Российско-украинская война
Ближний Восток, Иран, Турция, Израиль, Палестина, Йемен, ХАМАС, Сирия, Ирак,
Новости Азербайджана
Южный Кавказ, Грузия, Армения, Азербайджан, Турция, Иран, Россия,
Новости России, СНГ, ЕАЭС, ОДКБ,
Европа, США, Великобритания, Украина, Запад,
Цены на нефть, экономика мира, торговая война, биткойн,
Индия, Китай, Япония, Юго-Восточная Азия, Пакистан,
Ирано-израильская война
ОТГ, страны Центральной Азии, тюркский мир, Турция,
ЧМ -2026
Трамп на встрече с Зеленским: анонсировал звонок Путину и заявил о прогрессе в мирном процессе
Трамп: Сделка не нужна, чтобы лишить Иран ядерного оружия
При поддержке bp в Баку открылась современная галерея с иммерсивными технологиями
Около 7,6 млрд человек на планете смогут наблюдать астероид Апофис
Культура
- Главная
- Культура
«После спора с Горбачевым, папа, вернувшись в Баку, сказал: «Меня возьмут!»»
«Незаменимая и незаурядная личность во всем». Это было первой мыслью при входе в дом, в котором жил Рашид Бейбутов. Его нет, но остался его голос. Голос, который прославил Азербайджан на весь мир. Он пел вживую, в отличие от нынешних так называемых звезд, все умение которых сводится к пению под «фанеру» и кривлянью на сцене. Его было слышно до последней ноты, до последнего нюанса. Как же он нужен нашей утопающей в грязи, пошлости и безвкусии эстраде (если ее можно назвать таковой)!
Сегодня ему бы исполнилось 97 лет. Его нет, но есть она – гордая и несломленная хранительница имени Рашида Бейбутова – Рашида Рашид.
В день рождения славного сына Азербайджана, Vesti.Az представляет читателям интересные факты из жизни Рашида Бейбутова, рассказанные его дочерью.
«Когда Горбачев произнес слово «наши», папа перенес нервный срыв…»
«Конец 80-ых годов, Баку. Было очень тяжелое, смутное время. Вспыхивали угольки карабахского конфликта, в конце превратившихся в пылающий костер, охвативший весь регион. Будучи депутатом Верховного Совета СССР, Рашид Бейбутов не мог смириться с таким стечением обстоятельств. Шла зимняя сессия Верховного Совета СССР в Москве, на которой присутствовали и делегации из Азербайджана и Армении. Рашид Бейбутов опаздывает на сессию буквально на 2-3 минуты, и садиться в неприметном месте.
Неожиданно Бейбутова замечает сам Генеральный секретарь КПСС Горбачев и говорит: «Зачем ты сел в углу, проходи, садись рядом со мной». Отец рассказывал, что он был удивлен тем, что Горбачев обратился к нему на «ты», ведь все-таки была заметная разница в возрасте, статус, уважение. Видимо, обратившись к отцу на «ты», Горбачев хотел подчеркнуть, что у него к нему особенное отношение. Горбачев спрашивает его: «Ну, как жизнь Рашид, как работа, как театр?». Отец резко отвечает ему: «В моем городе стоят танки!». Горбачев заявляет: «Ну, это ведь наши танки». Когда он произнес слово «наши», папа перенес нервный срыв.
Он понимал, что над Баку сгущались черные тучи, которые не предвещали ничего хорошего Азербайджану. Впоследствии мы поняли, что он смог все предвидеть. Это доказали кровавые события, которые произошли после его ухода из жизни. Отец не собирался отступать и сказал Горбачеву: «Танки не имеют национальности, они стоят в моем мирном городе. Почему я должен добираться на работу, проходя через кордоны танков? Если речь идет о Карабахе, то я вам заявляю: «Карабах – исконно азербайджанская земля, и она будет принадлежать только Азербайджану. Если вы, будучи Генсеком КПСС, не решите этот вопрос, прольется кровь».
Последнюю фразу он повторил три раза, чувствуя ком в горле. Горбачев покрылся красными пятнами и в гневе сказал отцу: «Хорошо, хорошо, Рашид, сядь. Потом поговорим на эту тему». Вернувшись после этого инцидента в Баку, отец сказал маме: «Кажется, меня возьмут». Он прекрасно помнил эпоху Сталина, времена Мирджафара Багирова и понимал, что ввязался в очень серьезную политическую игру. Но ответил Горбачеву, не думая о политике. Он не мог спокойно воспринять несправедливость в отношении своей родины. Он не мог молчать и никого не боялся. «А что они могут у меня отнять? Эти звания, медали? Да ради Бога, пусть отнимают. Я представляю свой народ голосом, его у меня не сможет отнять никто». Но те люди, которые боялись его гордой позиции, хотели отнять у него и голос, чтобы он не мог предупредить о грядущей трагедии. Голос им отнять не удалось, но заставили его замолчать навечно.
«Он понял, что ему «помогли» врачи»
У папы был недуг, который свойственен мужчинам, после 40-45 лет, у него была аденома. После конфликта с Горбачевым папа, вернулся в Баку, но спустя некоторое время был вынужден уехать в Москву, в Центральную клиническую больницу (ЦКБ).
Не думая ни о чем плохом, со свойственным ему доверием к людям, он решил обследоваться. Вылетел он туда с моей мамой. Вернувшись в Баку, он стал чувствовать себя еще хуже. И тогда он понял, что ему «помогли» врачи. Ему становилось все хуже и хуже, вскоре стали отказывать почки.
Однако отец, все еще веря в профессионализм московских врачей, принимает решение вновь вылететь в Москву, в ту же самую ЦКБ. Примечательно, что, выходя из нашего дома в Баку, мать сильно ударилась головой о стену. Мама поняла, что это было нехорошим знаком. Когда они прибыли в Москву, к трапу самолета была подана машина ЦКБ. А люди были не в белых халатах, а в серых костюмах. Маме категорически запретили садиться в машину и сопровождать папу в ЦКБ. Она сказала: «Делайте со мной что хотите, но я его не оставлю». 2-3 дня ее категорически не пускали в палату. За день до смерти папы, мама услышала его крики. Когда она спросила у врачей, что это за крики, ей сказали, что папе просто делали процедуру. 9 июня, в 4 часа утра папа скончался, а сообщили маме об этом только в 11:00.
Обидно, но мама писала даже сестре первого секретаря КПА Азербайджана Абдуррахмана Везирова, но никто не помог Рашиду Бейбутову. Все, словно, испарились и оставили его лицом к лицу со смертью. Все боялись находиться рядом с папой, потому, что он очень много знал. Он был рупором Карабахской правды, а этот рупор надо было прикрыть. Ускорили смерть Рашида. Много говорили, что у папы была кассета с записью, свидетельствующей факт передачи Горбачевым Карабаха Армении. Там были конкретные факты и аргументы. Мы этой кассеты не видели. Кому он передал кассету, тоже неизвестно. Но то, что он знал, было достаточно для того, чтобы ему был подписан смертный приговор. Нужно было убрать Рашида Бейбутова, причем в срочном порядке.
Есть еще один момент: Рашид Бейбутов знал, что тело Степана Шаумяна захоронено не в Баку. Клянусь вам, что об этом он нам не говорил ни слова. Потом, от историка Ягуба Махмудова мы узнали, что у отца были эти сведения. Нам рассказали, что во время его гастролей на север Индии в 60-ых годах прошлого века, один из местных журналистов рассказал ему, что на днях здесь похоронили одного его знаменитого земляка. Папа спросил, кто этот земляк, и услышал в ответ: «Шаумян».
Естественно, в те времена вокруг Рашида Бейбутова находились представители советской разведки. Папа спросил у журналиста, проводились ли во время похорон съемки. По возвращении журналист передал ему кассету с видеозаписью.
Когда в 1988-89 гг. началась Карабахская проблема, папа поспорив с Михаилом Горбачевым из-за территориального вопроса и чтобы доказать тому, что вся армянская история является сплошной фальсификацией, отдал ему эту кассету. Когда папа попал в больницу, он сказал матери, что из-за этой кассеты его уберут. В дальнейшем эта кассета исчезла, словно ее и не было.
Я горжусь, что мой папа был единственным деятелем культуры в Азербайджане, который сумел посадить Горбачева на место.
«Один армянин попросил разрешения присутствовать на этом вечере…»
«…Он был предан своей родине, культуре Азербайджане. В период, когда режим Сальвадора Альенде в Чили был свергнут, отец выступал там с гастролями и три месяца не мог выехать в СССР. Он был солдатом, рядовым солдатом своей родины. Он пел на стадионах, когда сцена обогревалась бочками с углями, было настолько холодно. Я вам даже приведу такой эпизод.
Мне как-то довелось отмечать свой день рождения с мужем в Москве. И один человек армянского происхождения попросил разрешения присутствовать на этом мероприятии, чтобы «лично познакомиться с дочерью Рашида Бейбутова и выразить свое восхищение творчеством ее папы», - сказал он. Мы даже не знали, как нам поступить, но тот факт, что он упомянул о папе, меня подкупил, и было неудобно отказывать. Им оказался очень известный в политических кругах Москвы человек. Он присутствовал всего 20 минут и все это время он поразил тем, что говорил только о Рашиде Бейбутове. Он первым делом попросил диски с записями «певца всех времен и народов Рашида Бейбутова». Эти записи мы ему предоставили, и когда он уезжал, сказал, что счастлив, что познакомился с его семьей, потому что «Рашид Бейбутов не имеет национальности и не имеет возраста»!
«К сожалению, я тоже не избежала подобного привыкания…»
«…Но сейчас, наблюдая людей, понимая, какие метаморфозы претерпевают нынешние духовные ценности, я могу с уверенностью сказать, что Рашид муаллим был замечательным отцом. Он был очень внимательным и тактичным человеком по отношению ко всем людям – это была одна из его отличительных черт. Представьте теперь, во сколько раз внимательнее он был по отношению ко мне, как к единственной дочери. У отца был мягкий характер, не в пример маме, которая всегда отличалась категоричностью и даже властностью. Папа же всегда был более расположен к диалогу, и благодаря этому добивался в общении со мной, в убеждении меня в чем-то, порою большего, чем мама. Видимо, это общечеловеческая черта – когда наши близкие рядом, мы зачастую не отдаем себе отчета о том, какой это человек. Мы привыкаем.…
К сожалению, я тоже не избежала подобного привыкания, привыкания к Величию, если можно так выразиться. Мне казалось, что папа будет вечным, что он всегда будет с нами. Только потом я осознала, насколько огромной была его потеря. Это по сей день огромная травма для меня, для нашей семьи. И это чувство огромной потери только усиливалось от понимания того, насколько он дорог был не только нам, но и миллионам людей.
Без него мне очень неуютно идти по жизни. Могу с уверенностью сказать, что, будь он рядом, мне было бы легче стоять на ногах, я бы чувствовала себя уверенно.
Отец слишком многого не успел, не допел – в буквальном и переносном смысле. Понимаете, он не спел свою последнюю песню!.. Его не хватает многим, кто его любил, уважал, знал. И будет не хватать. У него была миссия – миссия представлять свою страну на этой Земле…»
В.Г.
P.S. В мире очень много певцов, исполняющих свои песни в совершенно разных музыкальных жанрах. Многие певцы появляются, поют свои песни и исчезают, но лишь немногие оставляют после себя след в виде своего творчества, которое переживет самого исполнителя. Рашид Бейбутов, безо всяких сомнений, относится к числу тех редких талантов, чье творчество навсегда вписано золотыми буквами в историю мировой музыки. Ведь он был личностью, личностью во всем…
Сегодня ему бы исполнилось 97 лет. Его нет, но есть она – гордая и несломленная хранительница имени Рашида Бейбутова – Рашида Рашид.
В день рождения славного сына Азербайджана, Vesti.Az представляет читателям интересные факты из жизни Рашида Бейбутова, рассказанные его дочерью.
«Когда Горбачев произнес слово «наши», папа перенес нервный срыв…»
«Конец 80-ых годов, Баку. Было очень тяжелое, смутное время. Вспыхивали угольки карабахского конфликта, в конце превратившихся в пылающий костер, охвативший весь регион. Будучи депутатом Верховного Совета СССР, Рашид Бейбутов не мог смириться с таким стечением обстоятельств. Шла зимняя сессия Верховного Совета СССР в Москве, на которой присутствовали и делегации из Азербайджана и Армении. Рашид Бейбутов опаздывает на сессию буквально на 2-3 минуты, и садиться в неприметном месте.
Неожиданно Бейбутова замечает сам Генеральный секретарь КПСС Горбачев и говорит: «Зачем ты сел в углу, проходи, садись рядом со мной». Отец рассказывал, что он был удивлен тем, что Горбачев обратился к нему на «ты», ведь все-таки была заметная разница в возрасте, статус, уважение. Видимо, обратившись к отцу на «ты», Горбачев хотел подчеркнуть, что у него к нему особенное отношение. Горбачев спрашивает его: «Ну, как жизнь Рашид, как работа, как театр?». Отец резко отвечает ему: «В моем городе стоят танки!». Горбачев заявляет: «Ну, это ведь наши танки». Когда он произнес слово «наши», папа перенес нервный срыв.
Он понимал, что над Баку сгущались черные тучи, которые не предвещали ничего хорошего Азербайджану. Впоследствии мы поняли, что он смог все предвидеть. Это доказали кровавые события, которые произошли после его ухода из жизни. Отец не собирался отступать и сказал Горбачеву: «Танки не имеют национальности, они стоят в моем мирном городе. Почему я должен добираться на работу, проходя через кордоны танков? Если речь идет о Карабахе, то я вам заявляю: «Карабах – исконно азербайджанская земля, и она будет принадлежать только Азербайджану. Если вы, будучи Генсеком КПСС, не решите этот вопрос, прольется кровь».
Последнюю фразу он повторил три раза, чувствуя ком в горле. Горбачев покрылся красными пятнами и в гневе сказал отцу: «Хорошо, хорошо, Рашид, сядь. Потом поговорим на эту тему». Вернувшись после этого инцидента в Баку, отец сказал маме: «Кажется, меня возьмут». Он прекрасно помнил эпоху Сталина, времена Мирджафара Багирова и понимал, что ввязался в очень серьезную политическую игру. Но ответил Горбачеву, не думая о политике. Он не мог спокойно воспринять несправедливость в отношении своей родины. Он не мог молчать и никого не боялся. «А что они могут у меня отнять? Эти звания, медали? Да ради Бога, пусть отнимают. Я представляю свой народ голосом, его у меня не сможет отнять никто». Но те люди, которые боялись его гордой позиции, хотели отнять у него и голос, чтобы он не мог предупредить о грядущей трагедии. Голос им отнять не удалось, но заставили его замолчать навечно.
«Он понял, что ему «помогли» врачи»
У папы был недуг, который свойственен мужчинам, после 40-45 лет, у него была аденома. После конфликта с Горбачевым папа, вернулся в Баку, но спустя некоторое время был вынужден уехать в Москву, в Центральную клиническую больницу (ЦКБ).
Не думая ни о чем плохом, со свойственным ему доверием к людям, он решил обследоваться. Вылетел он туда с моей мамой. Вернувшись в Баку, он стал чувствовать себя еще хуже. И тогда он понял, что ему «помогли» врачи. Ему становилось все хуже и хуже, вскоре стали отказывать почки.
Однако отец, все еще веря в профессионализм московских врачей, принимает решение вновь вылететь в Москву, в ту же самую ЦКБ. Примечательно, что, выходя из нашего дома в Баку, мать сильно ударилась головой о стену. Мама поняла, что это было нехорошим знаком. Когда они прибыли в Москву, к трапу самолета была подана машина ЦКБ. А люди были не в белых халатах, а в серых костюмах. Маме категорически запретили садиться в машину и сопровождать папу в ЦКБ. Она сказала: «Делайте со мной что хотите, но я его не оставлю». 2-3 дня ее категорически не пускали в палату. За день до смерти папы, мама услышала его крики. Когда она спросила у врачей, что это за крики, ей сказали, что папе просто делали процедуру. 9 июня, в 4 часа утра папа скончался, а сообщили маме об этом только в 11:00.
Обидно, но мама писала даже сестре первого секретаря КПА Азербайджана Абдуррахмана Везирова, но никто не помог Рашиду Бейбутову. Все, словно, испарились и оставили его лицом к лицу со смертью. Все боялись находиться рядом с папой, потому, что он очень много знал. Он был рупором Карабахской правды, а этот рупор надо было прикрыть. Ускорили смерть Рашида. Много говорили, что у папы была кассета с записью, свидетельствующей факт передачи Горбачевым Карабаха Армении. Там были конкретные факты и аргументы. Мы этой кассеты не видели. Кому он передал кассету, тоже неизвестно. Но то, что он знал, было достаточно для того, чтобы ему был подписан смертный приговор. Нужно было убрать Рашида Бейбутова, причем в срочном порядке.
Есть еще один момент: Рашид Бейбутов знал, что тело Степана Шаумяна захоронено не в Баку. Клянусь вам, что об этом он нам не говорил ни слова. Потом, от историка Ягуба Махмудова мы узнали, что у отца были эти сведения. Нам рассказали, что во время его гастролей на север Индии в 60-ых годах прошлого века, один из местных журналистов рассказал ему, что на днях здесь похоронили одного его знаменитого земляка. Папа спросил, кто этот земляк, и услышал в ответ: «Шаумян».
Естественно, в те времена вокруг Рашида Бейбутова находились представители советской разведки. Папа спросил у журналиста, проводились ли во время похорон съемки. По возвращении журналист передал ему кассету с видеозаписью.
Когда в 1988-89 гг. началась Карабахская проблема, папа поспорив с Михаилом Горбачевым из-за территориального вопроса и чтобы доказать тому, что вся армянская история является сплошной фальсификацией, отдал ему эту кассету. Когда папа попал в больницу, он сказал матери, что из-за этой кассеты его уберут. В дальнейшем эта кассета исчезла, словно ее и не было.
Я горжусь, что мой папа был единственным деятелем культуры в Азербайджане, который сумел посадить Горбачева на место.
«Один армянин попросил разрешения присутствовать на этом вечере…»
«…Он был предан своей родине, культуре Азербайджане. В период, когда режим Сальвадора Альенде в Чили был свергнут, отец выступал там с гастролями и три месяца не мог выехать в СССР. Он был солдатом, рядовым солдатом своей родины. Он пел на стадионах, когда сцена обогревалась бочками с углями, было настолько холодно. Я вам даже приведу такой эпизод.
Мне как-то довелось отмечать свой день рождения с мужем в Москве. И один человек армянского происхождения попросил разрешения присутствовать на этом мероприятии, чтобы «лично познакомиться с дочерью Рашида Бейбутова и выразить свое восхищение творчеством ее папы», - сказал он. Мы даже не знали, как нам поступить, но тот факт, что он упомянул о папе, меня подкупил, и было неудобно отказывать. Им оказался очень известный в политических кругах Москвы человек. Он присутствовал всего 20 минут и все это время он поразил тем, что говорил только о Рашиде Бейбутове. Он первым делом попросил диски с записями «певца всех времен и народов Рашида Бейбутова». Эти записи мы ему предоставили, и когда он уезжал, сказал, что счастлив, что познакомился с его семьей, потому что «Рашид Бейбутов не имеет национальности и не имеет возраста»!
«К сожалению, я тоже не избежала подобного привыкания…»
«…Но сейчас, наблюдая людей, понимая, какие метаморфозы претерпевают нынешние духовные ценности, я могу с уверенностью сказать, что Рашид муаллим был замечательным отцом. Он был очень внимательным и тактичным человеком по отношению ко всем людям – это была одна из его отличительных черт. Представьте теперь, во сколько раз внимательнее он был по отношению ко мне, как к единственной дочери. У отца был мягкий характер, не в пример маме, которая всегда отличалась категоричностью и даже властностью. Папа же всегда был более расположен к диалогу, и благодаря этому добивался в общении со мной, в убеждении меня в чем-то, порою большего, чем мама. Видимо, это общечеловеческая черта – когда наши близкие рядом, мы зачастую не отдаем себе отчета о том, какой это человек. Мы привыкаем.…
К сожалению, я тоже не избежала подобного привыкания, привыкания к Величию, если можно так выразиться. Мне казалось, что папа будет вечным, что он всегда будет с нами. Только потом я осознала, насколько огромной была его потеря. Это по сей день огромная травма для меня, для нашей семьи. И это чувство огромной потери только усиливалось от понимания того, насколько он дорог был не только нам, но и миллионам людей.
Без него мне очень неуютно идти по жизни. Могу с уверенностью сказать, что, будь он рядом, мне было бы легче стоять на ногах, я бы чувствовала себя уверенно.
Отец слишком многого не успел, не допел – в буквальном и переносном смысле. Понимаете, он не спел свою последнюю песню!.. Его не хватает многим, кто его любил, уважал, знал. И будет не хватать. У него была миссия – миссия представлять свою страну на этой Земле…»
В.Г.
P.S. В мире очень много певцов, исполняющих свои песни в совершенно разных музыкальных жанрах. Многие певцы появляются, поют свои песни и исчезают, но лишь немногие оставляют после себя след в виде своего творчества, которое переживет самого исполнителя. Рашид Бейбутов, безо всяких сомнений, относится к числу тех редких талантов, чье творчество навсегда вписано золотыми буквами в историю мировой музыки. Ведь он был личностью, личностью во всем…
При поддержке bp в Баку открылась современная галерея с иммерсивными технологиями
Азербайджан и Узбекистан расширяют партнерство по линии религиозных ведомств
В Шуше ужесточены правила охраны историко-культурных памятников
В Азербайджане ужесточены требования по сохранению памятников в Ичеришехер
The Guardian: Австралийский музыкант записал альбом, почти полностью потеряв зрение
Азербайджан представлен на I Международном форуме исламской цивилизации