«Москва ведь не сразу давала «добро» карабахским армянам…»

Сегодня исполняется ровно 19 лет с того дня, как 6 января 1992 года «Верховный Совет НКР» принял так называемую декларацию «О государственной независимости Нагорно-Карабахской Республики». О событиях тех трагических для азербайджанского народа дней редакция Vesti.Az попросила рассказать политолога Расима Агаева, руководившего в то время пресс-службой президента Азербайджана.

- Какая ситуация была на тот момент в Азербайджане? Были ли у молодой республики силы для предотвращения этого антиконституционного акта армянских сепаратистов?

- Ситуация была очень тяжелая. К январю 1992 года Азербайджан столкнулся с очень большими трудностями, которые начались сразу же после провала путча ГКЧП в августе 1991 года. До августа 1991 года властям Азербайджана удавалось сдерживать атаки армянских бандформирований, и даже проводить операции по освобождению азербайджанских районов от незаконных вооруженных формирований армян. Это вызывало на Западе и в «демократизировавшейся» Москве волны протеста, мол, «нарушаются» права армянского населения. То есть, уже тогда нам пришлось столкнуться с практикой двойных стандартов. То, что азербайджанцев изгоняли со своих домов в Армении и в Нагорном Карабахе, избивали их, убивали – это демократы замалчивали, а стоило Азербайджану предпринять решительные меры в деле сохранения своей территориальной целостности, в наведении правопорядка на своей же территории, как сразу же в Москве и на Западе инициировались волны протеста.

После путча ГКЧП наступил короткий период двоевластия, когда Горбачев лихорадочности пытался сохранить остатки своей власти, а Ельцин практически вывел Россию из состава СССР. Армянские террористы воспользовались той суматохой, и повели широкомасштабное наступление по всей линии противостояния. Один за другим они сжигали азербайджанские села, заставляя мирное азербайджанское население спасаться бегством.

На мой взгляд, два фактора сыграли трагическую роль в этом деле: не оправдала себя ставка на союзный Центр и действия внутренних деструктивных сил. Такой деструктивной силой на тот момент являлся Народный фронт Азербайджана, который перетянул на свою сторону часть военных подразделений, и фактически, парализовал власть. В то время, когда азербайджанская армия вела достаточно успешные боевые операции, эти деструктивные силы выступали с резко антиазербайджанских позиций. Народный фронт понял, что союзной власти больше нет, и они могут захватить власть в Баку. А беда тогдашнего президента Азербайджана Аяза Муталлибова заключалась в его нерешительности и лояльности. Вот эти силы и привели к сдаче Шуши армянам. Я до сих пор уверен в том, что вина за сдачу Шуши целиком и полностью лежит на Эльчибее и его команде. Там ведь были его люди: Таир Алиев, Рагим Газиев, Фахмин Гаджиев. Делалось это исключительно для того, чтобы путем сдачи земель вызвать народный гнев, спихнуть президента Муталлибова и усесться в его кресло.

Попытки Муталлибова найти общий язык, консолидировать силы, ни к чему не привели. Вот в таких условиях карабахские сепаратисты и приняли «декларацию».

- Вы затронули вопрос оккупации Шуши. То есть, город можно было бы довольно успешно оборонять, если бы не предательство изнутри?

- Безусловно. И Шушу, и весь Карабах можно было бы сохранить, если бы не внутреннее предательство. Об этом же Таир Алиев открыто сказал на суде. Ему был задан вопрос: почему вы не пошли на помощь шушинцам? И что же он ответил: «не пошел и правильно сделал». Ведь его отряд стоял в нескольких километрах от Шуши и он мог при желании и спасти город, и даже выбить оттуда армян уже после захвата ими города.

Когда в тогдашнем Верховном Совете Азербайджана у Рагима Газиева спросили, сможет ли он удержать Шушу, он ответил, что если город падет, то он пустит себе пулю в лоб. Что же не пустил?

Почему Народный фронт эвакуировал из Шуши все гражданское население? Почему были выданы массовые увольнительные защитникам города? Таир Алиев и Этибар Мамедов лично разоружали защитников Лачина. Ведь это настоящее предательство, за которое полагается расстрел.

А теперь все пытаются свалить исключительно на Муталлибова. Да, у него были ошибки, но реальная власть в республике уже была в руках Народного фронта, который впоследствии бессовестно обманул все ожидания народа.

- Что Вы советовали предпринять президенту в такой ситуации?

- У президента были военные и политические советники. Но Азербайджан тогда пребывал в состоянии паралича власти. Реальный совет, который нужно было дать президенту, и которому он должен был внять, это уйти в отставку сразу же после провала путча ГКЧП, то есть, тогда, когда Народный фронт стал расшатывать устои государства. А я занимался исключительно вопросами информационной политики. К сожалению, практически все ближайшее окружение Муталлибова погибло в небе над Гаракендом в ноябре 1991 года.

- Закончить хотелось бы событиями января 1992 года. Как известно, «НКР» была провозглашена 2 сентября 1991 года, а «декларация о независимости» была принята лишь спустя четыре месяца. Говорит ли это о том, что карабахские сепаратисты колебались, надеясь, что смогут договориться с Баку?

- Не думаю, что они вообще рассчитывали договориться с Баку. Просто каждый свой шаг карабахские сепаратисты согласовывали со своими покровителями в Москве и на Западе. Это была военно-политическая игра, которая требовала согласования. Москва ведь не сразу давала «добро» армянам, ей было удобно тянуть с принятием решений, чтобы управлять участниками конфликта.

Бахрам Батыев

• SOCAR организовал поездку школьников из Ирпеня в Азербайджан
• Ильхам Алиев рассказал на WUF13 о древних памятниках Азербайджана
• МИД России выражает полную поддержку Азербайджану