на пути к урегулированию имеет важное значение с точки зрения подготовки конкретных решений. Да, возможно, 5 марта ничего подобного мы не увидим, однако уровень доверия позволяет продвигаться в плане урегулирования конфликта.

Также надо отметить, что в нашем случае есть трехсторонний момент урегулирования. Есть Россия, которая стремится вернуться в конфликт в качестве медиатора.

Посредники, внешние и региональные отдельная тема разговора. После развала Советского Союза пересматривается вся доктрина посредничества. Посредничество ООН, хоть и записано в уставе организации, не может быть реализовано в полной мере, потому что это проблема взаимодействия на уровне суверенитетов. Есть межгосударственные конфликты, а есть межэтнические, внутренние, которые очень сложные и определенный набор инструментов в данном случае не может быть применен. И вот за последние 20 лет мы четко видим, как смещается акцент в сторону применения региональной медиации в конфликтах. И там где она не применяется, мы видим разрушительные последствия непродуманного и не выстроенного посредничества, которым и таковым назвать-то нельзя.

Что касается Нагорного Карабаха, то здесь мы видим взвешенное управление конфликтом и Россия пытается вернуться к роли активного посредника. Необходимо, чтобы посредник не только был сильным в позициях, но и нацелен на минимизацию своего прямого интереса.

Не стоит ожидать, что решить карабахский конфликт при посредничестве России удастся быстро. К примеру, в 90-х годах минувшего столетия все усилия посредника России в основном были дискредитированы вследствии внутрироссийской ситуации и групп влияния в самой России. Все это не просто подрывает доверие к посреднику, но и отбрасывает процесс урегулирования на предыдущие стадии.

- События на Ближнем Востоке могут оказать определенное воздействие на карабахский конфликт?

- В целом, мы можем говорить, исходя из здравого смысла. И нам бы не хотелось, чтобы Кавказ начал бурлить также, как и арабский мир. Да, мы хотим, чтобы карабахский конфликт начал сдвигаться с мертвой точки. Но не через арабский сценарий.

Карабахский территориальный конфликт очень болезненный вопрос. И в том числе для посредника России. У РФ тоже есть территории, которые она никогда бы не хотела признавать не своими. Поэтому она понимает, что это такое. Территориальный передел явление крайне сложное.

- В Армении состоялся митинг оппозиции. Вслед за людьми в арабских странах на улицы вышли рядовые армяне. Митинг, правда, пока что прошел мирно. Возможно ли в ближайшее время повторение арабских событий в Армении?

- Все зависит от внутриполитической ситуации в Армении. То, что происходит в арабских странах – это комплекс проблем. Если в Армении определенные силы получат американские деньги и им будет оказана американская поддержка, тогда все возможно. Однако, честно говоря, я пока не вижу прямой заинтересованности США во вливании денег и получении второй опорной точки. Есть уже одна опорная точка у американцев на Кавказе – Грузия. И если бы интересы США в регионе росли, то они бы стали расширять сферу своего влияния. Однако, как правило, здесь включаются геополитические схемы, когда создаются определенные точки влияния и ограничиваются одной страной.

- Позиция России как посредника, по-вашему, действительно нейтральна, или все же тяготеет больше к позициям одной из сторон конфликта?

- Я не верю в настоящих посредников по одной простой причине: посредничество – миссия очень сложная, финансово-затратная.

И наверное, тут мы наблюдаем ситуацию, которая называется: «разделяй и властвуй». Дело в том, что с точки зрения российской политики восстановление статуса регионального лидера – это главное. Все остальное будет подстраиваться под реализацию этой главной задачи.

С точки же зрения религиозного фактора Армения ближе. С другой стороны, прагматичная игра с Азербайджаном России очень нужна. И все, что происходит, обусловлено определенными выгодами, которые раскладываются и обсуждаются за закрытыми дверями, а потом представлены публике в том или ином свете.

Гамид Гамидов (Москва, Россия)