«Признание Москвой «НКР» - это гарантированный всплеск заявлений украинских политиков…»

Своими мыслями о Карабахском конфликте, уходе России из Габалинской РЛС, участии Азербайджана в иранском вопросе поделился с Vesti.Az российский политолог, эксперт по международной политике, руководитель центра анализа международной политики Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Михаил Нейжмаков.

Карабах

Уходящий год не принес серьезных сдвигов в урегулировании Карабахского вопроса. Причины понятны. Одна из них - ротация власти в государствах-посредниках (в 2012 году президентские выборы прошли в России, Франции и США).

Другая (и, пожалуй, даже более важная) - вхождение в период «больших выборов» Армении, где в мае 2012 года прошли парламентские выборы, фактически перетекающие в президентскую кампанию (ведь 18 февраля 2013 года в там пройдет первый тур выборов главы государства). В этих условиях руководство Армении в любом случае не сможет пойти на уступки по карабахскому вопросу.

Но переговоры не могут быть результативными без определенных уступок с армянской стороны - по крайней мере, в вопросе о районах так называемого «пояса безопасности». В 2013 году, после того, как пройдут выборы в Армении, а у государств-посредников завершатся перестановки в госаппарате, связанные с президентскими выборами (прежде всего, будет официально назначен новый госсекретарь США), ситуация с переговорами по карабахскому урегулированию станет, по крайней мере, более ясной.

Уход России из Габалинской РЛС и возможное признание РФ независимости «НКР»

Признание Россией «НКР» (закавычено автором) крайне маловероятно в ближайшем будущем. После августа 2008 года российские дипломаты приложили большие усилия, доказывая партнерам по СНГ, что признание независимости Южной Осетии и Абхазии связано с исключительными обстоятельствами и не предвещает аналогичных шагов Москвы в отношении других непризнанных государств в бывшем СССР.

Учитывая, что Владимир Путин еще осенью 2011 года, вскоре после подтверждения намерений возвратиться на пост президента РФ, в первую очередь заговорил об интеграционных инициативах на постсоветском пространстве ясно, какое значение таким проектам придается в Кремле.

Понятно, что признание «НКР» многих реальных и потенциальных участников инициированных Москвой интеграционных проектов напугает, либо, как минимум, даст новый аргумент в руки противников таких инициатив внутри этих стран. Сколько усилий приложено Россией, чтобы подтолкнуть Украину к вступлению в Евразийский и Таможенный союзы. Но признание Москвой «НКР» - это гарантированный всплеск заявлений украинских политиков о том, что границы на постсоветском пространстве вновь пересматриваются, и не является ли это предвестием новых споров, например, о Крыме.

Очень маловероятно, что Россия пойдет сейчас на такой рискованный шаг, как признание «НКР», ставя под удар гораздо более глобальные проекты. Проблема же Габалинской РЛС вовсе не является «краеугольным камнем» российско-азербайджанских отношений, чтобы привести к тотальной конфронтации между Москвой и Баку. По мнению многих военных специалистов, запускаемая Россией РЛС «Воронеж-ДМ» в Армавире, в целом, способна компенсировать потерю объекта в Габале (в том числе, для мониторинга ситуации вокруг Ирана и Сирии). У России есть мотивы для сотрудничества с Азербайджаном куда более серьезные, чем Габала.

Навскидку можно вспомнить хотя бы заинтересованность «Газпрома» в закупках азербайджанского газа. Не говоря уже о том, что быть эффективным посредником по карабахскому урегулированию можно, лишь сохраняя хорошие отношения и с Азербайджаном, и с Арменией. Кардинально поссорившись с Баку, Россия отдаст инициативу в посредничестве по Карабаху США и ЕС. Все это будет грозить Москве утратой инициативы на Южном Кавказе в целом. Вряд ли в Кремле согласятся допустить такое.

Иранский вопрос и участие в нем Азербайджана

Новости о том, что вторжение США в Иран произойдет «в течение ближайших недель» регулярно появляются в прессе с середины 2000-х годов. Из Вашингтона действительно периодически звучат грозные заявления. Но, если посмотреть на фактические действия американской стороны, получается, что США настроены не на войну, а лишь на ослабление Ирана и его изоляцию в регионе.

Не будем забывать, что Иран является важным региональным противовесом Саудовской Аравии и Катару, влияние которых заметно выросло после волны «арабских революций». Вспомним, что США окончательно не порывали с Ираном даже в период обострения отношений с ним. Так, на фоне охлаждения между Вашингтоном и Тегераном в конце президентства Буша-младшего в 2006 году стороны одновременно пытались наладить диалог, в частности, в ходе визита в США заместителя секретаря Высшего совета Национальной безопасности Ирана Мохаммеда Навахандиана.

Среди гораздо более ранних примеров - знаменитое дело «Иран- контрас» о поставках оружия в воевавший с Ираком Иран под патронажем высокопоставленных чиновников американской администрации. Отметим, что готовность Обамы назначить госсекретарем США Джона Керри также может говорить о намерении Вашингтона решить вопрос с Ираном дипломатическим, а не военным путем.

Керри всегда считался более гибким политиком, чем Хиллари Клинтон. Он уже выполнял сложные дипломатические миссии (например, на переговорах в Пакистане об освобождении сотрудника ЦРУ, обвиненного в убийстве двух человек). Поэтому стоит повториться - скорее всего, стратегия США в отношениях с Ираном в ближайшее время сведется к его изоляции и ослаблению, но не прямому военному вмешательству. Такой путь, кстати, уже принес США свои плоды - влияние Тегерана на движение «Хамас» серьезно ослаблено, главный стратегический партнер Ирана, Башар Асад, скован гражданской войной в Сирии, из-за разных подходов по Дамаску улучшившиеся за последние годы отношения между Турцией и Ираном вновь под угрозой. Все это произошло без рискованной военной операции.

Изолируя Иран в регионе, США, безусловно, будут заинтересованы в сотрудничестве с Баку. И для Азербайджана это лучший вариант, чем американское вторжение в Иран. Кроме очевидных тактических преимуществ (например, отсутствию потоков беженцев с иранской территории), у такой ситуации есть и преимущество стратегическое. Изоляция -долгосрочная стратегия, которая вынудит США искать компромиссы с соседями Ирана более длительный период. Но для Баку в этой ситуации есть и подводные камни. Давний партнер Ирана в регионе - Армения. А в политике нелояльность чаще ценится больше, чем лояльность. Сосредоточившись на цели оторвать от Тегерана Ереван, США могут пойти на заметные шаги именно в сторону армянской стороны. Вновь вспомним и о политическом прошлом Джона Керри, в том числе относительно недавнем. Он участвовал в продвижении Сенате США поправки к «Акту в поддержку свободы», ограничивающей выделение финансовой помощи Азербайджану, пока Баку не прекратит блокаду Армении, резко осудил помилование Ильхамом Алиевым Рамиля Сафарова. Недаром Армянский национальный комитет Америки приветствовал выдвижение Керри на пост главы Госдепартамента. Тем не менее, Керри все-таки гибкий дипломат и вряд ли его подход к региону будет однобоким.

Скорее всего, в ближайшее время политика США на Южном Кавказе будет развиваться по принципу маятника. Желая создать как можно более широкую региональную коалицию для изоляции Ирана, Вашингтон будет выражать более явное благоволение то Азербайджану, то Армении, пытаясь тем самым давить на то из этих государств, которое в данный момент несговорчивее. Наибольшую выгоду здесь получит тот, у кого нервы крепче, а внутриполитическая ситуация стабильнее, позволяющая меньше завесить от поддержки США.

В.Г.

• Азербайджан представил национальный стенд на Китайско-Евразийской выставке-ФОТО
• Азербайджан и Румыния обсудили развитие энергетического сотрудничества
• Через Азербайджан в Армению отправят 10 вагонов российской пшеницы