Женщине-маугли в азербайджанских горах нужно от государства только одно – РЕПОРТАЖ ИЗ САНГАЛАНДАГА

17:05 24 Июня 2019
Женщине-маугли в азербайджанских горах нужно от государства только одно – РЕПОРТАЖ ИЗ САНГАЛАНДАГА
2064

- Я не помню, сынок, это было в тот год, когда я вывихнула плечо, стая волков завыла у нашего порога. Я выстрелила из ружья, чтобы прогнать их. Через полчаса они опять вернулись. Собаки от страха перестали лаять. До утра не сомкнула глаз. Эта бедная девочка тоже спряталась в вагоне.

Да, в тот день Севиндж спряталась в вагоне. На самом деле, она там и живет. С самого рождения. Ровно 44 года. Ее мать 76- летняя тетя Шура рассказала о тайнах этой семьи.

…Мы у подножия Сангаландаг. По местному преданию, Сангалан, Савалан и Бабадаг были братьями. Дед Халфа проклял братьев. Он пожелал Савалану вечного скитания вдали от братьев. Бабадагу - чтоб на него обрушился вечный снег. А Сангалану пожелал, чтобы над его головой всегда был туман. С тех пор, Савалан скитается по чужбине, Бабадаг навсегда покрыт снегом,

Сангалан же - в тумане.

Мы поднимаемся на Сангалан. Не за легендой, а за реальной историей. Мотор автомобиля «Нива» нашего водителя Саяда по дороге перегрелся не раз. Пока мы поднимались в горы, весь Ширван оказался у нас под ногами. Издали виднеется город Шамахы. С одной стороны - горы Исмайыллы и тот самый Бабадаг, который навеки под снегом.

-Нам еще долго ехать?

-Кроме этого, еще 2 подъема.

«Нива» медленно поднимается все выше.

Видишь внизу лес? Туда, скорее всего, не ступала нога человека. Мы называем его «темный лес», так как солнечный свет туда никогда не проникает. Волки, шакалы, кабаны, медведи… Кого хотите, там можно встретить. По ночам здесь от криков диких животных бросает в дрожь.

Приближаемся. Небо так близко, что, кажется, если протянешь руку, то ухватишься за облако и сможешь потянуть вниз. Окружающую нас тишину прерывают только пение птиц и лай, встретившей нас собаки.

Мы окликаем хозяйку: «Тетя Шура, тетя Шура"

Сгорбившаяся женщина в годах, держащая в руках пастушью палку, обернулась. Рядом с ней также сгорбившаяся женщина. Одежда настолько поношена, что, кажется, она сейчас с них сползет. Платье женщины не разберешь, из чего сшито. Юбка, кофта, жилет, невозможно понять, что на ней. Как будто, что в доме нашла, то на себя и надела. Говоря дом, мы имеем ввиду этот маленький железный вагон, в котором они живут. Здесь они спят, а готовят и хранят продукты они в хлеву.

Да, десятилетиями тетя Шура и ее дочь Севиндж живут вдали от цивилизации, у подножия горы Сангалан.

Годами их соседи - не люди, а собаки, волки, шакалы, кабаны, змеи, об опасности которых они не имеют представления. Ясно, что они не понимают реальности, так как утратили чувство времени. Они не знают, в каком году живут. И им это даже не интересно.

Мы обратили внимание, как Севиндж с интересом разглядывала мобильный телефон у нас в руках. Они даже не знают, что такое телевизор. Разве что, у них есть радиоприемник, думаю, мой ровесник. И тот барахлит. Когда слушают новости, прям прикладывают его к уху, но разве он сможет уловить сигналы в этих горах.

- Иногда звук появляется. Тогда думаешь, неужели кроме нас, еще кто-то разговаривать может. Батареи, на которых работает радио, быстро заканчиваются. Каждые 2 месяца, если кто-то приезжает из Шамахы, я прошу привезти мне батареи и спички.

Севиндж в руках вертит маленькое радио, но пока кроме хрипов ничего не слышно.

Раньше здесь была деревня, состоящая из 50-60 домов. Не знаю, что послужило причиной, в 60-х годах решили эту деревню отсюда перенести. Но Алиашраф киши не уехал. Он тогда держал скот. Дочерей выдал замуж, сыновей женил. Они все переехали, кто в Шамахы, кто в Баку, создали семьи. Остались только дочь Шура с мужем Дурханом. У них была одна дочь Севиндж.

Сначала умер Алиашраф. Через несколько лет Дурхан. Сейчас Шура здесь живет с дочерью в диких условиях.

- Что я делаю с утра, когда встаю, спрашиваешь? Я занимаюсь скотом. Смотрю за овцами, кормлю цыплят. Наступает день. Работаю в доме, в огороде. Вечером падаем от усталости, сразу ложимся спать.

- И утром снова?

- Да, сынок, а что еще нам здесь делать?

Тетя Шура говорит, что получает пенсию в 160 манатов. Каждые 2 месяца родственники из Шамахы привозят им необходимые продукты.

«20 манатов даю тому, кто мне приносит продукты. Остается 140 манатов. На них я покупаю 5- 10 кг муки, керосин, мыло. Мне хватает. На чай и на сахар денег не даю. Сейчас я вам заварю чай, вы увидите, что вы никогда такой чай не пробовали.

Севиндж ставит самовар. Тетя Шура достает из мешочка различные травы.

- Вот это душистые травы, а эта трава называется райкомовским цветком.

- Как?

- Клянусь, ее так называют, с детства слышу. Я смешиваю травы, получается красный чай. Когда будешь уходить, напомни, я тебе положу на дорогу.

Через некоторое время к столу подали красный чай с сахаром. Правда, к столу, громко сказано, столом у них служит старый гнилой табурет. Да и стулья из старых пней.

- Сахар мы ставим только гостям. Здесь много растений со сладкими, как мед, корнями. Сейчас у меня болит спина, я не могу подняться на дерево. В лесу пчелы откладывают такой целебный мед, который лечит все болезни. Я уже постарела, не та Шура. Когда –то я в этих горах скакала верхом на лошади, аж до Шамахы ездила верхом. Люди говорили, смотрите, вот Шура едет. После смерти Дурхана, я сдала. Полгода, вон из того самого вагона не выходила. Кое- как лечилась травами. Севиндж тоже нездорова. У нее головные боли. Боюсь как- бы с ней чего не случилось.

Пару лет назад приезжали ее родственники. Одели Севиндж и отвезли на свадьбу. Она так радовалась новому красивому платью. Полетела туда, как птичка. Ее даже отвели в салон в районе, сделали прическу, макияж. Но счастье Севиндж продлилось всего полчаса. Она не смогла сидеть в доме торжеств. Ей стало плохо от громкой музыки. Прожившая всю жизнь в тишине, она не выдержала такого шума.

Это платье Севиндж хранит до сих пор. А одеты они сейчас в старые обноски.

- А зачем мне платья, куда я хожу?

На самом деле, ей есть куда идти. В Шамахы живет ее сестра, Зивар.

В 2004 году, брат Маис вместе с Зивар приехали к тете Шуре погостить на 2 дня. На третий день узнали, что их другая сестра Телли пропала. Все стали искать Телли. Полиция Агсу, полиция Шамахы, из соседних деревень все бросились на поиски Телли в лесу и в горах. Маис потребовал от полиции найти Телли. Сказал, что если не найдут, он себя подожжет. Он ведь ее брат.

Через несколько дней обнаружили золотой зуб Телли. Заснеженную территорию местное население и полиция прочесывали метр за метром. А затем перед ними предстала страшная картина: у подножия Сангалана обнаружили обглоданное дикими животными тело Телли. А на груди следы пуль. И ….

В ходе предварительного следствия было установлено, что убийство Телли совершили брат Маис и Зивар. Оказалось, что от отца они унаследовали ремень… и золотые зубы Телли. По решению Верховного суда Маис и Зива были приговорены соответственно к 13 и 9 годам тюрьмы.

- Раньше мы были очень богаты. До недавнего времени я доила коров, молока было столько, что не знали его куда девать, оно гнило в бидонах. Я делала такой сыр, пальчики оближешь. Сейчас другое время. У меня уже нет столько скота. Некоторых съели волки. И одиночество. И Севиндж тоже больна. Я уже не выдерживаю. Устала. Дочка, принеси радио, что там по нему говорят?

Севиндж принесла маленькое радио. И так, и сяк с ним возится, ничего не получается.

- Оно заработает вечером, когда стемнеет.

- Последний раз, что вы слушали?

- Я долго слушала, сказали, что было землетрясение в Шамахы и в Агсу.

- Вы не почувствовали его?

- Нет, сынок, что мы можем почувствовать внутри этого куска железа?

Вот в этом железном вагоне тетя Шура живет с дочкой и летом, и зимой. На ночь закрывают дверь. Внутри вы видите – посуда из пластика, старые ведра, вместо матраца и одеял – лохмотья. Как здесь можно выспаться?

- Зимой внезапно могут придти. Здесь есть дикие собаки. Волки тоже есть. По ночам они обтираются об этот вагон. Они чувствуют здесь живых существ, поэтому приходят.

- А медведи приходили?

- Да, был один, но он ушел в Исмайыллы.

- Почему в Исмайыллы ?

- Не знаю, его там видели ( смеется)

Впервые я услышал ее смех. Я не спросил ее, где у них туалет, где они купаются, есть ли ванна? Я только об одном спросил:

- До каких пор вы собираетесь здесь так жить?

Ответ был кратким.

- Я хочу от государства, чтобы нам построили здесь небольшой хлев и избу. Я не смогу жить без скота. И для моей дочери пенсию прошу. Все, больше ничего. И тебя прошу, передай мою просьбу.

Сабухи Мамедли
Сабухи Мамедли

ДРУГИЕ НОВОСТИ РАЗДЕЛА