«Дмитрий Рогозин приезжал в Баку в том числе и за орденом, обещанным Путиным…»

Эксклюзивное интервью Vesti.Az с известным российским политическим аналитиком Олегом Кузнецовым.

- Олег Юрьевич, что Вы думаете по поводу разразившегося между Баку и Киевом оружейного скандала по поводу тайных поставок украинского вооружения Армении?

- В условиях существующего мирового экономического кризиса для Украины будет хорошей возможностью увеличить доходность и рентабельность своего ВПК, оказывая услуги Армении в деле модернизации ее вооружения, основную массу которых сегодня составляют системы или еще советского производства, или созданные в последние десятилетия на основе советских образцов или технологий. Насколько я понимаю, украинские расценки в сравнении с российскими выглядят более привлекательными для третьих стран. Ни для кого не секрет, что азербайджанские вооруженные силы, равно как и грузинские, модернизировали свою бронетехнику на Львовском танкоремонтном заводе, или привлекали для этого специалистов этого предприятия. Также ни для кого не секрет, что Грузия накануне военной операции против Южной Осетии закупила на Украине два дивизиона зенитно-ракетных комплексов «Бук», но это у Азербайджана тогда не вызвало беспокойства. Поэтому скрашивается, отчего Украина может продавать тяжелое вооружение Грузии, но не должна это делать в отношении Армении? «Ничего личного, это – только бизнес», как говорил персонаж известного советского кинофильма про латиноамериканских грабителей. Я понимаю, что тема военно-политического или военно-технического усиления Армении в Азербайджане воспринимается максимально болезненно, но это не повод применять эпитет «скандал» в отношении помощи Украины по усовершенствованию военной мощи Армении. Для Азербайджана это – реальная угроза, и правительство страны просто обязано на нее адекватно реагировать.

Сегодня Россия объективно не является местом массовой модернизации тяжелых наступательных вооружений советского образца для иностранных государств, потому что российский ВПК в рамках оборонно-промышленного заказа получил от правительства России задачу на производство до 2016 года порядка полутора тысяч танков и БМП, а также на поставку в войска около трех тысяч иных образцов и систем бронеавтомобильной техники. Фактически, выполнять военные заказы других государств Россия сейчас в не состоянии. Поэтому на рынке модернизации бывшего советского вооружения Украина сейчас становится ведущим игроком, так как на ее территории в свое время были сосредоточены ремонтно-технические мощности целого ряда военных округов СССР, находившихся на так называемом западном и юго-западном театре военных действий. Поэтому упускать экономическую составляющую вопроса модернизации армянского вооружения Украине было бы глупо. Рынок вооружений отличается высоким накалом конкурентной борьбы за каждый его сегмент, а когда один из них «сдается без боя», как мы видим это в отношении армяно-украинского военно-технического сотрудничества, то цена деклараций о «стратегическом партнерстве» становится равной стоимости бумаги, на которой они написаны.

Со стратегической точки зрения оказывать поддержку Армении Киеву также с руки, так как, оказывая военно-техническую помощь Еревану, украинская сторона получит возможность требовать от Азербайджана большего вознаграждения при предоставлении ему аналогичных услуг. Если же Азербайджан откажется от украинского вооружения, предпочтя платить больше за российскую военную технику, то в любом случае у Киева уже будет налажено партнерство с Ереваном, и он своей экономической выгоды в Закавказье не упустит. Разгром Грузии в 2008 году объективно оказался на руку украинским оружейникам, получившим в конечном итоге миллионы долларов, инвестированных США в грузинскую военную машину. Конечную прибыль от возможной эскалации нагорно-карабахского конфликта «в сухом остатке» получат тоже они. Поэтому я думаю, что в вопросе военно-технического сотрудничества со странами Южного Кавказа у Украины доминирует больше экономическая составляющая, нежели политическая.

- Вам не кажется странным, что на фоне оружейного скандала между Азербайджаном и Украиной в Баку прибывает вице-премьер правительства России Дмитрий Рогозин, который, как известно, курирует российский ВПК?

- Как я уже сказал выше, рынок вооружений – это рынок с жесткой конкуренцией, где всякие недобросовестные средства конкурентной борьбы, например, черный пиар и слухи, являются составной частью борьбы за потребителя. Причем средства эти используются максимально изощренно, поскольку конечными покупателями являются не рядовые граждане, а правительства, в воздействии на которые учитываются различные геополитические фобии и стереотипы. Вполне возможно, что какая-то третья страна, а это может быть и Хорватия, и Иран, и Израиль, и Россия, стремится отодвинуть своего конкурента – Украину – с азербайджанского рынка вооружений. А может быть и наоборот, Украина, точнее – лобби украинских оружейников, распуская слухи о продаже оружия Армении, пытаются тем самым оказать влияние на политическое руководство Азербайджана накануне визита российского вице-премьера. Поэтому медиа-скандал, запущенный накануне приезда в Баку Дмитрия Рогозина, мог быть запущен кем угодно. Тем самым был дан знак Азербайджану, мол, зачем вам сотрудничать с «ветряной» и «всеядной» Украиной, когда в вопросе приобретения или модернизации вооружения можно сотрудничать, например, с Россией, или, скажем, с Польшей. Почему бы и нет?

Но если вас интересует мое личное мнение, то лично мне кажется, что исходя из целесообразности или финансовой эффективности, в этом медийном скандале надо искать именно «украинский» след. Восточноевропейские страны-участницы НАТО почти все перешли на европейские образцы военной техники, а советские образцы вооружения уже давно продали во всю ту же Грузию или же в Индию, Иран, Ирак, Сирию, Китай и даже Армению. Тяжелого вооружения советских образцов у них практически не осталось. На постсоветском пространстве наибольшей технологической мощностью в сфере ВПК объективно обладают только Россия и Украина, но Россия сейчас занята модернизацией собственной армии, поэтому ей не до стран Закавказья. Армения – страна в экономическом отношении несостоятельная, способная разве что свою военную технику поддерживать «на ходу». Для этого вполне достаточно технических возможностей 102-й российской военной базы в Гюмри. Иными словами, в украинской модернизации своего оружия армянская сторона не нуждается. Поэтому весь скандал с «поставками украинского оружия в Армению» - это «черный» пиар лобби украинских оружейников в надежде вернуть Азербайджан в лоно военно-технического сотрудничества именно с ними, используя фобии и стереотипы восприятия политического истеблишмента в Баку.

- Как Вы считаете, удалось ли Рогозину урегулировать проблему с продлением аренды Габалинской РЛС? Тем более, что некоторые эксперты утверждают, что в Баку он приехал специально для оказания давления на азербайджанскую сторону…

- Удалось это ему или нет, мы узнаем из официальных коммюнике по итогам визита Дмитрия Рогозина в Азербайджан. Не буду гадать на кофейной гуще, пусть этим занимаются астрологи.

Со своей стороны отмечу, что считаю естественным, что в повестку дня визита Дмитрия Рогозина в Баку был включен вопрос Габалинской РЛС. Рогозин – вице-премьер российского правительства, курирующий не только ВПК и оборонный заказ российской армии, но и вопросы международного военно-технического сотрудничества. Поэтому, вопрос Габалинский РЛС входит в сферу его непосредственной служебной компетенции, и не обсуждать эту тему он не мог по определению. Я даже думаю, что это был ключевой вопрос, который он обсуждал с руководством Азербайджана. Когда на кону стоит сумма в 300 миллионов долларов, а именно ее требует Азербайджан за возможность продолжения аренды российской армией Габалинской РЛС, то никакой чиновник рангом ниже до обсуждения такого вопроса допущен просто не будет. Лет десять тому назад Владимир Путин во всеуслышание заявлял, что наградит орденом любого, кто заключит для России военно-технический заказ на 1 миллиард рублей, что составляет сумму, в десять раз меньшую, чем запрашиваемая азербайджанской стороной стоимость аренды Габалинской РЛС. Сэкономленные деньги – это заработанные деньги, и поэтому можно предполагать, что Дмитрий Рогозин поехал в том числе и за орденом…

Теперь, что касается давления. Человек, облаченный статусом и полномочиями, которые есть у вице-премьера правительства Российской Федерации, не будет, как некогда это делал Никита Сергеевич Хрущев на сессии Совета Безопасности ООН, стучать ботинком по столу и требовать своего. Я лично знаком с Дмитрием Рогозиным с начала 90-х годов, когда создавался Конгресс русских общин. Даже в более молодом возрасте, будучи еще не столь опытным политиком, Дмитрий Рогозин не позволял себе столь эпатажных шагов. Жесткости в отстаивании позиции и интересов своей страны ему не занимать, но это не значит, что это перерастет в хамство. Теплое и мягкое – это разные вещи, и путать их между собой не надо.

- С момента избрания Владимира Путина президентом России прошло уже несколько месяцев. За это время он уже успел провести встречу с президентом Армении, однако его встреча с президентом Азербайджана пока не состоялась. Учитывая интенсивность встреч Ильхама Алиева с Дмитрием Медведевым, не указывает ли это на некое охлаждение российско-азербайджанских отношений?

- Во-первых, на этой неделе исполнилось лишь 100 дней президентства Путина. Это не такой уж и большой срок, чтобы делать какие-то выводы. Этого времени было достаточно только на дипломатические демарши и протокольные визиты, призванные подчеркнуть внешнеполитические приоритеты или, наоборот, заявить о новых тенденциях в политике России на международной арене. Скажите, что можно серьезно и взвешенно обсудить во время многодневного турне, когда на посещение какой-либо страны отводятся сутки, во время которого львиную долю времени занимают официальные церемонии и протоколы, являющиеся обязательными процедурами визитов первого лица государства в иную страну, а на конкретные переговоры – полтора-два часа. Поэтому во время таких визитов официально оформляются те результативные соглашения, которые вырабатываются заранее дипломатами, советниками и помощниками во время контактов со своими коллегами. Так что обмен любезностями и дежурными улыбками – это для прессы и публики, но не для международной политики.

Во-вторых, я считаю, что любой государственный деятель и политик такого масштаба, каким является сегодня Владимир Путин, который хочет досконально разобраться в каком-то вопросе, а не проводить какую-то протокольную встречу, должен собрать максимум информации по той теме, которая для него наиболее важна и актуальна. Гламур и глянец – это для шоу-бизнеса и отчасти для прессы, но никак не для реальной политики. Поэтому для меня нет ничего удивительного в том, что до сих пор не состоялась встреча президента Владимира Путина с президентом Ильхамом Алиевым. Владимир Путин стремится подойти максимально готовым к этой встрече по самому широкому кругу вопросов, чтобы это была не дежурная или протокольная, а поистине плодотворная встреча лидеров двух государств. Непрекращающиеся визиты высокопоставленных российских государственных деятелей в Баку указывают на то, что в азербайджано-российских отношениях все нормально, надо было бы бить тревогу, если бы все обстояло диаметрально противоположно. На мой взгляд, эти визиты – подготовка к глобальной встрече лидеров двух стран. Поэтому задержка в проведении этой встречи свидетельствует не об охлаждении двусторонних отношений, а о масштабности вопросов, которые на ней будут обсуждаться, и их обоюдной значимости для наших стран и народов, а также о том, что Владимир Путин и вся российская дипломатия настраиваются на максимальную результативность предстоящей встречи, срок которой – не за горами.

Бахрам Батыев

• Кабмин Азербайджана утвердил компенсации за аренду жилья на освобожденных территориях
• В Азербайджане сменится резидентный координатор ООН
• Мехрибан Алиева поделилась публикацией с открытия WUF13